Труд: ПОСАДИТЬ МЕНЯ БУДЕТ ТРУДНО

Главная Жизнь 01:01 25 Июля 2002 197

ПОСАДИТЬ МЕНЯ БУДЕТ ТРУДНО

Скандально известный писатель и руководитель некой партии национал-большевиков Эдуард Лимонов в СИЗО-1 Саратова дожидается продолжения суда над ним и еще несколькими соратниками-подельниками.

Субботин Андрей

Напечатать

Саратов оказался местом проведения судебного процесса, поскольку именно здесь троих лимоновцев задержал ФСБ, обвинив их в приобретении оружия: автоматов и взрывчатки. Один из задержанных дал показания, что действовал по заданию Лимонова.
Следствие обвинило лимоновцев еще и в подготовке терактов, попытке организовать незаконные вооруженные формирования - "национал-большевистскую армию". А самого Лимонова к тому же - и в призывах к насильственному изменению конституционного строя.
Сейчас в судебном процессе перерыв. Обвиняемые и их адвокаты знакомятся с делом. Кроме Лимонова, в изоляторах Саратова содержатся еще пять его подельников. Из них одна женщина - двадцатипятилетняя Нина Силина. Пока Силина находилась за решеткой и под следствием, в родном городке Коврове (Владимирская область) ее избрали депутатом горсовета.
Сам Лимонов "сидит на тройке", в третьем корпусе следственного изолятора. В этом старом, еще дореволюционной постройки здании во время войны сидел приговоренный к смертной казни большевиками академик Николай Вавилов. А во времена более поздние - уголовные "авторитеты" и особо опасные преступники.
Как мы выяснили, претензий у администрации СИЗО к заключенному Савенко (судят Лимонова, естественно, под его настоящей фамилией) нет. Лимонов смотрит телепередачи и уже попросил своего адвоката подписать его на газеты. Лимонов отрастил в тюрьме длинные волосы, усы и бородку. Покручивая во время разговора ус, "Эдичка" напоминал постаревшего мушкетера. Кстати, адвокат Лимонова регулярно общается с французским посольством, поскольку его подзащитный имеет двойное гражданство. А вот самому писателю встретиться с послом Франции в Лефортово, как он сказал, не удалось. Нам повезло больше, чем послу. Это первое интервью Лимонова после его задержания весной прошлого года.
- Стоило ли покидать "другие берега", чтобы теперь, сидя в российской тюрьме, писать книгу "Другая Россия"?
- Это карма, от судьбы не убежишь, я мог сесть и в 17 лет, когда жил в рабочем поселке, где были криминальные нравы. Как говорят о человеке: война его догнала, так и мой рабочий поселок догнал меня уже в зрелом возрасте.
- Вы не считаете, что в вашей жизни явно видится противоречие: писатель воздействует на мир словом, а вы занимались совсем другим?
- Меня как раз судят за слово. Когда задержали, даже перочинного ножика не было. Судят за тексты. Обвинение начинается: "Савенко разработал программу... "
Сейчас я занимаюсь изучением своего обвинительного заключения. Это сама по себе работа фантастическая, в жанре "фикшен", я не ожидал такого количества фальсификаций...
- Каковы условия, в которых вас содержат?
- Условия как у всех, может быть, чуть лучше. Нас трое в четырехместной камере. Я здесь две недели, никаких нареканий пока нет.
- Жарко?
- Переносим. Окно распахнуто.
- Кто ваши сокамерники?
- Одному - 21 год, другому - 35. По-моему, оба - по 161-й статье (грабеж. - А. С.). Нормальные ребята, я уживался со всеми.
- Была информация, что в Лефортово вас якобы помещали в одну камеру с Анатолием Быковым?
- Вранье. Кто же меня посадит с Быковым? Хотя, может, я и мечтал об этом. Сажают с теми, с кем не хочешь сидеть. Я полтора месяца сидел с одним стукачом. Он сумел добиться чистосердечного признания, "чистухи" (как говорят на блатном жаргоне) от чеченца, одного из пяти тех, кого судили за взрывы в Москве. Расколол, говорят, его за одну ночь...
- В местах лишения свободы не уважают лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Вам не повредили здесь интимные сцены из романа "Это я - Эдичка"?
- Нет, такого не было. У меня 35 книг, и только в одной или двух есть сцены с "голубыми". О чем я только не писал. Писатель не ответствен за сцены, которые описывает.
- Александр Проханов передал вам свою литературную премию "Национальный бестселлер" за роман "Господин Гексоген". Вы получили ее?
- Денег пока не получил. Вы знаете: одно дело - устроителям объявить победителя, другое - отдать деньги.
- Кстати, как бы вы их использовали?
- Тюрьма дорого обходится. У нас сидят шестеро человек, и всем, в том числе тем, кто оговорил нас, посылаем "дачки".
- Вы имеете в виду Дмитрия Карягина?
- Да, вашего соотечественника. Посмотрим, что он будет говорить в суде.
- Вы отрицаете, что имели отношение к покупке оружия?
- Карягин дал показания, привязывающие меня к этой истории, на пятый день ареста. Во время следствия он давал противоречивые показания, все время называл новых людей. Я думаю, суд, оценивая то, что говорил Карягин, учтет, что его самого обвиняют в том, что он дважды покупал оружие у неизвестных лиц... Есть еще обширные аудиоматериалы, поскольку я находился "под разработкой", как считаю, с января 2000 года. А последнее время, перед арестом, за мной постоянно ездило несколько машин.
- Все ваши подельники намного младше вас, у вас нет чувства вины, что вы их втянули, что из-за вас эти молодые люди оказались в тюрьме?
- Это поверхностный взгляд. Когда с Александром Дугиным и рядом других людей создавали партию, мы не хотели, чтобы она была молодежной. Но стиль ее привлек к себе молодежь. У молодежи в нашем государстве нет места, могут только послать на войну в Чечню. В политических партиях тоже единственное, что поручают, - газированную воду расставлять на столах. Молодежь идет в наркотики, в пьянство. Ничего плохого в деяниях партии национал-большевиков я не вижу. Вот в Севастополе 15 наших человек поехали в 1999 году и мирным образом оккупировали башню Клуба моряков. Вывесили знамена, лозунги "Севастополь - русский город", разбрасывали листовки: "Кучма подавится Севастополем!". Отсидели по шесть месяцев. Так они всколыхнули страну. За восемь лет, извините, независимости Украины только речи произносили, а пацаны поехали, подставили свою шкуру сами, я их туда не посылал. В России их потом принимали как героев. Людям в жизни нужна не только тарелка супа. Молодежь к нам идет по простой причине - вокруг нет того, что она хочет. Многие из неблагополучных семей, разведенных...
Меня тоже никто не может обвинить, что я где-то на квартире отсиживаюсь. Свою шкуру подставляю, и все свои деньги отдал.
- Что сделаете, если, допустим, выйдете на свободу, - в первый день?
- Выйду - посмотрим, когда это произойдет и как. Сейчас задача - суд, будем судиться. ФСБ - организация серьезная, они попытаются осудить...
Одновременно есть и какие-то силы, которые не хотели, чтобы я сидел в тюрьме. В тюрьме я не удобен, будут говорить о несвободе в России. Если бы за мной не было 35 томов моих книг, переводов на 20 языков, определенного авторитета, я исчез - никто бы и не заметил, а так посадить меня - большая проблема...
* * *
В сентябре над лимоновцами возобновится судебный процесс. Причем по решению саратовского суда, он будет открытым. Тогда и станет понятно: оправданы ли ожидания Лимонова по поводу собственной участи.

Напечатать

Жизнь 16:00 / 19 Февраля 2026 20143

Маска равнодушия и негативный контент

О чем на самом деле вопиет убийство ребенка из многодетной семьи?

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Как внезапно выяснилось, в школу Паша не ходил: мать пыталась записать его, но не успела

Жителей Петербурга потрясло убийство девятилетнего Паши Тифитулина 38-летним педофилом Петром Жилкиным. Многие восприняли эту беду как свою личную. Сотрудники полиции, спасательные службы, волонтеры «ЛизаАлерт» и просто неравнодушные...