Труд: ИСПОЛЬЗОВАТЬ СВОИ КОЗЫРИ

Главная Жизнь 01:01 19 Марта 2002 215

ИСПОЛЬЗОВАТЬ СВОИ КОЗЫРИ

Совет по внешней и оборонной политике (СВОП) - организация общественная, благополучно действующая десять лет. Одной из главных ее целей является содействие обществу и государству в выработке стратегических концепций развития страны. "Стратегия для России"

Соломонова Ольга

Напечатать

- Наши разработки всегда были ориентированы на будущее, - утверждает председатель президиума СВОП, заместитель директора Института Европы РАН Сергей КАРАГАНОВ. - И мы с удовлетворением констатируем, что наши идеи и рекомендации претворяются в жизнь. А для реализации многих замыслов время еще не наступило, они остаются актуальными.
- Какие же рекомендации в сфере внешней политики вы хотели бы сегодня, Сергей Александрович, предложить власти, президенту?
- В области внешней политики, я полагаю, президенту прежде всего нужно постоянно объяснять обществу, чего он хочет и что он делает. Потому что грядут экономические трудности... Второе - нам следует внутренне, для себя сформулировать свою внешнюю политику. Потому что мы сейчас можем, как ни парадоксально, проиграть в ситуации, удивительно выигрышной для России.
- То есть вы считаете, что мы не определились, чего хотим?
- Да, что нам нужно и за что надо держаться. Путин - фактически единственный творец внешнеполитической линии, и он не хочет конфронтации, он хочет конструктивных отношений, он хочет сближения с Западом, сохраняя опорные точки в Китае, Индии и т.д.
- Это достаточно понятный и прозрачный курс.
- Да, в принципе этот курс тактически понятен и приемлем. Но мы можем упустить большие возможности, которые сейчас открылись в связи с тем, что вся мировая картина "поплыла" и никто, может, за исключением американцев, не понимает, что происходит.
- Сложившаяся картина мира поплыла, очевидно, после 11 сентября прошлого года?
- На самом деле раньше, просто 11 сентября все резко стало очевидным. И в этой ситуации если бы мы смогли собраться, в первую очередь интеллектуально, то можно бы, считаю, довольно легко провести свою линию. Учитывая, что у нас мало ресурсов и на слишком многое надеяться не приходится, нужно бить в одну точку - добиваться новых отношений с развитым миром в области безопасности.
- Как вы предлагаете это делать?
- Построить хотя бы ограниченные союзные отношения с сильными партнерами по направлениям, действительно важным для нас, - нераспространение ядерного оружия, борьба с терроризмом, с нарастающей нестабильностью, скажем, на Ближнем Востоке, где все взрывается и, видимо, еще долго будет взрываться. Тогда нас будут воспринимать уже немного иначе, станет труднее отталкивать, сложнее не идти на уступки по другим вопросам. Например, позиция Франции часто бывает даже более жесткой, чем наша, и на французов ворчат, но терпят и идут на уступки, потому что они - союзники. А мы за те же позиции вынуждены платить намного дороже. Поэтому, мне кажется, это та точка, в которую нам стоит бить. В экономике-то мы играем пока маленькую роль.
- С кем конкретно вы предлагаете создавать союзные отношения?
- В принципе нужно действовать по нескольким направлениям. Первое - сближение с Евросоюзом. О нем нельзя забывать и увлекаться американоцентризмом, которым увлекались все наши генеральные секретари и президенты. Как правило, они объявляли равнение на Европу, а затем разворачивались в сторону США - либо в драке, либо в объятиях. С Евросоюзом сейчас можно было бы наладить тесное взаимодействие по крайней мере в двух областях - энергетике и внутренней безопасности, то есть борьбе с терроризмом, преступностью, распространением наркотиков.
Второе: конечно же, необходимо строить специальные отношения с американцами в сфере нераспространения оружия массового поражения, ограничения ядерных вооружений. Со Штатами просто нужно иметь систему диалогов, договоренностей.
Что касается НАТО, то это, на мой взгляд, самая бесперспективная организация в долгосрочном плане. Но, тем не менее, она сейчас очень важна, потому что осталась, в сущности, единственной универсальной организацией европейской безопасности в условиях, когда ОБСЕ затухает, а ЕС в своей внешнеполитической и военно-политической ипостаси еще не родился. И тут у нас как бы нет другого выхода - надо сотрудничать. Кроме того, НАТО будет расширяться, и хотя это совсем не отвечает нашим интересам, ресурса для борьбы у нас нет. Тем более что в 1997 году Россия подписала с альянсом основополагающий акт, который фактически легитимизировал его дальнейшее расширение. Поэтому предложенная нам формула взаимодействия с НАТО в рамках "двадцатки" может быть полезна для налаживания духа сотрудничества, а возможно, получится и реальное сотрудничество.
Но проблема безопасности в Европе решена, нет угрозы войны. Есть мини-проблема на Балканах и незавершенный статус России - полупротивника - полупартнера... А все реальные вызовы находятся вне Европы. Поэтому единственным вариантом наращивания сотрудничества в области безопасности по направлениям, важным для нас, является создание нового союза, особенно учитывая прогрессирующую неэффективность ООН перед новыми угрозами. Я думаю, что нужен небольшой совет безопасности для противодействия новым вызовам. Это должен быть союз на основе, скажем, восьми стран индустриального мира, с привлечением Китая, других важных стран. Этот союз мог бы заниматься угрозами, которые действительно будут нарастать.
- Вы предлагаете создать новый орган на основе "большой восьмерки", который будет действовать отдельно и от ООН, и от НАТО. Но по каким правилам?
- Он должен базироваться на этих организациях, ни в коем случае не отрицая их. На многих международных встречах, в том числе двусторонних с американскими экспертами, мы обсуждали все варианты и приходили в итоге примерно к такой конфигурации, как наиболее разумной. Я думаю, что российскую внешнюю политику следует двигать в этом направлении.
- Как к этому отнесутся страны "восьмерки"?
- На самом деле есть взаимная антипатия между европейцами и американцами, и на этом поле мы можем играть. Кроме того, американцы сейчас вообще пока ни с кем не хотят считаться, полагая, что все выиграют. Но наиболее разумные из них понимают, что это не надолго.
- Некоторые российские политики считают, что опасения по поводу расширения НАТО на восток сегодня не очень актуальны по сравнению с внедрением американских военных в Центральную Азию, Грузию. Вы согласны с этим?
- Я занимал одну из самых жестких позиций по поводу расширения НАТО до 97-го года. Но когда был подписан акт, которым, по сути, разрешалось дальнейшее расширение, у нас аргументов не осталось. Все. Это новая реальность. Почему Польша может быть членом НАТО, а, например, Болгария или Литва - нет? И в связи с этим Путин находится в тяжелом положении, ведь ничего хорошего расширение НАТО нам не несет. Скорее всего, это будет означать ослабление российских позиций, дополнительные разделительные линии даже при нормальном взаимодействии с альянсом. Но бороться против этого бессмысленно - Рубикон перейден.
А что касается Центральной Азии, то здесь надо разбираться в каждом отдельном случае. Если же говорить в целом, то самой большой и непосредственной угрозой российской безопасности было распространение метастаз афганского рака на Туркмению, Таджикистан, Узбекистан - волны беженцев, дестабилизация и... у нас все могло заполыхать. Американцы фактически стабилизировали регион, куда мы не хотели посылать людей, бросать ресурсы. В сущности, они защищают там российские интересы.
- Об этом же говорил наш президент на последнем саммите СНГ. А Грузия?
- С Грузией ситуация более неприятная. Потому что мы могли бы, наверное, защитить там свои интересы и без американцев. Но, с другой стороны, мы сейчас расплачиваемся за десять лет отсутствия политики в отношении Грузии. Сначала какая-то часть элиты говорила: все, что плохо для Шеварднадзе, хорошо для России - считалось, что он должен заплатить за то, что сделал с Советским Союзом. Причем это не было официальной государственной политикой... Потом просто бросили Грузию, не обращали внимания на то, что там происходило. А страна тем временем стала превращаться в классическое "падающее государство", когда стремительно развивается процесс дезинтеграции и идет превращение в проблемную территорию, на которой - как в случае Чечни, ряда африканских стран, Афганистана - беспрепятственно гуляют террористы, "черные" деньги, наркотики, в которую можно вкачать оружие. К этому катилась Грузия не в последнюю очередь благодаря, конечно, политике грузинского руководства, но и из-за бездействия России. Потому что в принципе Грузия была бы небольшой проблемой, если бы мы захотели притянуть ее на свою сторону. Не захотели. И теперь выяснили, что десять лет бездействия привели к тому, что там американцы. А они там давно были, Запад давал Грузии треть ее бюджета. Просто сейчас они как бы открыли свое присутствие.
- Подведем итоги?
- Во-первых, как я говорил, нам нужен союз с богатыми и сильными государствами. Потому что страна находится на разломе, и пути к бедным, отсталым и нестабильным нет. Но долго балансировать на разломе мы не сможем, иначе сами можем развалиться. Во-вторых, нам нужна внешнеполитическая передышка - время для модернизации страны, модернизации авторитарной или полуавторитарной, в столыпинском, петровском или ином духе. Кроме того, у нас очень мало ресурсов, и нам нужно, не распыляя их, целенаправленно бросить на реформы - армии, образования и т.д. А для этого придется идти на некоторые жертвы. Мне кажется, президент должен объяснить это обществу в первую очередь. Но во вторую - сказать, что он будет делать дальше во внутренней политике, чтобы не получилось так, что вместо авторитарной модернизации мы за счет внешнеполитических уступок впадем в авторитарную стагнацию.
Понятно, что очень быстро всего добиться нельзя. Но мне кажется, сейчас настало время, когда для обеспечения дальнейшей поддержки политики реформ Путин должен привлечь на свою сторону уже не просто население, но и мыслящую часть общества, образованную молодежь...

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 9748

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....