Труд: "БЕЛАЯ ИСТОРИЯ" В ЭДИНБУРГЕ

Главная Жизнь 01:01 10 Сентября 2002 212

"БЕЛАЯ ИСТОРИЯ" В ЭДИНБУРГЕ

С 31-го июля по 31 августа столица Шотландии превращается в театральную ярмарку, куда стремятся попасть как государственные театры, так и передвижные труппы. Если первые выступают на больших сценах, к примеру, Королевского театра или Плейхауса, то вторые

Лебедина Любовь

Напечатать

И все-таки, если лет 10-15 назад этот фестиваль считался одним из самых демократичных и свободных, так как сюда мог приехать любой коллектив (за свой счет) и после выступления на следующий день проснуться знаменитым, то теперь вся власть принадлежит продюсерам. Это они контролируют все театральные площадки в городе, устанавливая свои расценки на аренду помещений. Это с ними договариваются руководители театров о продолжительности спектаклей, в лучшем случае им дают полтора часа сценического времени. Скажем, за аренду скромной площадки университетского театра (в течение 26 дней) коллективу надо выложить 5 тысяч фунтов. При этом в зале всего сто мест, а билеты разрешают продавать по цене от 8 до 10 фунтов. Так стоит ли овчинка выделки при такой "обдираловке"? - спросите вы. Стоит, если спектакль приглянется какому-нибудь крупному менеджеру и он захочет прокатить его по всей Европе и таким образом даст театру хорошо заработать. Ну а ежели такого "мецената" не найдется, то в лучшем случае коллектив сработает по нулям, в худшем - будет потом долго расплачиваться за свою авантюру, утешая себя мыслью, что выступал на таком престижном театральном форуме.
Надо сказать, что сегодня Эдинбургский фестиваль берет больше количеством, чем качеством спектаклей, потому что если и существует предварительный отбор спектаклей, то он касается известных стационарных театров, с которыми заранее заключаются контракты. Все остальные коллективы приезжают в Эдинбург на свой страх и риск и привозят то, что хотят. В этом году их набралось около полутора тысяч. Конкурируя друг с другом, они во что бы то ни стало стремятся поразить публику, вызвать у нее шок.
Так, шведский спектакль "Лицемерные пенисы" трудно назвать художественным произведением. Скорее, это анатомический театр, где мужские гениталии двух голых исполнителей проецируются на экран, в то время как они, стоя лицом к залу, складывают, выворачивают, растягивают свои "инструменты" в фигурки гуся, чайника, волынки и так далее. Не скажу, что я при этом испытывала какое-то возбуждение, а уж тем более - эстетическое наслаждение. Через 20 минут мне стало скучно, а исполнителей жалко: ведь так и импотентами можно стать... Но как говорится: каждому свое...
Тем не менее я заметила, что эдинбургжцы не торопятся выложить свои фунты за сомнительные шоу. В этом им помогают журналисты. Они не просто пишут рецензии на спектакли, но и выставляют им свои балы. Пять звезд - самая высшая оценка спектакля, и зрители охотно покупают билеты на "звездные" постановки. Мне тоже не оставалось ничего другого, как довериться мнению зарубежных коллег.
Первым оказался французский спектакль с экзотическим названием "Баобабы здесь не растут" с двумя исполнителями. Слава Богу, он и она не совокуплялись на сцене и не показывали свои сугубо интимные прелести, а играли на первый взгляд простенькую историю о двух лицедеях, зарабатывающих на жизнь представлениями на улицах и мечтающих попасть в Африку, где растет много баобабов. Но мечта осталась мечтой. Вместо Африки они оказались на Востоке, расстались там, а потом опять встретились... в пустыне Сахара. В финале спектакля женщина умирает при родах, а мужчина вместе с выросшим сыном продолжает свой путь в страну баобабов.
Путешествия - любимая тема приезжающих в Эдинбург театров. Оно и понятно, ведь большинство из них кочуют по разным странам, предпочитая вербальному театру пластический, поскольку в этом случае проблем с языком не возникает. Но это не чистая пантомима и не клоунада, а другое - физический театр, где словесный текст отсутствует, в нем нет нужды. Чтобы читатели поняли, что это такое, постараюсь рассказать о двух спектаклях "физического театра". Это "Новые шалости" французской группы "Да будет свет" и "Гулливер" в исполнении чешских артистов.
Сюжет первой постановки полностью придуман известным в Европе режиссером Дидье Гюйоном. На берегу моря пятеро бездельников-рыбаков встречаются с молодой парой, приехавшей сюда отдохнуть, которая изначально им не нравится. Рыбаки всячески их игнорируют, выражая всем свои видом и поведением презрение. Ясно, что ни о каком словесном общении и речи не может быть. К тому же у субтильного горожанина есть подружка, а у мужиков никого, вот они и пытаются перетянуть худосочную девицу на свою сторону, но делают это настолько топорно, несуразно, по-мальчишески глупо, что выглядят чуть ли не дебилами.
Молчаливое соревнование могло бы длится бесконечно, но неожиданно море выходит из берегов и начинается прилив. Вскарабкавшись на высокий забор, заклятые враги пытаются спастись, но, оказывается, для этого надо быть эквилибристами, одно неверное движение - и ты в воде. Так случилось, что трагикомическая ситуация спектакля невольно пересеклась с нынешним наводнением в Европе, поэтому зрители воспринимали ее весьма остро. Когда все герои, спустились на землю после прилива и стали танцевать от радости, зал разразился бурными аплодисментами...
В спектакле "Путешествие Гулливера" по Джонатану Свифту тоже был найден оригинальный режиссерский ход, логично оправдывающий бессловесность действующих лиц. Постановщики Павел Марек и Петр Кратохвил соединили видео с физическим существованием актеров на сцене. В стране великанов главный герой выглядит крохой на фоне пятиметровых экранных персонажей, которую можно спокойно, как муху, накрыть огромным стаканом. Когда Гулливер случайно попадает в спальню девушки-великанши, то она берет его на ладошку и опускает себе за пазуху, после чего начинает смеяться и томно закатывать глаза. Проделав обалденное путешествие по огромному, прекрасному телу девушки, Гулливер как бы сходит с экрана, держа в руках неимоверных размеров лифчик. Ну а в стране лилипутов уже Гулливер превращался в экранного гиганта, а граждане крошечной страны, действующие на сцене, выглядели букашками.
После такого жизнерадостного и удивительно светлого спектакля как-то не хотелось больше смотреть на транссексуалов и лесбиянок, выступающих чуть ли не в каждом представлении. Не может быть, думала я, чтобы иностранные театры не привезли спектакли по русской классике (поскольку наших драматических на фестивале не было). Перелистывая страницы пухлого буклета, я нашла гоголевского "Ревизора" в исполнении французского театра " Сумасшедший ангел". В спектакле от авторского текста осталась одна треть, а все персонажи, включая монстрообразного Хлестакова, напоминали марионеток, вальсирующих вокруг огромной кровати, которая по ходу действия превращалась то в телегу, то в платформу, куда складывались столы, стулья и она напоминала Ноев ковчег. Параллельно действию на экране шли документальные кадры строительства Беломорканала, Магнитки, звучали победные марши той поры.
Надо сказать, что сейчас на Западе очень модна советская символика 30-40-х годов. Но, о современном русском театре здесь почти ничего не знают. В то же время многие считают себя последователями Всеволода Мейерхольда, в том числе Стивен Вассон, постановщик "Ревизора", мечтающий попасть со своим театром в Россию. Когда я ему сказала, что его Хлестаков напомнил мне Воланда из булгаковского романа "Мастер и Маргарита", он спросил: "А кто это такой"? Странно было слышать такое от режиссера из Франции, культура которой всегда была близка русской.
Если тут кого-то и вспоминают из России, так это Вячеслава Полунина, живущего теперь в Лондоне. После нынешнего фестиваля, думаю, будут вспоминать и питерский спектакль "Белая история" (в постановке Вадима Фиссона), признанный авторитетным жюри душой эдинбургского форума. На "Золотой маске" его внесли в разряд новаций, не зная, как к нему отнестись. Вроде клоуны, а играют по системе Станиславского, вроде никаких слов не говорят, а слеза прошибает... А в Шотландии всю истории о несчастной, одинокой королеве сразу "просекли". Может, от того, что у них своя королева есть и свой неприступный замок на высокой горе, который, начиная с XIV века, никто не мог завоевать? Правда, тут русских солдат никогда не было, как сейчас почти нет и русских туристов: уж слишком дорогой город. Вот, к примеру, я пару раз проехала на двухэтажном автобусе за 2 фунта 20 центов и поняла, что если и дальше буду ездить, а не ходить, то придется мне примкнуть к бродячим артистам и ночевать с ними на Хайт-стрит.
Конечно, все познается в сравнении, в том числе театр. Поэтому после Эдинбургского фестиваля могу смело сказать: наше театральное искусство глубже, мудрее, целомудреннее, хотя мы и критикуем его нещадно.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 15449

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...