День космонавтики — один из самых искренних праздников в нашей стране. Каждый год по традиции 12 апреля мы вспоминаем едва ли не самый громкий триумф отечественной науки и техники — первый в мире пилотируемый полет.
Советская космонавтика на протяжении нескольких десятилетий оставалась скопищем государственных тайн. Однако сейчас многие из документальных свидетельств, рассказывающих об истории полетов в космос, лишились грифа «секретно». Вот некоторые интересные факты, которые корреспонденту «Труда» удалось узнать из рассекреченных документов, хранящихся в Российском государственном архиве научно-технической документации, в «космических» организациях и предприятиях.
15 внештатных ситуаций
До полета Гагарина было осуществлено несколько пробных запусков. Первый из космических аппаратов — 1КП («корабль простейший») — еще не имел теплоизоляции и системы жизнеобеспечения. И чтобы загрузить его полным расчетным весом, кабину спускаемого аппарата в последний момент набили сотнями килограммов чугунных чушек, взятых с ближайшего металлургического предприятия. При завершении полета 1КП произошел сбой в программе посадки, и спускаемый «шарик» приземлился на территории Канады. Канадцы долго потом пытались понять, что за железяки такие с русскими буквами на маркировке свалились к ним с неба.
Исследователи подсчитали, что у Гагарина за время его короткой, 108-минутной экспедиции в космос было 15 внештатных ситуаций. Среди этих ЧП были как серьезные, так и вполне анекдотические. Например, у космонавта номер один в разгар полета уплыл из рук карандаш, которым он делал записи в бортовом журнале. В результате вторая половина гагаринского полета осталась незапротоколированной на бумаге. Другая проблема возникла с магнитофоном, на который космонавт дублировал свои сообщения в Центр управления полетами. Пленки в этом аппарате хватило лишь на половину всего полета, а механизм перемотки на другую дорожку не сработал.
Кроме того, корабль «Восток» вышел на орбиту, несколько большую расчетной. Тогда в конструкции космического аппарата не было еще предусмотрено дублирующих систем, и, чтобы подстраховаться, конструкторы предусмотрели естественный спуск кабины с космонавтом на Землю. Предполагалось, что даже если тормозная система не сработает, «Восток», вращаясь на орбите, постепенно сам спустится и через 10 суток войдет в плотные слои атмосферы. Для этого Гагарину предусмотрели запас воды, пищи и кислорода на 10 дней. По «закону подлости» система включения тормозного двигателя сработала с небольшим запозданием, и эти несколько секунд для Гагарина оказались бесконечными: он не знал, когда сможет вернуться на Землю и сможет ли вообще.
«Союз» хотели послать на Марс
Еще в самом начале космической эры в СССР уже создавались аппараты для полетов человека на другие планеты. Например, знаменитый ныне корабль «Союз» начали проектировать еще в 1960 году. Изначально он предназначался для лунного и даже марсианского проектов, и лишь после того как эти масштабные замыслы были в брежневские времена похоронены, «Союз» перепрофилировали в орбитальный корабль.
Один из кораблей для осуществления лунной программы 7К-1Л был даже выполнен «в железе». Кроме того, среди рассекреченных архивных документов есть материалы о разработке марсианского скафандра, датированные еще 1963 годом!
Самовар из спутника
Благодаря воспоминаниям ветерана войск ПВО удалось узнать о судьбе дублера самого первого советского спутника.
— В самом начале 1980-х я служил в Главном штабе ПВО начальником направления по войскам ракетно-космической обороны, — рассказал Александр Митенков. — Однажды у нас случилась техническая накладка: сработала «тревожная команда» на одном из комплексов противовоздушной обороны. Виновником переполоха оказался запущенный на орбиту спутник, бортовая аппаратура которого почему-то стала работать на нештатной частоте. Поскольку этот орбитальный аппарат относился к ведению Главного управления космических средств (ГУКОС), меня и еще нескольких офицеров из главкомата направили туда — разбираться. С нашей делегацией занимался космонавт номер два Герман Титов — он в ту пору занимал должность первого заместителя начальника ГУКОС. Обсуждения возникшей проблемы затянулись до обеда, и Герман Степанович повел нас в гукосовскую столовую. Под конец трапезы знаменитый космонавт говорит: «А на третье мы пьем чай во-о-он из того большого самовара. Он сделан из первого искусственного спутника Земли».
Оказывается, к знаменитому космическому старту 4 октября 1957 года было подготовлено три экземпляра спутника. Один из них в итоге вывели ракетой на орбиту, другой выполнял роль дублера на случай каких-то неполадок с основным «шариком» (впоследствии этот аппарат оказался в музейной экспозиции). Но был еще № 3 — тоже запасной, на всякий случай. После удачного старта этот спутник довольно долго хранился на космодроме, а потом (вроде бы по распоряжению самого Королева) его передали как реликвию «по принадлежности» в головную организацию, в ГУКОС. Но куда в административном здании девать такой презент? У спутника № 1 и его дублеров каждая из четырех антенн длиной почти 3 метра! Кто-то из начальства предложил: давайте сделаем из королевского подарка самовар для столовой. Предложение показалось удачным: ведь у спутника круглая оболочка изготовлена на заводе в подмосковной Электростали из отличной нержавейки... Усы-антенны с аппарата сняли, приборную начинку вынули, а сам «космический шарик» диаметром 58 см отправили в Тулу. Тамошние мастера приварили к корпусу бывшего спутника ножки, конфорку, кран, две ручки. Получился большой самовар, который и установили в столовой ГУКОСа.
Документы
Из «Положения о космонавтах Союза ССР»:
«1. Отряд космонавтов формируется из числа граждан Советского Союза, изъявивших добровольное желание участвовать в космическом полете.
2. В отряд космонавтов могут быть зачислены только лица, обладающие высокими морально-политическими качествами...
12. Должностные оклады выплачиваются космонавтам в следующем размере (в месяц): слушатель-космонавт — 3000 рублей, космонавт — 3500 рублей, инструктор-космонавт — 4000 рублей». (Утверждено Постановлением СМ СССР от 3 августа 1960 года)
***
Из записей Валентины Терешковой в бортовом журнале космического корабля «Восток-6» (июнь 1963 года):
«Второй день полета. Датчики, прикрепленные на щеках, не беспокоят. Жаль, что нет никаких средств для чистки зубов. Нужно сделать зубочистку или специальные конфеты, освежающие полость рта... Чувства угнетения нет, настроение бодрое. В свободное время занимаюсь изучением инструкции по управлению космическим кораблем... Пища вкусная, с аппетитом съела пирожки, пюре, соки, несколько раз пила воду... Сон был глубокий, без сновидений. Занимаюсь расшифровкой фотоснимков. Очень интересно смотреть через лупу на снимки. Хорошо видны замаскированные корабли, аэродром можно определить сразу по взлетной полосе».
