Труд: Жизнь и смерть Роберта Энке

Главная Жизнь 01:09 26 Ноября 2009 4038

Жизнь и смерть Роберта Энке

Дождавшись момента, когда до поезда останутся считанные метры, он внезапно выпрыгнул на пути, не оставляя машинисту шанса затормозить...

Васецкий Антон

Напечатать

На железнодорожном перегоне Нойштадт-ам-Рюбенберге было пустынно. Мужчина, подъехавший к путям на автомобиле, вышел из салона и вынул из кармана бумажник. Проверив его содержимое, он оставил портмоне на переднем сиденье машины, запер её и подошел к рельсам. Издалека на полной скорости несся поезд. Мужчина внимательно следил за его приближением. Дождавшись момента, когда до поезда останутся считанные метры, он внезапно выпрыгнул на пути, не оставляя машинисту шанса затормозить...

Взлет Роберта Энке был головокружителен. Свой первый матч на взрослом уровне он сыграл, когда ему было 18 лет. Дебют состоялся в футбольном клубе «Карл Цейсс», где Роберт занимался всю юность. В 24 он играл за португальцев и был уже капитаном команды. Но с 25 его начала мучить черная депрессия.

Все началось с перехода в каталонский клуб «Барселона». Вначале его попросту не выпускали на поле. За весь первый сезон в «Барселоне» Энке провел всего четыре игры. Ему ничего не объясняли, и эта неопределенность сводила с ума. Через год его отдали в аренду в турецкий футбольный клуб «Фенербахче».

Первая же игра за турков в качестве вратаря стала для Роберта последней. Его команда проиграла матч с разгромным счетом 0:3. В результате футбольные фанаты, обозленные неудачной игрой Энке, закидали его пустыми банками из-под пива и хот-догами.

Энке был раздавлен. В его жизни ещё никогда не было таких провалов. Он покинул «Барселону», чтобы забыть о пережитом позоре. Помогли лишь психологи.

— Роберт страдал нетипичной депрессией. То есть это не было его постоянным состоянием. Его одолевали депрессивные фазы, во время которых мир представлялся ему в черном свете, а в голову приходили мысли о безысходности, — вспоминает личный психолог Роберта Энке доктор Марксер. — Но мы помогли ему снова поверить в свои силы.

Уже позднее в своих интервью Роберт много раз говорил, что после неудачи с «Барселоной» пересмотрел взгляды на жизнь. «Я понял, что футбол — не самое главное», — признавался он. Он перебрался с женой жить на ферму. А когда журналистам стало известно, что Энке много времени тратит на защиту прав животных, буквально заваливая петициями азиатские страны, за ним навсегда закрепилась репутация чудака.

Старания доктора Марксера не прошли зря. Жизнь Энке стала налаживаться. В июле 2004 года он подписал контракт с «Ганновером». С того момента он никогда не расставался с этим клубом.

— Думаю, все дело было в отношении. Он видел, что тренеры делают на него ставку, и это вселяло в него уверенность. Роберт перестал нервничать. Он был очень воодушевлен, — рассказывает жена Энке Тереза. — К тому же у нас родилась дочь.

Девочку назвали Ларой. Но счастье было недолгим. Синдром гипоплазии левых отделов сердца — такой диагноз поставили Ларе вскоре после рождения. Операцию назначили, когда малышке исполнилось два года. Несмотря на старания хирургов, перенести её девочке так и не удалось.

Мало кто знал, каких усилий стоило Роберту пережить эту потерю. Со стороны он выглядел невозмутимым. Даже чересчур невозмутимым — уже через шесть дней он снова играл. Врачи настаивали на том, чтобы Энке прошел курс лечения от депрессии в клинике, но, боясь потерять место в клубе, вратарь отказывался от стационара. В результате было решено, что он станет лечиться амбулаторно. Ему выписали антидепрессанты. И он с головой ушел в футбол.

В марте 2007 года Роберт получил приглашение в состав национальной сборной. До этого он однажды вызывался туда, но сыграть так и не удалось — он был лишь дублером. Теперь же Роберт провел за сборную Германии восемь матчей. В сезоне 2008/2009 он был назван лучшим вратарем сборной.

Несмотря на свои успехи, он продолжал повторять: «Футбол — не главное». Семья по-прежнему стояла для него на первом месте. В начале 2009 года Роберт и Тереза вновь решили стать родителями. Они удочерили из приюта девочку Лейлу. Но радостное событие превратилось для Энке в настоящий кошмар.

Через некоторое время врачи нашли у футболиста болезнь желудка и рекомендовали ему прекратить играть, но Роберт не соглашался. С каждым днем боли становились все сильнее и сильнее. Из-за страха, что его могут выгнать из клуба, у Энке опять началась депрессия. Теперь она усиливалась страхом потерять и вторую дочь.

Роберт опасался, что, узнав о его болезненном состоянии, власти отберут ребенка. Своими страхами Роберт не делился ни с кем, кроме жены: «А если кто-то увидит, что отец маленькой девочки — псих? Что тогда? У больного родителя обязательно отберут ребенка».

— Выхода из этой ситуации он просто не видел. Он продолжал повторять, что под угрозой стоит вся его жизнь. Если он прекратит играть, он не сможет содержать семью, и мы потеряем Лейлу. Или наоборот, если мы потеряем Лейлу, он не сможет играть, и его жизнь будет кончена, — вспоминает Тереза. — Я пыталась объяснить ему, что все будет хорошо, но он стал замыкаться в себе.

Тереза чувствовала, что Роберт изменился. Она настаивала, чтобы он позвонил психологу. В начале октября Энке набрал доктора Марксера.

— Он рассказал, что у него проблемы со здоровьем. Но когда я предложил ему встретиться и пройти обследование у нас, Роберт отказался, сославшись на то, что чувствует себя хорошо. Его голос звучал убедительно, и я решил, что лечение ему действительно не нужно, — рассказывает Марксер.

После звонка психологу Энке больше не жаловался Терезе на свое самочувствие. Когда она пыталась вызвать его на откровенный разговор, он лишь улыбался и отвечал, что депрессия прошла. Он продолжал ездить на тренировки. Приближалась товарищеская встреча Германии со сборной Чили, и Энке готовился к ней. Все вечера он проводил дома вместе с Лейлой и Терезой. Но вскоре Роберт узнал, что тренер не допускает его до игры.

10 ноября Роберт поцеловал свою жену и сказал ей, что поедет развеяться. Он вышел из дома и сел за руль автомобиля:

Прибывшие на место происшествия полицейские долго допрашивали машинистов поезда о случившемся. Гибель мужчины выглядела слишком подозрительно.

— Вы уверены, что он был один, что его не столкнули? — уточнил офицер.

— Все произошло слишком быстро. Он просто выскочил на пути. Но когда мы остановили поезд и вышли наружу, то никого не было.

— А что показывает камера наблюдения? — спросил детектив у помощника.

— В этом месте нет камер наблюдения.

— Значит, мы не знаем, что здесь на самом деле произошло. А что это за машина возле путей?

Лишь вскрыв машину и обнаружив бумажник, полицейские поняли, что погибший — лучший вратарь сборной Германии прошлого года.

В предсмертной записке, вложенной в портмоне, Энке просил прощения у семьи и врачей за то, что обманул их. Роберт объяснил, что иначе у него не получилось бы исполнить задуманное.

Прощание с футболистом состоялось на стадионе немецкого футбольного клуба «Ганновер», за который Роберт играл последние пять лет. Гроб с телом Энке был установлен в центре поля. Футболисты по очереди подходили к нему, чтобы проститься с товарищем по команде. Они объявили, что первый номер, под которым играл Энке, навсегда будет закреплен за ним. За происходящим на стадионе наблюдали более сорока тысяч болельщиков. Когда в конце церемонии одноклубники Роберта подняли его гроб и понесли к выходу, фанаты встали со своих мест, подняли в воздух клубные шарфы и запели гимн «Ганновера».

* * *

Гибель молодых профессиональных спортсменов — очень распространенное явление. 20 октября не стало 22-летнего гимнаста Юрия Рязанова. Он погиб в автокатастрофе под Владимиром. Это произошло через три дня после того, как Юрий завоевал «бронзу» на чемпионате мира по многоборью. Это была первая победа России на соревнованиях такого уровня за последние десять лет.

По трагическому совпадению, за десять дней до этого во Владимире погиб олимпийский чемпион по лыжным гонкам Алексей Прокуроров. Его сбила машина.

13 октября 2008 года умер хоккеист Алексей Черепанов. Форвард «Авангарда» потерял сознание во время матча в подмосковном Чехове, а через некоторое время у него остановилось сердце. Но дефибриллятора на стадионе не оказалось, и в результате спасти 19-летнего спортсмена не удалось.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 11190

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...