Сенсационный, неизвестный широкой публике факт: эту сложнейшую
Но сначала о награде. Золотая медаль имени Шухова — высшая награда Российского союза научных и инженерных общественных организаций. Она весьма престижна. Среди награжденных были Н.В. Никитин (за проектирование и создание высотных сооружений, среди которых и Останкинская телебашня), М.Т. Калашников (за выдающиеся инженерные разработки при создании автоматического оружия), франко-английский коллектив разработчиков тоннельного перехода под проливом Ла-Манш и прочие светила инженерной мысли.
Теперь вопрос: почему столь важный объект на далеком зарубежном космодроме доверили не государственному специализированному предприятию, как это делается обычно, а не работавшей прежде в космической отрасли фирме, где трудятся всего-то 70 специалистов (правда, очень высокого класса) да еще 150 квалифицированных рабочих? А ведь предстояло решать труднейшие задачи.
Башню для Куру надо было создавать практически с нуля. Дело в том, что в России все ракеты «Союз» собираются на Байконуре строго в горизонтальном положении — в монтажно-испытательном корпусе (МИКе) из блоков и ступеней, доставленных с завода. Потом собранную ракету привозят на старт, где установщик переводит ее из горизонтального в вертикальное положение. Но за рубежом схема принципиально иная. При работе с большинством европейских спутников требуется, чтобы они все время имели вертикальную ориентацию. Поэтому и в Европе, и в США используются вертикальные башни обслуживания. Понятно, и на Куру для присоединения зарубежного многотонного спутника к третьей ступени нашей ракеты «Союз» тоже требовалась вертикальная башня. Да еще и мобильная, передвижная: вся эта
В январе
«Миру» был предложен уже готовый чужой проект, предусматривавший несущую конструкцию мобильной башни обслуживания (МБО) весом 2,2 тысячи тонн, а с учетом оборудования — 2,8 тысячи тонн. Но конструкторы «Мира», специалисты экстра-класса, с этим проектом не согласились. И подготовили свой вариант: за счет использования прочных ажурных конструкций снизить массу несущего каркаса в 7,5 раза (!) - до 285 тонн, с оборудованием — 870 тонн. При этом горизонтальные отклонения башни на высоте 39 метров от ветра и нагрева гарантировались конструкторами на уровне: нескольких миллиметров.
Скептики качали головой, не верили расчетам: «Так не бывает». Но тщательнейшая экспертиза в Германии подтвердила высокое качество проекта. И он был полностью реализован в соответствии с заказом Европейского космического агентства и по техническому заданию Конструкторского бюро общего машиностроения имени В.П. Бармина (Роскосмоса). Специалисты ООО «Компания «Мир» действительно удивили технический мир.
«Мобильная башня обслуживания в Куру состоит из 109 тысяч оригинальных деталей, 3,5 тысячи узлов, сборочных единиц, — рассказал „Труду“ главный конструктор этого сооружения, руководитель „Мира“, завкафедрой Московского авиационного института, заслуженный конструктор РФ Владимир Гнездилов. — Подчеркну: все до последнего болтика было изготовлено в России. Использованы также особые покрытия, краски, выдерживающие агрессивный тропический климат. Ну а сборка, разумеется, производилась в Гвиане...»
Сегодня схема подготовки ракеты к запуску на Куру такова.
Затем из здания французского сборочного комплекса к башне доставляют вертикально укрепленный европейский спутник. В чреве башни по специальной шахте он поднимается к верхнему ярусу. И башня вместе с этим ценным грузом начинает медленное движение по рельсам к старту, где стоит «Союз-СТ». Ажурный металлический колосс наезжает, «обнимает», поглощает ракету. Начинается процесс пристыковки к «Союзу-СТ» спутника и разгонного блока. Когда работы завершены, башня отъезжает, освобождая ракету. И, наконец, она стартует в космос.
Этот ажурный гигантский дом, помимо прочего, защищает и специалистов, и ракету, и кабель-мачту от ливневого дождя, палящего солнца, сильного ветра. Во Французской Гвиане объем осадков достигает 3 тысяч миллиметров в год. А порой за сутки выпадает более 500 миллиметров — словно с неба обрушивается целое озеро. Без укрытия работать было бы невозможно.
С октября
