Труд: В КОРОЛЕВСТВЕ КРИВЫХ ЗЕРКАЛ НЕ НАЙДЕШЬ КРАЙНЕГО

Главная Жизнь 01:01 15 Сентября 2000 172

В КОРОЛЕВСТВЕ КРИВЫХ ЗЕРКАЛ НЕ НАЙДЕШЬ КРАЙНЕГО

Если вы спросите петербуржца, чем замечателен его город, то, уверена: после перечисления исторических памятников, перейдя к живым знаменитостям, он, непременно, скажет, что здесь живет Кирилл ЛАВРОВ. Сам облик этого замечательного артиста очень "петербурж

Лебедина Любовь

Напечатать

- Кирилл Юрьевич, если не возражаете, то давайте начнем нашу беседу с юбилейной афиши, включающей в себя несколько спектаклей, в которых вы сейчас играете. Среди них "Борис Годунов", где у вашего Пимена есть такие слова:
Еще одно, последнее сказанье -
И летопись окончена моя,
Исполнен долг, завещанный от Бога...
...Ваша долгая жизнь (дай Бог, чтоб она длилась и длилась) тоже, очевидно, исполнена высокого долга, и , наверное, в ней было всего предостаточно: и хорошего, и плохого. Вы были одним из тех, кто своим творчеством и активной общественной деятельностью готовили демократические преобразования в нашем обществе. Думали ли вы тогда, что на деле все окажется не так просто, а сложится так драматично, что стране предстоят новые тяжелые испытания?
- Начиная в середине 80-х годов демократические преобразования в России, мы даже и не предполагали, что все будет настолько сложно, трудно и запутанно. Нам казалось, что если общество станет свободным, то все остальные проблемы решатся сами собой. Но наши идеалистические представления потерпели фиаско. На мой взгляд, процесс перестройки не закончился, он продолжается и сейчас и будет продолжаться долго. Потому что нет ничего труднее, чем изменить психологию людей, их образ мышления, и для этого понадобятся годы и годы. Я не принадлежу к той категории людей, которые все драматизируют. Да, у нас есть много нерешенных проблем, в том числе - социальное неравенство, но ведь сейчас никто никому ничего не запрещает делать, проявлять собственную инициативу и добиваться своего. Что, естественно, связано с риском...
- Вам не кажется, что сейчас вся наша жизнь превратилась в сплошной риск? Люди, возвращаясь с работы, не знают доедут они целыми и невредимыми до дома. Подводники в Баренцевом море вышли на плановые учения, и произошла катастрофа...
- А вы что думаете, при советской власти таких ЧП не происходило? Просто о них никто не знал. Я это утверждаю не голословно, а потому что сам служил в авиации. Профессия военного всегда была связана с опасностью для жизни, надо только сделать так, чтобы процент риска был сведен до минимума. Тем более мне не понятно, почему в случившейся трагедии на подводной лодке "крайним" оказался президент страны... Но, позвольте, господа хорошие, Путин не может отвечать за все и всех. К тому же он пришел не на пустое место, где все было гладко и спокойно, а получил в наследство "королевство кривых зеркал", где никто ни за что не отвечает. Меня постоянно одолевают мысли: ну почему при таких богатых ресурсах все в нашей стране идет наперекосяк? Как будто проклятие нависло над Россией и не дает людям жить по-человечески...
-Но почему интеллигенция молчит? Боится, что ее не услышат или сама во всем разуверилась?
- Да, растерялась она. У нее сейчас в основном голова занята тем, как выжить.
- А вы не жалеете, что отошли от политики?
- С тех пор как я стал руководить БДТ ( а это уже 10 лет) у меня 24 часа в сутки заняты театральными делами. Я совершенно не занимаюсь политикой как таковой. Да в принципе я и раньше не очень-то увлекался ею. Может быть, в силу того, что мне приходилось постоянно играть политических лидеров, моя персона тоже воспринималась, как политически ангажированная.
- Что вы думаете о состоянии современного театра?
- Не скрою, его нынешнее положение вызывает у меня большую тревогу. Я никогда не был паникером и всегда смотрел на вещи трезво, но, как мне кажется, сейчас русский театр подошел к той роковой черте, за которой начинается распад. И дело тут не столько в антрепризах, выкачивающих лучшие творческие силы из репертуарных театров, сколько в предательстве тех духовных ценностей, которые мы обязаны сохранять и преумножать. В первую очередь это касается психологического искусства перевоплощения, объявленного горе-авангардистами вчерашним днем. Конечно, современному театру нужны структурные преобразования, он уже не может существовать по старинке, но зачем же ломать то, что строилось десятилетиями. К примеру, разрушать коллективы единомышленников, упразднять институт главных режиссеров? Можно, конечно, систему Станиславского предать анафеме, но с чем мы тогда останемся и будем ли в этом случае интересны миру? Ведь недаром американский драматический театр так тянется к нашему психологическому театру, а все их знаменитости учились у русских мастеров, оказавшихся в Америке.
Я надеюсь, что мы все-таки переживем это смутное время и достойно вступим в новое тысячелетие. Главное при этом не терять свое человеческое достоинство и совесть.
- Кирилл Юрьевич, люди не могут жить без идеалов. Ваши герои помогали им прежде, а сейчас у них нет таких образцов для подражания. Ну так помогите им сегодня.
- И рад бы, да драматурги ничего такого интересного не пишут, а в кино в основном рассказывают "про уродов и людей". Может быть, это кому-то интересно, но только не мне. Я воспитан на произведениях Абрамова и Гранина, Шукшина и Астафьева. А потом если нет настоящего героя, то зачем его искусственно придумывать. Подождите. Пройдет какое-то время, и мы вновь будем гордиться своей страной, появятся новые молодые герои, достойные подражания.
- Но мы то с вами живем здесь и сейчас. Мне кажется, вы и теперь не стесняетесь, что живете в России и никогда не искали лучшей доли на стороне?
- Не люблю я всей этой патетики. Просто есть два сорта людей. Одни могут спокойно покидать свои родные места и жить где-то припеваючи, другие не в состоянии этого сделать. И не потому, что они лучше первых, просто душой прикипели к этой земле и другой им не надо. Я никогда не считал себя человеком планеты, я ощущаю всю полноту жизни только в своей родной стихии.
- Наблюдая за вами в жизни, я неоднократно замечала, что в общении с людьми вы очень терпимы, тогда как многие ваши герои отличаются категоричностью, резкостью. Наверное, вам трудно натягивать на себя маску сурового человека?
- Если мне этот персонаж нравится, то нетрудно. Ведь часто категоричность продиктована интересами дела. Ну возьмите хотя бы Королева Сергея Павловича, которого я сыграл в фильме "Укрощение огня". Характер у него был не сахар, но это был фанатически преданный своему делу человек. Его объявили "врагом народа", он сидел в лагерях, умирал на лесоповале, но потом, как Феникс, возродился из пепла и продолжил строить космические корабли. Я испытал подлинный восторг, когда оказался на Байконуре и стоял на последней ферме обслуживания ракеты, которая должна была через два часа взлететь в космос. У меня была такая иллюзия, будто я имею какое-то отношение к созданию этого чуда человеческой мысли и труда.
На склоне лет я пришел к убеждению, что самое главное - это хорошо делать свое дело, чтобы ни тебе, ни другим за тебя не было стыдно. Мы поразительный народ. С одной стороны, потрясаем весь мир своей необыкновенной духовностью и в тоже время, извините, сморкаемся в рукав. Может быть, это происходит потому, что мы живем и в Европе, и в Азии, не говоря уже о том, что половина страны находится за Полярным кругом.
- Вот вы заговорили о наших необъятных просторах, а я вспомнила, как мы были в одной делегации в Грузии, Армении, Казахстане, Узбекистане и как вас там носили на руках. А в Киеве украинские артисты ухаживают за могилой вашего отца, замечательного артиста Театра имени Леси Украинки. Скажите, вы тяжело переживаете то, что на Украине вы теперь иностранец?
- Тяжело. Разделение большого Союза, как мне кажется, произошло вопреки воле народов. Эту страну называли "империей зла", но в ней никогда не делили людей по национальному признаку. Не то что теперь. Более того, я согласился на проведение своего грустного юбилея потому, что ко мне собираются приехать друзья из Грузии и Армении, Киргизии и Таджикистана... Для меня это такой будет праздник увидеть всех вместе, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
- Кирилл Юрьевич, когда вы по-настоящему были счастливы?
- По-моему, счастье - это мимолетное мгновение, оно не может длиться долго. Ну а если говорить о счастье в глобальном понимании этого слова, то я, безусловно, счастливый человек. По крайней мере во время войны я остался жив, в то время, как мои сверстники, ушедшие в 1943 году на фронт, почти все погибли. А потом я попал в лучший театр страны и, не имея специального актерского образования, стал его ведущим артистом, и, когда 10 лет назад в театре произошли выборы художественного руководителя, после смерти Георгия Товстоногова, коллектив единодушно проголосовал за меня. Ну разве это не счастье, когда тебе люди доверяют?! Я не режиссер, не умею ставить спектакли, но стараюсь, по крайней мере, не опускать ту художественную планку в творчестве, которую определил для нас Товстоногов. Вот почему я хочу подготовить себе смену, чтобы в театр пришел достойный лидер и повел наш коллектив единомышленников дальше. Я не хочу, чтобы, когда меня не станет, снова ломали голову: кого пригласить на "трон".
- Значит, вы не Король Лир и свое королевство делить не желаете, а хотите передать наследство в одни руки?
- Да, я стою за единый, неделимый репертуарный театр. Может быть, я продолжаю оставаться неисправимым идеалистом, но мне хочется, чтобы из русского театра не уходила семейственность и в нем можно было спрятаться от всех житейских невзгод.
- Ощущаете ли вы себя умудренным человеком, который уже все знает о жизни, всех видит насквозь и все понимает, как Пимен из "Бориса Годунова"?
- Вы ошибаетесь: я до сих пор ничего не знаю. У меня нет ощущения умудренности. Для меня каждая новая роль - как будто первая роль в жизни, и я все начинаю с белого листа. Именно первую встречу с новой ролью я могу назвать мгновениями счастья, потому что для меня это встреча с незнакомым человеком, с которым мне предстоит породниться.

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 17299

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...