Томас познакомился с Сильвией в 1986 году в одном из популярных берлинских кафе. "На ней было, - вспоминает он, - светло-голубое платье, темно-русые локоны подчеркивали красоту ее плеч. Женственность выглядела столь эротичной, что я был просто околдован". В то время молодой человек отличался чрезвычайной стеснительностью и не подошел бы к красавице, если бы она сама не пригласила его на танец. Флирт вскоре превратился в любовь, они встречались каждый день, но Томаса что-то удерживало от решающего шага. "Внутренний голос мне словно подсказывал, что Сильвия обращает слишком большое внимание на женщин, я набрался смелости и спросил: "Уж не тянет ли тебя к женщинам?" Она засмеялась и решительно отвергла мои предположения". "Я была тронута его откровенностью, но правду не хотела и не могла высказать. 15 лет назад лесбиянство выглядело неприятной, запретной темой, а главное - я хотела иметь детей".
Реш делает ей предложение руки и сердца, через год появляется на свет Кевин, а еще через три года - дочь Сабрина. Семья слывет идеальной, дети быстро подрастают, а Сильвия все больше освобождается от женских атрибутов: не носит ни платьев, ни юбок, ни тем более дамского нижнего белья. Коротко подстриженная, ходит в брюках и в обуви без каблуков. Впрочем, соседи не видят в этом ничего особенного.
Погрустневший Томас спрашивает супругу: "В чем дело? Мы почти не спим друг с другом, ты обретаешь мужские повадки, но я хочу не приятеля, а жену". На этот раз Сильвия не стала скрывать правду: "Много лет я подавляла свою склонность к женщинам, больше не могу".
Они расстались не сразу. Как могли, рассказали о возникшей проблеме повергнутым в шок детям. Оставаясь в семье, Сильвия начала регулярные похождения по барам и клубам, где встречаются лесбиянки.
Однажды Сильвия появляется дома с "глазами, сияющими, как сапфиры", с восторженным придыханием рассказывает о Керстин, через несколько недель знакомит ее с мужем и детьми. Дочка спросила мать после встречи: "И ты будешь спать с Керстин в одной постели, как настоящие муж и жена?" На Томаса подруга его супруги произвела сильное впечатление: "Она прекрасна и излучает столько же женственности и теплоты, сколько моя Сильвия в прежние годы. Было бы несправедливо мешать такой любви".
И он не мешает, бывшая жена переезжает к Керстин, учительнице немецкого языка и искусствоведения, матери взрослой дочери. Начинается подготовка к свадьбе. Невеста сама шьет свой подвенечный наряд, а жених вместе со своим бывшим супругом ходит по магазинам, выбирает для Керстин кружевное нижнее белье.
На свадьбу его бывшей жены и Керстин собралось немало людей, оказались среди них и те, кто был на свадьбе Томаса и Сильвии в 1986 году. Новобрачные в один голос заявили: "Мы любим Томаса за его терпимость и отношение к суверенности. Не будь этого, мы не праздновали бы сегодня самый счастливый день в нашей жизни!"
Какая мораль вытекает из всей этой истории? На мой взгляд, абсолютно никакой морали. Наверное, это просто безумная патология человеческих отношений нашего безумного времени.
14:58
Инновации вместо рутины
