Труд: ЛОТАР ДЕ МЕЗЬЕР: БЫЛА И У НАС ПЕРЕСТРОЙКА

Главная Жизнь 01:01 12 Января 2001 190

ЛОТАР ДЕ МЕЗЬЕР: БЫЛА И У НАС ПЕРЕСТРОЙКА

Лотар де Мезьер был последним премьер-министром ГДР перед объединением Германии. Сейчас является членом правления влиятельной партии Христианско-демократический союз, возглавляет в Берлине крупную юридическую фирму. С ним беседует наш корреспондент.

Колчанов Рудольф

Напечатать

- Попав некогда первым из советских журналистов на маневры западногерманской армии, я познакомился с тогдашним главой бундесвера генералом де Мезьером.
- Это мой дядя.
- Дядя на капиталистическом Западе генерал, племянник - глава правительства на социалистическом Востоке. Как вам, бывшему музыканту из симфонического оркестра Берлинского радио, удалось сделать в ГДР карьеру?
- Наличие такого дяди мне в ГДР не помогало. Мы даже письмами обменивались по особой системе. Генерал писал своему брату - моему отцу - через одну сестру, а он отвечал через другую (сестры носили фамилии мужей). Первое образование у меня действительно музыкальное, но потом я окончил юридический факультет. В нашей семье издавна сложилась традиция: первый сын идет в адвокаты, второй - в офицеры.
- И с вашими детьми так же?
- Было бы, но у меня три дочери. Все наши родственники - глубоко верующие христиане, и, став адвокатом в конце 70-х годов, я защищал молодых христиан, которые в силу религиозных убеждений отказывались служить в армии с оружием в руках. Потом моими клиентами стали верующие люди, выступавшие за соблюдение прав человека, участники экологических движений. В 1985 году меня избирают в синод евангелической церкви. Мы искали пути диалога с государством. Адвокатская практика и деятельность в синоде привели к тому, что я обрел, скажем так, определенную известность.
- В конце 1989 года практически все партии в ГДР обновили руководство и вы стали председателем партии христианских демократов ХДС на востоке Германии.
- Это произошло на следующий день после падения Берлинской стены, а через сутки меня пригласили на пост вице-председателя правительства, и я занялся связями с церковью, которая была в то время стабилизирующим фактором в ГДР. На первых свободных выборах мы одержали убедительную победу, и я возглавил правительство.
- Правительство все еще социалистической Германии. Что для вас значит социализм?
- Сами его идеи коренятся в христианском учении, но в ГДР, да и в других странах реализация этих идей показала их бесперспективность. Плановая экономика оказалась нежизнеспособной. Демократический социализм как форма государственного руководства никогда не был демократическим, ибо вся полнота власти сосредоточивалась в руках одного лица или малой группы лиц. Вместо социальной справедливости господствовала уравниловка. Никто не следовал провозглашенному лозунгу "От каждого по способностям, каждому по труду". Социализм оказался неудачным, трагическим для очень многих людей экспериментом. Социалистическое государство играло роль опекуна, относясь к своим гражданам, как к недееспособным. И воспитывало их такими, делая из людей безынициативных иждивенцев, обрекая на загнивание все общество.
- Но ведь и рыночное хозяйство не сделало всех счастливыми.
- О переходе от капитализма к плановому хозяйству только в ГДР написаны сотни книг. И ни одной - о том, как трансформировать эту экономику в рыночную, как должен выглядеть механизм, чтобы гуманизировать процесс перехода.
- Неправомерно в силу многих причин сравнивать немецкий "поворот" с российской "перестройкой". Тем не менее элементы сравнительного анализа допустимы. Как из Германии видятся наши ошибки?
- Я бы отнес к числу самых больших ошибок в России отпуск цен при отсутствии конкуренции. Свободные цены на рынке допустимы только при наличии нескольких конкурирующих производителей и продавцов, в противном случае цены неумолимо взлетают вверх, обрекая большинство населения, особенно социально ослабленные слои, на страдания. Другая, на мой взгляд, ошибка - ваучерная приватизация. Конечно, экономика нуждалась в инвестициях, но собранные средства попали куда угодно, только не на эти цели. Приватизация прошла на криминальной основе, еще худшей, чем на заре капитализма.
И у нас были промахи, но многое удалось сделать гораздо лучше. Важную роль в приватизации на востоке Германии сыграл Опекунский совет. Это было не государственное руководство, но государственный контроль с поддержкой слабого, с системой дотаций, с регулированием в сфере конкуренции, наконец, с надзором за соблюдением законов. Что оказалось катастрофически ошибочным и для вас, и для нас - это разрыв связей по линии прежнего Совета экономической взаимопомощи. Конечно, СЭВ требовал преобразования, демократизации, но ведь с годами сложилась взаимовыгодная специализация и кооперация между тогдашними участниками. Все исчезло, включая и капитал человеческого интеллекта. Прогадали все.
- Как бы вы оценили перспективы российской экономики? В XX веке было и немецкое экономическое "чудо", и японское, и южнокорейское. Почему бы не быть и российскому?
- У меня сложилось впечатление, что немало россиян верят в чудеса, в мифические способности отдельных личностей. А люди должны научиться лучше обходиться с обретенной свободой, быть инициативнее, брать на себя ответственность. Большая беда России в том, что в 1998 году понесло огромные потери набиравшее силу среднее сословие энергичных, самостоятельных предпринимателей. В современных государствах на среднее сословие приходится не менее 80 процентов предприятий. Они - основа экономики и государственности, их надо поддерживать всеми мерами. На мой взгляд, Россия сможет сделать решающий шаг вперед, если ей удастся не продавать свои богатейшие сырьевые резервы, а перерабатывать их у себя. Конечно, нужны инвестиции, а поэтому, хочется или нет, но в данной ситуации не обойтись без иностранных капиталовложений, а для этого требуется создавать привлекательные для этого условия. С избранием Владимира Путина президентом в стране появилась стабильность, что весьма важно. Мне трудно судить, насколько эффективным окажется институт его представителей в регионах. В Германии хорошо действует федерализм, но у вас и страна больше, и условия другие. Правовая база нуждается в развитии и укреплении.
- Наступил новый век. С чем туда мы вступаем? Германия оставила в минувшем столетии немало позорных следов...
- Развязала две мировые войны, устроила холокост, причинила народам Европы неисчислимые бедствия, да и сами немцы навлекли на себя трагические последствия.
- ФРГ - самое мощное государство в Европе, одно из самых сильных в мире. Возможно ли повторение лозунга, кровью написанного в минувшем столетии: "Германия превыше всего"?
- Уверен, что не повторится. Германия извлекла уроки из трагической истории. Мы искренне выступаем за всестороннее развитие германо-российских связей. Обе страны несли урон, когда между ними портились отношения. Ничего подобного немцы больше не хотят. ФРГ последовательно выступает и за мирное европейское единение. Я уверен, что немцы внесут в новом тысячелетии важный интеллектуальный вклад в бурно развивающееся человеческое сообщество. В глобальном плане Германия считает, что миру было бы полезно иметь три примерно равных по силам центра - Америка, Европа, Азия. Без господства одного из центров или какого-либо государства, идет ли речь о США, Германии, России. Требуется реформировать ООН, чтобы она могла действовать эффективнее в интересах мира, особенно при возникновении вооруженных конфликтов.
- И вошла Германия в новый век без проблем?
- Конечно, не так. На мой взгляд, очень большая проблема - демографическая. У нас в богатой стране рождается все меньше детей. А дети - самое большое счастье, которое можно обрести в жизни.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 11149

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....