Труд: "МАКСИМКА ПЛАЧЕТ ПЯТЫЙ ДЕНЬ..."

Главная Жизнь 01:01 06 Октября 2006 216

"МАКСИМКА ПЛАЧЕТ ПЯТЫЙ ДЕНЬ..."

Наши граждане покидают Грузию. Каждый день в посольство РФ поступают сотни заявлений от желающих вернуться в Россию. А вот жены военнослужащих дислоцированного в Тбилиси штаба Группировки российских войск в Закавказье не прочь вернуться. Оказывается, они

Налбандян Лиана

Напечатать

ЖЕНЩИНЫ И ДЕТИ - НА ВЫЕЗД
- Мы были во дворе штабного общежития, гуляли с детьми, когда все началось. Непонятно было, что происходит. Подъехали на представительских машинах симпатичные дяди в строгих костюмах, подвезли автобус с полицией и военными. Они начали всей толпой обходить штаб, и через каждые два метра один солдат оставался на посту, - жена российского военнослужащего Анна Евтушенко рассказывает об оцеплении штаба ГРВЗ 27 сентября после ареста четырех российских разведчиков. - Потом нам объявили, что теперь мы живем в оцеплении и на рынок за продуктами не будут выпускать без документов. Даже в соседний подъезд нужно было ходить с паспортом.
В осаде прошли следующие два дня неспокойной, но все же семейной жизни. А на третий день они уже паковали чемоданы: ввиду тревожной обстановки женщин и детей отправляли в ссылку на родину.
- Ночью нам объявили: собирайте вещи, утром за вами придет автобус, чтобы все были готовы, - Света Богданова, еще одна сестра по несчастью, качает на коленях сынишку Максима. - Мне муж позвонил с дежурства, я говорю, что не хочу от него уезжать. Он сказал: "Думай не о нас, а о ребенке".
Разрываясь в мыслях о детях и мужьях, женщины собирали самое необходимое в надежде, что уезжают ненадолго. Минимум гардероба, документы и немного денег - семейные сбережения, что были в доме. Зарплату мужья еще не получили, мало того, некоторые перед отъездом даже не успели повидаться с супругами.
- Когда уезжала, муж был в наряде, так что прощались по телефону, - рассказывает жительница Тбилиси Виктория Комкадзе. - Но я бы ни за что не уехала, если бы не дети. Старшая дочь у меня уехала летом в Москву и не успела вернуться до всех этих событий. А младшая учится в 11-м классе школы при российском посольстве. Туда ходят все наши штабные дети - больше некуда. Когда начали вывозить сотрудников посольства, прошел слух, что школу закроют. А мы не можем допустить перерыва в учебе, тем более в выпускном классе. Так что нам просто не оставили выбора - пришлось срочно собираться в аэропорт.
До последней минуты, уже сидя в самолете, они ждали отмены рейса. Вот-вот поступит приказ "по домам", и они вернутся в родное казенное жилье. Но российских "шпионов" все еще допрашивали грузинские следователи, штаб ГРВЗ еще охраняла грузинская полиция. Поэтому спецрейсом они улетали в Москву.
НА РОДИНЕ В ГОСТЯХ
- Пластилина, говорят, мало привезли...
- Ой, нам не надо, у меня ребенок повсюду его размазывает, пластилин - опасная вещь. Лучше карандашей побольше, - женщины рассматривают подарки от Министерства обороны.
В "Боровое" привезли канцтовары и всякие художественные принадлежности для маленьких гостей. Говорят, кому-то досталось больше карандашей, кому-то красок. Игрушек здесь нет, дома остались, в ночных сборах было не до плюшевых мишек. Хотя, может быть, любимые игрушки сейчас были бы лучшим утешением для малышей.
- У меня ребенок пять дней плакал: с момента, когда улетали, и здесь долго не мог успокоиться, - говорит супруга российского военнослужащего Юля Шлык. - Кричит: "Хочу к папе, он со мной играет". По полночи приходилось успокаивать. Вот только позавчера нормально кушать начал.
Дети постарше стараются не расстраивать и так взбудораженных родительниц. Ребята уже ходят в местную школу недалеко от "Борового". Говорят, там к ним относятся хорошо.
- Нас вообще здесь очень тепло приняли, - говорит Виктория Комкадзе. - Кормят как на убой, в каждом номере поставили обогреватели, чтоб никто не замерз. Сегодня выдали от Министерства обороны по 500 рублей - детям тетради купили. Как дальше будет с обеспечением, я не знаю, своих денег мы взяли совсем немного. Я даже не могу купить сим-карту на мобильный телефон, чтобы нормально поговорить с мужем.
Эвакуированных будут обеспечивать за счет ведомственных средств Минобороны. Но пока женщины страдают не столько от нехватки денег, сколько от скудости гардероба. И желание помодничать здесь не при чем: одежда нужна не красивая, а теплая.
- Мы приехали, в чем были, - говорят они. - Зимних вещей с собой не взяли, там у нас ведь намного теплее. Мы не готовы к местным морозам, не знаю, как переживем зиму.
В этом встревоженном женском лагере спокойствие, по крайней мере внешнее, сохраняет единственный мужчина. Василий (свою фамилию он называть не стал) служил в штабе ГРВЗ по контракту, в бессрочный отпуск в Москву отправился как отец-одиночка. После гибели жены он воспитывает двоих сыновей. Теперь дети останутся в России, отец собирается отдать их в кадетское училище - в Москве или Питере. А сам вернется к месту службы.
- Мне нужно в часть, я не успел взять расчет, а контракт у меня кончается в 2008-м, - говорит военнослужащий. - Наверное, если будет возможность, придется перевестись куда-нибудь в Россию. Но вообще я служу в Грузии с 92-го года, и все это довольно неожиданно.
цЗа внешним мужским хладнокровием чувствуется растерянность. А женщины даже не пытаются ее скрыть. Разлученные с мужьями, вырванные из привычной обстановки, у некоторых из них нет даже знакомых в этом городе, нет никого за пределами подмосковного пансионата. Сколько времени им придется провести здесь, дождутся ли они своих супругов или поедут к ним в Тбилиси - пока не знает никто. Но женщины не скрывают, что они предпочитают вернуться. В неспокойную военную жизнь, в служебные квартиры, где все казенное, но зато привычное и родное.
- У нас там остались такие мелочи, которые очень дороги, - фотографии, детские рисунки, - говорит Юля. - Не жалко мебели, бытовой техники, а скучаешь вот по таким вещам. Мы - военные люди, нам не привыкать к переездам, смене обстановки, но сейчас мы поменяли наше прошлое ни на что.
Прошлое, несмотря ни на какие тревожные события, кажется таким спокойным и налаженным по сравнению с жизнью на чемоданах.
- Я смотрю телевизор, по новостям показывают наш штаб. Это мой дом, я хочу туда! - Аня Евтушенко переживает больше всех женщин. - Да, последние дни было неприятно: выглядываешь в окно, а вокруг повсюду полиция. Но местные к нам всегда очень хорошо относились, никогда никаких конфликтов, никакой враждебности. И то, что случилось с нашими военными, это частный случай. Не думаю, что подобное может произойти, к примеру, с моим супругом. Наши мужья служат в Грузии много лет, некоторые по окончании военных училищ. Там родились наши дети, это наша родина.
Для Виктории Комкадзе Грузия могла стать родиной вполне официально. Они с мужем должны были получить в Тбилиси собственную квартиру.
- Я сразу сказала, что мой дом там, - со слезами говорит она. - Если будут выводить войска и мужу придется вернуться, то делать нечего, дождемся его здесь. Но если появится хоть один шанс вернуться, я не буду раздумывать. Там мои родители, мама парализованная. А здесь ко мне в первые дни "скорую" вызывали, ревела не переставая. Дочка говорит: успокойся. Стараюсь взять себя в руки, но не получается...
Скорее всего, ближайшие несколько недель семьям российских военных придется провести в России. Те, у кого есть возможность поселиться у родных или знакомых, вскоре уедут из "Борового". Другие останутся на базе.
- Мы обеспечим их всем, чем можем, - говорит начальник базы "Боровое" полковник Виталий Чмерук. - Хотя пока ситуация с этими людьми не совсем ясна. Не известно даже, какой статус им присвоят - считать ли их беженцами или оформлять как-то иначе. Но, скорее всего, они задержатся здесь, пока не прояснится ситуация на государственном уровне.
Так что пока женщинам в вынужденной ссылке остается только одно - жадно смотреть каждый информационный выпуск и ждать еще не назначенной встречи со своими мужьями.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 10182

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....