Разговор о наличных немыслим без умных слов и огромных чисел. Даже если они, наличные, лежат под матрацем как раз под пятой точкой.
Итак, начнем. Денежная база государства, если коротко, - это наличные деньги плюс средства кредитных организаций. Российская денежная база насчитывает свыше 5,7 трлн. рублей. Из них 3,5 трлн. - "наличка". Больше половины этих денег - 1,9 трлн. - находится на руках у населения. Часть крутится в теневом бизнесе, другая, как считают эксперты, спрятана в чулках и кубышках.
Почему люди предпочитают быть старомодными скопидомами, а не становиться прогрессивными инвесторами? Потому что опыт у них соответствующий. Семейный стабфонд создают не от хорошей жизни. А потому что уверены: когда дойдет дело до серьезного финансового катаклизма, на средства государственного Стабилизационного фонда широким слоям населения рассчитывать не следует.
Что, граждане не правы? Ну ты пойди докажи им обратное. И лучше на конкретных исторических примерах.
- Люди выжили в страшных условиях начала девяностых только потому, что существовал теневой сектор экономики, - считает председатель совета директоров "Агрохимбанка" Владимир Гамза. - В период, когда государство не справлялось со своими функциями, он стал единственным спасением для большинства российских граждан.
Сейчас отечественная экономика, конечно, окрепла. Золотовалютные резервы у России могучие. И в Стабилизационном фонде на начало марта стерилизовалось более 2,7 трлн. рублей. Но это, так сказать, Большая Правда Великой Державы.
Которая населена, однако, маленькими людьми, не ведающими таких единиц измерения, как триллион, миллиард и миллион. Граждане Великой Державы оперируют в основном некрупными купюрами.
- Сегодня любой мелкий предприниматель, если будет платить все налоги, неминуемо разорится, - утверждает Владимир Гамза. - Для него теневой оборот - это вопрос сохранения собственного бизнеса.
Некто Иван Иванович, нанявшийся ко мне перестраивать гараж, в начале карьеры "вольного каменщика" делал все по правилам: зарегистрировал ЧП и стал заниматься индивидуальной трудовой деятельностью. Однако выдержал недолго. Размер официальных налогов и куча неожиданных неофициальных поборов отбили у него всякую охоту к законопослушанию. Теперь он работает по устным договоренностям, получает черным налом свои рубли, а затем скупает на них евро. И складывает иноземные банкноты в свой личный стабфонд.
Он у него, конечно, меньше, чем у Российской Федерации. Но у всех иван иванычей вместе взятых (даже если они на самом деле марь иванны и исмаил исмаилычи) на руках находится еще один большой стабилизационный фонд, сопоставимый по размерам с государственным.
Министра финансов Алексея Кудрина, кажется, только мертвые не клянут за стерилизацию нефтяных сверхприбылей и за укрепление американской экономики. А сами-то мы что делаем?
У обоих Стабфондов, при всех различиях, есть одно общее свойство.
- И ваш Иван Иванович, покупающий евро, и российский Минфин, по сути, занимаются кредитованием государств, которые не всегда дружелюбно к нам относятся, - считает исполнительный директор консалтинговой группы "Аспект" доктор экономических наук Артем Генкин. - Различие же заключается в том, что действия граждан часто непредсказуемы. Поэтому у части властной элиты появляется желание "связать" эти горячие деньги по принципу "мы лучше знаем, что вам нужно для вашего же блага".
Власть опасается граждан не тогда, когда они размахивают флагами, стучат касками и намекают, что могут схватиться за вилы. Самая страшная сила - это народные накопления. Если они сольются вдруг в одну всепокупающую реку, экономике страны конец. Нашей семейной экономике, кстати, тоже.
С этой точки зрения лучше было бы, если бы "деньги соседа" были надежно вложены в экономику. Однако отдавать свое нажитое в чужие руки, по словам Генкина, нужно с большой осторожностью:
- Всего один пример: государственные компании, управляющие пенсионными накоплениями граждан, нередко показывают годовую доходность ниже инфляции. Говоря иначе, доверенные им сбережения не выросли, а уменьшились! Естественно, людей это напрягает.
Некоторые эксперты уподобляют государство хрестоматийному Боливару - два Стабфонда, по их мнению, ему не вынести. По мнению Артема Генкина, тут возможны такие макроэкономические сценарии: либо тотальный запрет на черный нал, либо такое же тотальное разрешение серой экономики.
- Первый вариант содержит ряд плюсов. Прежде всего, сокращается база для терроризма и финансовых преступлений, в первую очередь мелких. Однако для крупных преступников этот сценарий не опасен. Большинство из них обладает серьезным административным ресурсом, который может быть задействован. Другой очевидный плюс - увеличение сбора налогов. Впрочем, он действенен только на первом этапе: в среднесрочной перспективе многие финансовые структуры могут сменить налоговое гражданство и уйти в офшорные зоны. Для государства это обернется потерей крупных налогоплательщиков. Другие плюсы - улучшение отношений с западными финансовыми структурами и стимулирование, правда с оговорками, инвестиций под реальный сектор экономики.
На этом плюсы (надо сказать, они в основном в пользу государства) кончаются. И начинаются минусы. Закручивание гаек приведет к разорению огромного количества мелких и средних фирм, сокращению числа российских банков и притоку крупных иностранных кредитно-финансовых организаций. Пышным цветом расцветет коррупция на разрешительном уровне. И самый главный минус - под угрозой окажутся сбережения в "чулках".
При обратном раскладе - либеральном - "матрацным" накоплениям ничего не грозит. Однако и всеобщего счастья освобождение черного нала никому не принесет.
- При тотальной свободе рынка произойдет децентрализация банковского бизнеса в стране, - уверен Генкин. - Возможен и приток капиталов. Наверняка обогатятся операторы наличного рынка. Однако международные финансовые органы начнут обвинять нас в финансовой "нечистоте", а это грозит судебными арестами и иными обременениями российских активов в западных юрисдикциях.
По мнению финансового эксперта Андрея Черепанова, на проблему теневой экономики стоит взглянуть иначе.
Мое мнение: нужно приветствовать, если в банк несут серые деньги. Это нельзя считать дополнительным преступлением.
Впрочем, россияне, похоже, уже определились с будущим собственных "кубышек".
- Данные ПИФов, автомобильных дилеров и общероссийских сетей продажи товаров длительного пользования за прошлый год показывают, что в сознании россиян наметился перелом, - считает Артем Генкин. - Они начинают отказываться от практики накопления в "чулках" в пользу долгосрочного инвестирования. Конкретный пример: в России жилье все чаще покупают по ипотеке. А в ней не менее 20 процентов составляют собственные деньги заемщика. Откуда они берутся? Из той же "кубышки". В итоге в России она будет становится меньше и в абсолютных, и в относительных цифрах.
Может, наш эксперт и прав. Но вот один россиянин точно бережет Стабилизационный фонд, как зеницу ока. Это опять же министр финансов Алексей Кудрин. А уж он то в финансах разбирается хорошо. Инвестиционный фонд у нас в стране, к слову сказать, существенно меньше Стабилизационного.
Есть над чем задуматься. А, граждане?
16:16
Знак качества от WBA
12:24
1737 АЗС для Pulsar
