Труд: АНДРЕЙ КОСТИН: ДЕНЬГИ ИДУТ К СИЛЬНЫМ

Главная Жизнь 01:01 05 Июня 2001 169

АНДРЕЙ КОСТИН: ДЕНЬГИ ИДУТ К СИЛЬНЫМ

Мир вступает в эпоху глобализации. Что принесут России либерализация и вступление в ВТО? Можем ли мы расплатиться с долгами и вернуть "сбежавшие" капиталы? Есть ли у страны возможности избавиться от роли сырьевого придатка?Об этом беседа с главой Внешэкон

Щуров Василий

Напечатать

- Андрей Леонидович, а что такое глобализация? С чем ее сравнить?
- Мир становится иным, причем на всех уровнях. Это революция в технологиях - развитие коммуникаций, информационных технологий, Интернет. С другой стороны, бизнес стал планетарным, ведущую роль играют транснациональные корпорации, банки. Сами рынки стали глобальными, наднациональными. Сегодня ежедневный оборот мирового финансового рынка - 1,5 триллиона долларов. При этом 13 основных центров, начиная с Токио и заканчивая Нью-Йорком, обеспечивают круглосуточное движение финансовых потоков.
Ну а с чем сравнить глобализацию... Если помните, в романе "Мастер и Маргарита" у Воланда был чудесный земной шар в миниатюре. Этот глобус позволял в любой момент видеть, что происходит в мире, оценить происходящее, проследить связь явлений.
- Булгаковский герой еще и управлял процессами...
- Так ведь и мы сегодня говорим о глобальном уровне регулирования экономики. В торговле - ВТО, в сфере финансов - МВФ, Всемирный банк. Парижский и Лондонский клубы даже долги перевели в разряд глобальных проблем, это уже предмет межгосударственных переговоров. А на самом верху "большая семерка" - или "восьмерка", если мы участвуем.
- Итак, мир изменяется. Он стал более управляемым или, наоборот, ранимым?
- И то, и другое. Вот сейчас мы видим, как крупные средства, выделенные МВФ, помогают Турции преодолевать финансовый кризис. В Аргентине та же картина.
А Россия на горьком опыте убедилась, чего может стоить втягивание в процесс глобализации. Мы в 1998 году получили жестокий кризис, потому что имели слабую экономику, не создали структуры глобализации - в лице мощных банков, крупных корпоративных компаний. Страна ведь по всем статьям теряла позиции - в конце 80-х по объему ВВП Россия (в составе СССР) занимала в мире 7-е место, а спустя 10 лет скатились на 15-е.
- Судя по массовым акциям противников глобализации, опасаются ее многие, и не только в "кризисных странах".
- Развивающиеся страны настороженно относятся к глобализации. Чаще всего их страшит либерализация торговли. Они могут потерять доступ на рынки развитых стран, традиционная экспортная продукция не найдет сбыта. Ведь эффективность производства в третьем мире низкая, к тому же на Западе научились делать заменители сырья. Многие развивающиеся страны выручают особые соглашения с бывшими метрополиями. А при либерализации они эти преимущества потеряют.
- А Россия от либерализации выиграет?
- На мой взгляд, последствия пока до конца не просчитаны. Может случиться, что в условиях открытых границ западным компаниям будет выгоднее осваивать наш рынок, наращивая производство товаров, скажем, в Польше или Чехии. Нельзя совершать прорыв по части либерализации и вступать в ВТО раньше, чем создадим у себя благоприятный инвестиционный климат. Если настежь откроем шлюзы для импорта, не имея крупных корпораций и конкурентоспособных отраслей, то последствия для экономики могут быть очень тяжелыми.
- Что может пострадать в первую очередь?
- Банковский и страховой сектор, автомобилестроение, авиационная промышленность... Вот сегодня "Эрбас" и "Боинг" стали мировыми лидерами, объединили производство и поделили рынки сбыта. А в России десятки предприятий, которые за весь год выпустили 6 машин. Завтра отрасли не будет, если срочно не закрыть неэффективные предприятия, не помочь остальным с размещением заказов, реализацией через систему лизинга.
К слову, опыт такой есть. Наш банк договаривается с западными производителями о создании СП по лизингу сельхозтехники. Мы участвуем в их капитале, выступаем гарантом. Единственное наше условие - чтобы западные партнеры делили с нами риски. И инвесторы на это идут.
- Ну а какова же степень риска от либерализации? Может, минусы от ВТО перевешивают возможные выгоды?
- Членство в ВТО необходимо для страны, если не хотим оказаться в изоляции. Вопрос не в том, вступать или не вступать, а как быстро, на каких условиях? Для развивающихся стран процесс обычно длится 7- 8 лет. А для России, огромной страны с переходной экономикой, вообще нужна индивидуальная схема. И главное - просчитать последствия, оценить свой потенциал, предусмотреть механизмы защиты. Иначе ряд базовых отраслей просто исчезнет. После чего инвесторам незачем будет приходить. Россия станет потребителем товара, а не капитала.
Взять сферу финансов. Сегодня у нас 1300 банков, из них 90 процентов имеют капитал меньше 10 млн. долларов. Для сравнения: в среднем западном банке счет на сотни миллиардов и триллионы, к тому же там идет процесс слияния. Нам надо срочно этот сектор реструктурировать, создать крупные кредитные учреждения. Иначе либерализация финансовых рынков сметет российские банки. В Европе такие случаи были. Например, в Венгрии иностранные банки сегодня контролируют более 50 процентов капитала.
- Говорят, США вступают в полосу кризиса. Чем это обернется?
- Знаете, оценки разные. В Америке не кризис, а падение темпов экономического роста. И уже по этой причине финансовые рынки дестабилизированы, падают в цене акции высоких технологий и традиционных отраслей. Экономика США испытывает определенные проблемы с ростом, что в условиях глобализации сказывается на всех рынках.
- Но, может, часть капитала, уходящего из американской экономики, придет к нам?
- На это можно было бы рассчитывать, если бы у нас существовало то, что принято называть хорошим инвестиционным климатом. Увы, тут многие вопросы остаются нерешенными. Но определенная зависимость от происходящего на рынках других стран, конечно, существует. Скажем, кризис в Турции тут же снижает акции наших компаний. Потому что Россия, с точки зрения финансистов, входит в категорию развивающихся рынков, а они для инвесторов самые рискованные. Правда, если мы начнем привлекать не спекулятивный капитал, а прямые инвестиции, то России проще будет пережить обвал на западных биржах, если таковой случится.
- Сегодня многие предлагают быстрее расплатиться с долгами и больше на Западе кредиты не брать. Ваше мнение?
- В политике вредны категоричные заявления. Вот сказал бывший президент, что не будет девальвации, а через два дня грянул кризис...
А надо ли загонять себя в угол? Россия сейчас процентов 40 тратит на обслуживание внешнего долга. Мне кажется, не стоит отрезать путь ни кредитам МВФ на рефинансирование, ни возможности договориться с Парижским клубом о реструктуризации платежей. Россия взяла на себя обязательства бывшего СССР, но нельзя допускать, чтобы платежи по внешнему долгу подрывали экономический рост или социальные обязательства. У нас сегодня в Якутии наводнение, завтра где-то еще возможно бедствие. К этому бюджет должен быть всегда готов.
Словом, в отношениях с кредиторами нужен баланс интересов. В международной практике есть возможности для реструктуризации и новых заимствований.
- Значит, по вашему мнению, брать новые кредиты надо?
- Правительство считает, что в этом году без них обойдемся, в следующем - тоже. А вот на 2003 придется пик платежей, и надо смотреть, какие будут цены на нефть, что будет с ростом экономики.
Еще лет 20 - 25 России придется серьезно заниматься внешним долгом. К слову, наш банк представил в правительство концепцию управления госдолгом. Есть чисто рыночные механизмы, позволяющие экономить на платежах кредиторам. Например, минимизировать риски, связанные с пиками платежей, сглаживать эти пики, рассматривать варианты заимствований, торговать долгами... Сразу после кризиса 1998 года можно было долг Лондонскому клубу откупить за 10 процентов. Увы, таких денег тогда не нашлось.
- Но ведь многие и нам должны. Можем что-то получить?
- Можем рассчитывать примерно на 30 миллиардов долларов. Платят Индия, Вьетнам. Продвинулись в переговорах даже с трудными должниками - Пакистаном, Нигерией, Сирией. Но надо учитывать, что в мире есть тенденция к списанию задолженности беднейшим странам.
- Евро стал символом объединения Европы, но он обесценивается. И наши бизнесмены предпочитают доллар...
- Западная Европа, конечно, хочет, чтобы Россия больше расчетов вела в евро. Пока эта валюта была не самой сильной, ее стоимость снижалась по отношению к доллару. Но экономический потенциал наших соседей велик, а это главное для укрепления валюты. Напомню, что с 2002 года в жизни евро наступает новый этап - наличные расчеты. Это удобно для людей, которые много путешествуют. Единая Европа, безусловно, будет развиваться.
- А что же Россия - она когда-нибудь войдет в ЕС?
- Давайте судить здраво: нас там не ждут. Хотя бы потому, что просто не переварят. Да это и не соответствовало бы нашим традициям, менталитету. Россия в силу геополитического положения обречена на особые отношения с Европой. Причем сказанное касается не только нашей страны. Мне кажется, это уже поняли многие наши "братья по Союзу".
Конечно, сейчас экономика, торговая сфера в России сильно "долларизированы". Но вопрос в том, что должно идти на смену доллару - евро или рубль? Последнее явно предпочтительнее.
- Согласятся ли с вами сограждане? У них в "чулках" доллары...
- Думаю, люди психологически еще не пережили драму 1998 года, когда обесценились рублевые сбережения. Да, сейчас рубль стабилен, приток валюты устойчивый, золотовалютные резервы ЦБ выросли до 33 млрд. долларов. Это, конечно, не Китай, где валютные запасы на декабрь 2000 года составили 165,6 млрд. долларов. Тем не менее средств ЦБ вполне достаточно, чтобы не допускать резких колебаний курса.
Но восстановление доверия - процесс длительный. Надо создать надежные финансовые учреждения, систему гарантий вкладов. Надо укрепить экономику, чтобы она зависела не только от цен на нефть. Вот тогда рубль станет настоящей валютой.
- А сколько долларов на руках? Можно их привлечь в экономику?
- Речь идет о десятках миллиардов. Привлечь их в экономику заманчиво, но тут требуются определенные инструменты. Сейчас в России нет ни одной ценной государственной бумаги, которую гражданин мог бы купить. Даже в советское время были займы. Не работают механизмы пенсионных и страховых фондов. Так что сегодня выбор невелик - либо неси деньги в Сбербанк, либо покупай доллары.
Кстати, на Западе накопления граждан играют ключевую роль. Это долгосрочный ресурс, те самые "длинные деньги" для инвестиций.
- Международная комиссия включила Россию в список 15 государств, где самые большие "прачечные" по отмыванию "грязных" денег.
- Это очень неприятно. Хотя, замечу, комиссия FATF исследует не все государства. Допустим, страны СНГ, где ситуация не лучше, в этот черный список не попали. Из России сделали "козла отпущения".
Нам, конечно, необходимо бороться с криминальным капиталом. Но Россия тут далеко не самый большой игрок. Даже механизмы ухода от налогов через оффшоры - западное изобретение, там банки поголовно этим занимаются. В год около 500 миллиардов долларов отмывается только через американские банки. А из России, как известно, утекают суммы на порядок меньше, причем это в основном не криминальные деньги.
- Не криминальные? Почему тогда их не амнистировать?
- Создание механизмов для возврата капиталов и превращения их в инвестиции - очень важная задача для экономики. Но ее невозможно решить каким-то одним действием. Вы думаете, если объявить амнистию капиталов, то завтра они вернутся? Не будет этого, пока не развяжем многие другие узлы. Так, требуется пересмотреть валютное законодательство в сторону либерализации. Запрещая вывозить прибыль, мы теряем налоги и заставляем предпринимателей искать обходные пути. Десять лет мы закрывали глаза на эту проблему. В итоге имидж России сильно пострадал, что уже мешает нашему бизнесу.
Поэтому нам необходим закон о борьбе с легализацией криминальных доходов, который рассматривает Госдума. Он нужен внутри страны, чтобы банки были разборчивее, интересовались происхождением денег клиентов. Он нужен для взаимоотношений с мировым сообществом, чтобы уйти из этого позорного черного списка.
- При каких условиях к нам придут инвестиции?
- На мой взгляд, главных условий четыре. Это политическая стабильность, и она достигнута - в стране новый президент, работающий парламент, либеральное правительство. Это дебюрократизация, устранение чиновников от вмешательства в экономику. Третье условие - налоги, стабильные, стимулирующие вложения в реальный сектор. И наконец, либерализация в финансовой сфере, право распоряжаться доходами.
- Ваш прогноз по поводу инфляции и курса рубля?
- Мне кажется, инфляцию сложно будет удержать в бюджетных параметрах. Уровень инфляции 18 - 20 процентов по итогам года, по-моему, вполне реален. Зато курс рубля имеет все шансы остаться стабильным. Ведь цены на нефть достаточно высоки, и прогнозы на этом рынке для нас благоприятны.
- Значит, все в порядке?
- Стабильный курс еще не говорит о том, что экономика в порядке. Нам требуются масштабные структурные реформы, в том числе банковского сектора и естественных монополий. Надо создавать конкурентную среду, инициировать образование мощных холдингов, облегчать налоговое бремя. Тогда Россия выдержит и иную конъюнктуру на рынке энергоресурсов.
Нельзя иметь крепкий рубль и надежные банки, не имея крепкой экономики. Хотя есть и обратная зависимость: без надежных финансовых учреждений не дождемся долгосрочных инвестиций. В экономике все взаимосвязано. На то она и глобализация.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 13106

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....