Вязкое месиво из кирпичной пыли, обломков мебели и покалеченных, убитых тел, которые по мере жутких раскопок спасатели выносили на мокрый от дождя зеленый газон. Раздавленные руки, сплющенные головы, скрюченные от пожара обуглившиеся трупы. И жуткая тишина там, где стоял дом... Шансов спастись в кирпичной постройке в отличие от панельной, - практически никаких. Все до сих пор яркими жуткими картинами стоит перед глазами.
...В отверстии, которое образовалось в завале, раскапывают зеленый диван. Его чудовищной силой бросило вниз, поставило вертикально. Сползла простыня. На ней сгустки крови. Где-то рядом человек. Женщина... Но головы нет... Куски настольной лампы, растрепанный любовный роман - видимо, читала перед сном. Несут очередной черный мешок, носилки.
...Платьица на вешалке, которые больше не понадобятся. Словарь по этике, Библия. Плюшевый медвежонок. Раздавленная детская коляска...
Одну из женщин узнали. Татьяна Мягкова. Погибла вся семья Мягковых. Сын трех лет, отец...
...Какой-то мужчина рыдает неподалеку, наблюдая, как спасатели приближаются, разбирая завалы, к его этажу, его квартире. "Дочь моя там, Настя, - пытается трясущимися руками он зажечь сигареты, - с мамой, моей женой..." Всего несколько часов назад еще все было. И дом, и уют, и семья. Взрыв прибавил к той жизни только одно слово - "БЫЛО". И то, что было, уже никогда не вернешь...
Да, о терроризме, как сказал наш президент, мы знаем не понаслышке. Это безумие стало частью и нашей жизни. Мы знаем, что такое страх, боль, лужа крови на асфальте. Нам есть что вспомнить и есть кого оплакивать.Такого не должно быть, но было.
Вчера родственники, близкие погибших на Каширке вновь пришли сюда, к тому месту, где стоял дом N 6. Сейчас здесь установлен памятник, напоминающий часовню. Зажгли свечи, плакали...
- Давайте почтим память погибших минутой молчания, - Нина Кузьминична Кирик вытирает слезы. Она каждый год приезжает из Запорожья, чтобы вспомнить свою дочь, жизнерадостную и улыбчивую Викторию. Единственное, что у нее осталось, - несколько фотографий, собранных на месте взрыва.
- Я только приехала в Москву и услышала, что произошло в Америке. Для меня это был настоящий шок, - говорит она, - я настолько хорошо теперь понимаю, что это такое...
К мемориалу подъезжает пожарная машина. Шестеро молчаливых пожарных подходят к памятному месту и долго стоят.
Три женщины зажигают свечи и долго кланяются памятнику. Их сослуживица, 38-летняя Ирина Лукьянова, погибла вместе с 12-летним сыном Сашей. "Она очень хорошая была", - только и смогла вымолвить одна из заплаканных москвичек.
Неожиданно появляется стайка детей - в соседней школе закончились занятия. Настя рассказывает о подруге Вике Вартанян, которая два года назад перешла в их школу и успела посидеть за партой только два дня... Юра вспоминает погибшего одноклассника Сашу Лукьянова. Говорит, что после взрыва чуть ли не каждый день просыпается в пять утра и до начала занятий ему заняться совершенно нечем...
После трагедии прошло два года. За это время мы многому научились. Мы не такие беспечные, как прежде. Беда сплотила нас, борьба с терроризмом стала частью государственной политики. И уж тут точно - чужого горя не бывает.
16:16
Знак качества от WBA
12:24
1737 АЗС для Pulsar
