Подобно былинному герою, застыв у "заветного столба", Россия мучительно соображает: направо пойдешь - "обамериканишься", налево - в Китай попадешь. А может, стоит сделать ставку на "латиноамериканскую модель"?
Невдомек иным нашим "разводящим": прежде чем сопоставлять страны, находящиеся сегодня на разном уровне развития, их нужно привести к "общему знаменателю". Таким знаменателем является валовой внутренний продукт (ВВП), приходящийся на душу населения. И тогда открываются вещи удивительные.
Первое, что бросается в глаза, это близость уровня среднедушевого ВВП во всех странах в момент осуществления в них революций. Оказывается, что во время революции: в Англии середины ХVII века, в США и Франции второй половины ХVIII века, в Италии и Германии середины ХIХ века, в России и Мексике начала ХХ века (колебания в пределах 10 процентов) - уровень доходов на душу населения совпадает. Грубо говоря, монарха казнят в странах сопоставимого уровня экономического развития.
Следуя далее по шкале истории, можно заметить, что устойчивый демократический режим возникает также на сопоставимом уровне социально-экономического развития. Этот уровень примерно в четыре раза превышает уровень "казни монарха". От уровня доходов зависит, оказывается, и устойчивость демократической конституции. Попытки введения всеобщего избирательного права при слишком низком уровне ВВП также оборачиваются скорым крахом системы. Она отменяется или превращается в пустую формальность, как это было в СССР.
И дело вовсе не в мистике цифр. Среднедушевой ВВП является интегральным показателем, отражающим политические, социальные, гуманитарные аспекты развития той или иной страны. Скажем, страна с уровнем доходов 1200-1400 долларов в год на душу населения с высокой степенью вероятности является аграрной страной с низким уровнем образования (неграмотно более половины населения), и если речь идет о начале века, то это - монархия. Страны с уровнем выше 6000 долларов - демократические, с доминированием промышленности в структуре производства и занятости. А в странах с уровнем 10 000 долларов идет интенсивная структурная трансформация в направлении постиндустриализма.
В России сейчас уровень ВВП на душу населения - 3500 долларов. Из чего нетрудно сделать вывод, что страна находится на перепутье, исторической развилке, когда еще только предстоит выбрать свой путь развития. Впрочем, это вовсе не означает, что мы должны, как герой некогда популярного фильма, срочно решать, куда бедному крестьянину податься. Что делать? Прежде чем ответить на этот вопрос, перефразируя классика, замечу: все счастливые преуспевающие страны счастливы в основном одинаково. Все несчастливые, то бишь бедные, страны идут к провальным результатам собственным путем, апеллируя обычно к национальным особенностям и традициям..
"Крестьяне в этой стране ленивы и медлительны. Они не стремятся вырастить пшеницы больше, чем это им нужно для собственного пропитания". Попробуйте угадать, о какой стране идет речь? Нет, не о России, как ее принято изображать в заметках иностранных путешественников, хотя это написано действительно путешественником из одной высокоразвитой, страны Европы, посетившим в 1497 году одну из самых отсталых стран - Англию. В то время итальянские государства были одними из самых динамичных в мире, и, естественно, итальянский путешественник усмотрел бедственное положение отсталой Англии "в природной лености" крестьянства как национальной черте английского характера. Путешественник упрекает "ленивых" английских крестьян в недостаточном внимании к хлебопашеству, ключевой, как тогда представлялось, отрасли сельского хозяйства. А английские крестьяне по лености занимались разведением овец, которые требовали меньших затрат труда.
К слову, весь тогдашний опыт свидетельствовал, что для сокращения разрыва в развитии Англии необходимо все силы бросить на развитие земледелия, выращивать и продавать зерно. Между тем сейчас ясно, что именно овцеводство создало предпосылки для будущей промышленной революции, которая и вывела эту Англию в лидеры индустриального мира. Словом, не редко то, что кажется сегодня второстепенным, завтра даст выдающиеся результаты. А может, наоборот, отбросить назад. Однако уверенно утверждать, что станет решающим фактором в экономическом и социальном прорыве, - не может никто. Исторический опыт свидетельствует, что любые расчеты могут оказаться ошибочными. Как писал К. Маркс, "страна, промышленно более развитая, показывает менее развитой стране лишь картину ее собственного будущего".
Каждая страна находит свой путь к благосостоянию. Потом историки и политики объяснят, благодаря каким гениальным проектам одной стране удалось совершить "чудо", а другая попала в ловушку стагнации...
В этом свете забавными выглядят ссылки на современный Китай, указания на преимущества этой модели по сравнению с российской. Я оставляю в стороне вопрос о политической состоятельности предложений об использовании опыта соседей в современной России, где к началу 90-х годов была разрушена партийно-чекистская вертикаль власти, без которой в принципе невозможен эволюционный путь китайского типа.
Но главное: использование китайского опыта в СССР конца 80-х было невозможно и по социально-экономическим причинам. По уровню среднедушевого ВВП эти две страны разделяло чуть ли не столетие, что отражалось и в качественных параметрах. Соотношение городского и сельского населения, структура ВВП и занятости, уровень грамотности, система социального обеспечения населения и соответственно вытекающий отсюда среднедушевой ВВП Китая весьма близки СССР 20-х годов.
Социальная и экономическая структура современного российского общества и сейчас, несмотря на глубокий экономический спад, остается гораздо ближе к развитым, чем к развивающимся странам. И результаты прошедшего десятилетия нельзя видеть только в черных тонах. С одной стороны, произошел спад производства. Выпуск в отдельных отраслях промышленности сократился в разы, особенно это коснулось машиностроения и производства товаров народного потребления. Заметно снизился уровень среднедушевого ВВП.
С другой стороны, происшедшие изменения сопровождались некоторыми важными структурными сдвигами в экономике. Общим местом стали разговоры о "деиндустриализации России". Но реальные процессы свидетельствуют, скорее, о сдвигах постиндустриального характера. Произошло резкое перераспределение рабочих рук из сферы материального производства в сферу услуг. В отраслях промышленности, на продукцию которых есть реальный спрос, увеличилась доля выпуска товаров с использованием прогрессивных технологий. А возьмите использование компьютеров - без них сейчас невозможно представить работу даже самой захудалой бухгалтерии. Бурными темпами растут телекоммуникации и связь. И, наконец, восстановление положительной экономической динамики (и в 1997, и в 1999 годах) демонстрировало, что именно обновленные машиностроительные производства, продукция которых пользуется спросом потребителей, оказываются лидерами по темпам роста.
Да, разрыв с Западом остается колоссальным. Более того, резко снизился показатель среднедушевого ВВП - тот самый показатель, который определяет социально-политический климат. Тем не менее Россия остается страной с высокообразованным населением, с экономической и социальной структурой, характерной для индустриального общества, начинающего движение в постиндустриальную эру.
Сейчас мы снова на развилке. Вопрос стоит так: или мы постараемся догнать западные страны, обеспечив соответствие уровня экономического развития страны с интеллектуальным уровнем народа. Или же опустимся до соответствующего экономического уровня. Или или, третьего не дано.
15:55
Как сберечь полмиллиарда
