ПАЛАЧ ОСТАВИЛ ЗАПИСКИ

Главная Жизнь 01:01 10 Марта 2005 186

Наследие "ангела смерти", как называли его узники концлагеря Освенцим, обнаружилось еще в 1985 году, когда конфисковали имущество немецкой пары Лизелот и Вольфрам Боссерт, жившей в Сан-Пауло.

Колчанов Рудольф

Напечатать

Полицейские порылись среди книг Гете и Геббельса, медицинской литературы, олимпийской атрибутики Игр, проведенных в Берлине в 1936 году, обратили внимание на пачку презервативов, а вот письмами, заметками, дневником (в общей сложности 85 документов) не заинтересовались. Только на днях их раздобыла редакция одной из газет Сан-Пауло, и часть находки стала известна в Германии.
В бумагах содержатся многие доселе неизвестные детали жизни Менгеле вдали от фатерлянда, его размышления, которые свидетельствуют о том, что нацист так и ушел из жизни нацистом, не испытав раскаяния за свои чудовищные зверства над узниками. Письма адресованы сыну Рольфу и старому другу, закоренелому австрийскому фашисту Вольфгангу Герхарду, который тоже скрывался в Бразилии, но в 1971 году вернулся в родной Грац, оставив свои документы Менгеле, которого и похоронили в 1979 году на кладбище "Носса сеньора до Розарио" в Эмбу под именем Вольфганга Герхарда.
У гитлеровского палача с дипломом доктора медицины было много фальшивых имен после крушения "третьего рейха". До 1949 года преступник скрывался в Баварии, а потом с документами, полученными от Красного Креста (!), перебрался в Южную Америку. Тридцать лет Менгеле, скрываясь от погони, колесил с паспортами на имя Фрица Фишера, Вальтера Хазека, доктора Гельмута Грегори, Хосе Аспиаци, Фридриха Брайтенбаха, доктора Энрике Вольмана по всему континенту, живя в постоянном страхе главным образом в Аргентине, Парагвае и осев, наконец, в бразильском городе Сан-Пауло.
Страх по-разному сказывается на психике человека, у Менгеле, как свидетельствуют обнаруженные записки, выработалась привычка обкусывать и глотать кончики усов, однажды это привело к завороту кишок, и палач едва не протянул ноги. Пережил он в последние годы несколько сердечных приступов, но и тут выкарабкался. Неизвестно, сколько бы еще прожил, если бы не захлебнулся во время морского купания в 1979 году в возрасте 66 лет.
В письмах он клянет послевоенную Германию с ее "демократией", "дегенеративной молодежью", "сексом и новой музыкой, являющейся какофонией", клеймит гневом театры и телевидение, которые "вызывают лишь утробные мысли". В письмах, однако, явственно сквозит желание вернуться в Германию, но не из согласия с новыми порядками, а по причине "мучившей нищеты и болезней".
Как и его высокие нацистские бонзы, в частности, Гиммлер, Менгеле, спокойно отправившие на гибель десятки тысяч людей, переживал и времена лирического настроения. В его дневнике встречаются и поэтические строки: "Птица, начинающая петь, поет для всех... Далекая одинокая звезда тоже светит для всех..." Он не сожалеет о своем участии в убийствах, поскольку, по собственному признанию, "эти люди были все равно предназначены к убийству".
В документах Менгеле достаточно доказательств тому, что до конца дней он остался приверженцем расистской идеологии. Политику южноафриканского апартеида "ангел смерти" называет "самой эффективной формой предотвратить смешение рас". Своему австрийскому "коллеге" Вольфгангу Герхарду он с радостью пишет, что в его окружении много семей, которые симпатизируют идеям национал-социализма.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 23039

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...