ЧЕРНАЯ ЛЕСТНИЦА НА "СЕДЬМОЕ НЕБО"

Главная Жизнь 01:01 12 Октября 2000 220

"Добро пожаловать на экскурсию!" - такая надпись до сих пор висит у входа в административный корпус Главного центра радиовещания и телевидения (ГЦРТ), что находится вблизи останкинской "подошвы". С этого здания начинались, кстати, все "смотрины" - тут пос

Ерастов Александр

Напечатать

Захожу в административный корпус. И тут начинаю чувствовать отличие - "до" и "после". Впрочем, все здешние работники, похоже, также делят свою жизнь на "до" и "после". Вместо того чтобы услышать лекцию о "строительстве и функционировании телебашни", получаю инструктаж - о мерах предосторожности. Выслушав наставления, ставлю свою подпись: мол, все понял, обязуюсь выполнять. Мне выдают оранжевую каску. Вообще-то необходимы еще респиратор и фонарик. Но так как на самый верх - смотровую площадку, ресторан и выше - подниматься мне не рекомендуют, даже запрещают, то и на респираторе и фонарике не настаивают. К тому же во время "восхождения" меня неотступно будет сопровождать сотрудник службы безопасности ГЦРТ.
0 метров. Иду по крытой галерее к останкинским опорам-ногам - всего их двенадцать. Но, говорят, башня и на трех выстоит - таков запас прочности конструкции. Прохожу вестибюль, милицейский пункт. Передо мной - узенький, как в старых домах, лифт. Скоростной же лифт, если кто помнит, поднимал посетителей на смотровую площадку, находящуюся на отметке 337 метров, за 58 секунд. Но этот лифт почти за такое же время "доезжает" всего-то на уровень 11-го этажа - 69-метровая отметка.
Всего Останкинская башня была оборудована четырьмя параллельными скоростными лифтами (два - для посетителей, один - пассажирский, для персонала, и один - для ресторана). Есть еще два - "последовательных", которые ходят один за другим. Они расположены в антенной части - от смотровой площадки до отметки порядка 500 метров.
Все лифты - за исключением этого, технического, - вышли из строя, - говорит мне Александр Есин, ведущий специалист по пожарной безопасности ГЦРТ. - Один упал, другой висит, его надо еще опускать. Кабина, возможно, цела, но направляющие тросы из-за высокой температуры повредились, восстановлению не подлежат.
19,5 метра. Останавливаюсь на 5-м этаже. Выхожу. За дверью с надписью "Помещение с повышенной опасностью" - генеральный зал передатчиков. Начальник смены рассказал, что сейчас из 15 телевизионных каналов работают 13. Однако по временной схеме. Поэтому качество приема картинки даже в Москве и Подмосковье плохое. У кого-то вообще некоторые каналы не принимаются.
Как мне объяснили, в результате пожара серьезных повреждений конструкций не произошло. Приезжали специалисты разных институтов - НИИ железобетона, НИИ спецстальконструкций, ЦНИИЭП им. Мезенцева. Проведя контроль, единодушно дали заключение: башня восстановлению подлежит.
69 метров. Дальше вверх уже только на своих двоих - по железной узенькой, меньше метра шириной, лестнице. Как это по ней бегали атлеты? Да еще за 10 минут 20 секунд (есть такой рекорд) добирались до смотровой площадки!?
101 метр. Прошло уже полтора месяца, но здесь еще чувствуется запах гари. На стенах - обугленные черные потеки. Это следы от расплавившейся изоляции. Горели фидеры - волноводы, своего рода трубы, по которым электромагнитные волны шли от передатчика на антенну.
А вот дверь в шахту связи. На ней написано: "Осторожно, идет сброс!" Потихонечку открываю: передо мной - балкончик, а за ним - вертикальный тоннель. "Туда выглядывать нельзя: может случайно упасть обрезанный кабель, другой сгоревший хлам", - предупреждает меня сотрудник безопасности.
По стене тоннеля протянуты толстенные канаты. Некоторые, правда, болтаются. Это тросы, которые создавали дополнительную прочность башни. Всего их 139. Многие из них вышли из строя, что дало повод говорить о том, что останкинская "игла" потеряла устойчивость, зашаталась. "Подобные утверждения - от незнания, - сказал мне Александр Есин. - Канаты - не для того, чтобы башня не упала, она и без них никуда не денется. Они обеспечивают прочность ствола, чтобы бетон не трескался. А при ветре даже в 30 метров в секунду башня и без тросов стоит нормально".
122 метра. Навстречу спускаются люди в спецовках. На минуточку прошу одного задержаться. Юрий Васильевич оказался инженером-связистом, на башне с 1972 года. Сейчас, правда, многие специалисты брошены выполнять черновую, но чрезвычайно важную работу.
- Что мы сегодня делали? Восстанавливали кабельную систему соединительных линий для передачи сигналов резервирования, а также для управления автоматики радиорелейных стволов. Вы на 147-й отметке были? Там как раз угол шахты обгорел. В стене дырка. Старые кабели нужно обрезать, выкинуть, ведь изоляция погорела, некоторые провода, соединясь между собой, дают короткое замыкание. Ставим новые. Единственная проблема - пешком приходится подниматься. Поэтому даже на обед не спускаемся - там, наверху, едим: притащили в одну из аппаратных микроволновую печку.
147 метров. Здесь - первое так называемое вынесенное кольцо. Можно пройтись по кругу, через стекло посмотреть вниз на осеннюю туманную Москву. Тут располагаются радиорелейная аппаратная Главного центра управления министерства связи. Ведь Останкинская башня - это не только телевидение, но и правительственная связь, пейджинговая, мобильная. Именно это восстанавливали в первую очередь.
- А вы что без респиратора? - встретили меня вопросом сотрудники аппаратной. - Зря. Посмотрите: куски асбеста валяются. Его частицы очень вредны. Мы все тут начали кашлять. Резервные антенны, вещающие на Москву, прямо над нашей головой повесили. В этом тоже ничего хорошего нет. Излучение, вроде, нормальное, но приходим домой - у всех глаза болят.
243 метра. Поднимаюсь выше. Вся лестница блестит. Мелкие вредоносные частички искрятся в темноте.
На 243-й отметке восстанавливают оперативную радиосвязь московского ГУВД. Люди работают спокойно, без горячки, характерной для первых дней. Не ворчат, хотя и зарплата кое у кого сократилась: башня - предприятие хозрасчетное. А дохода сейчас от экскурсий и от ресторана, понятное дело, нет. Некоторым пришлось даже уйти в вынужденные отпуска.
Многие вспоминают о собрании, которое генеральный директор ГЦРТ Вячеслав Мисюлин провел сразу после трагедии. Он спросил: "Как отношение ко мне, есть ли доверие? Доверяете - продолжу работать". Проголосовали, чтобы остался.
337 метров. Прошло почти полтора часа с начала "экскурсии". Ноги гудят. Главная смотровая площадка. Панорамный ресторан "Седьмое небо". Но не пообедать: двери опечатаны. Впервые узнаю, что, оказывается, блюда в ресторан доставляли с 9 этажа, то есть с высоты приблизительно 50 метров. Заказал ты, допустим, жюльен, и он едет к тебе около 280 метров.
Выше ресторана - уже отвесная лестница, подниматься по ней можно только по одному. По-моему, здесь "иглу" качает... "Вполне возможно", поясняет мой проводник: даже когда ветра почти нет, верхушка может отклоняться до двух с лишним метров от неравномерного нагрева солнцем. Теоретически же при максимальной штормовой скорости ветра шпиль может отклоняться от оси ствола на расстояние до 12 метров!
539 метров. Здесь и кончается башня. Но я слышал, что даже после пожара не отказались от проекта наращивания башни на 22 метра. И это якобы откроет перед Россией неограниченные возможности для увеличения числа телеканалов. И к тому же, нарастив шпиль, Останкинская обойдет свою "коллегу" из Торонто - ту, что держит первенство в мире по высоте. Заманчивая перспектива.
Но сейчас главный другой вопрос: будет ли вообще жить башня? Руководство ГЦРТ считает, что окончательно от последствий пожара московская "небожительница" оправится через год, когда будут заменены все кабели, тросы, соединения, приведены в порядок металлоконструкции. Что же касается телевещания, то прежний режим ГЦРТ восстановит через три месяца. К началу третьего тысячелетия.

Напечатать

Жизнь 00:18 / 23 Января 2026 16551

Кущевка на Неве

Главу питерского муниципального округа «Дачное» Вадима Сагалаева и его заместителя Игоря Заболотного задержали по делу о тройном убийстве

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

Фото: Николай Гынгазов, globallookpress.com

Целый букет обвинений предъявила прокуратура Выборгского района Петербурга 35-летнему Максиму Шарипову. Бывший зампредседателя комитета по инвестициям Смольного обвиняется по трем статьям УК, связанным с взяточничеством....