Будоражащая воображение информация появилась не так давно во многих СМИ. В Калифорнии некая семейная пара, выгуливая собачку в собственном дворе, обнаружила клад старых золотых монет, стоимость которого оценивается чуть ли не в 10 млн долларов. Случай уникальный, но давайте вспомним и о других прецедентах подобного рода.
По части припрятанных сокровищ Москва является одним из мировых лидеров. Вот лишь несколько случаев из не столь далекого прошлого...
Серебряный дождь
На улице Пречистенка при рытье котлована под фундамент нового дома откопали на глубине двух метров клад, состоящий из тысячи монет, отчеканенных в ХVII веке, при царе Михаиле Федоровиче.
Компания пацанов, ковыряясь однажды среди остатков сгоревшего старинного особнячка в Тихвинском переулке, выудила из земли полторы сотни золотых монет. А их сверстникам, игравшим возле разрытой теплотрассы на Марксистской улице, даже возиться в грязи не пришлось — под древними трубами магистрали ребята нашли коричневую бутылку с драгоценной «начинкой»: брошь с рубинами, колье со 131 бриллиантом, кольца из золота и платины.
Во время ремонта газовых коммуникаций весьма «пожилого» дома в Потаповском переулке рабочие извлекли из вентиляционной отдушины два шерстяных чулка, в которых находились серьги, кольца, несколько крупных бриллиантов, более сотни жемчужин, а еще пачки бумажных денег-«керенок».
При сносе деревянного домишки-ветерана в Сокольниках на глазах удивленного экскаваторщика, крушившего ветхую постройку, сверху, из-под крыши, вдруг хлынул серебряный дождь. Оказалось, что ковш экскаватора разбил банку с серебряными монетами, припрятанную кем-то на чердаке. Естественно, работа на стройплощадке застопорилась: все строители бросились собирать рассыпавшиеся деньги.
Болванки из чистого золота
Иной раз нашим согражданам попадались и «замаскированные» сокровища. Когда в старом доме на Тверском бульваре пришла пора менять обветшавшие полы, из-под досок выудили три неказистых металлических бруска. Жильцам показалось, что они чугунные, и потому находку приспособили для хозяйственных целей: бруски использовали в качестве наковален, придавливали ими крышки кастрюль, при случае брали вместо молотка для заколачивания гвоздей. Только спустя полгода кому-то из аборигенов пришла в голову мысль потереть болванки абразивной шкуркой. Оказалось, что они отлиты из чистого золота!
Лет 30 тому назад в столице обнаружили «приблудный» клад. На улице Достоевского заканчивалось возведение нового дома, и строителям нужно было засыпать землей траншеи с коммуникациями. Однажды после сильного дождя бригадир заметил, что в грудах привезенного грунта поблескивают какие-то металлические кругляши. Оказалось, что это старинные серебряные монеты. Перерыв всю кучу, из земли выудили их несколько сотен. Стало ясно: это часть какого-то клада. Но откуда он сюда приехал? Выяснилось, что самосвалы возили грунт с другой стройки — на улице Каретный Ряд как раз рыли котлован под новое здание. Но поиски там, увы, результатов не дали.
До сих пор сохраняются воспоминания старожилов о крупных кладах, найденных еще в далекие послереволюционные годы.
Целая бригада «уполномоченных» была направлена в особняк князей Юсуповых, расположенном в Большом Харитоньевском переулке, на поиск припрятанных там сокровищ. В конце концов удалось нащупать замурованную нишу, из которой вытащили целый сундук, набитый золотыми и серебряными украшениями, а кроме того, скрипку работы знаменитого Страдивари.
В подвалах под старой церквушкой в районе Таганки во время их ремонта рабочие, сбивавшие штукатурку, обнаружили в стене заложенное кирпичами углубление. Внутри оказались несколько серебряных лампад, позолоченная чаша для причастия, подсвечник. Скорее всего, эти вещи были спрятаны еще в те годы, когда в стране шла массовая и конфискация церковных ценностей.
Богатые уловы
Нельзя умолчать и сокровищах, поднятых кладоискателями со дна морского. Особенно богатые «уловы» случались в морях у берегов Америки.
Например, во время работы поисковых групп неподалеку от мыса Канаверал, где в 1715 году ураган потопил 11 галеонов, перевозивших в Европу золотые трофеи испанских завоевателей, только за один летний сезон 1993 года удалось поднять со дна ценностей более чем на 2,5 млн долларов. А в 1970-е годы американец Мел Фишер отыскал место крушения корабля «Нуэстра сеньора де Аточа», погибшего в начале ХVII века во время шторма у берегов Флориды. Предприимчивый Фишер организовал целое водолазное предприятие, оснащенное самой современной техникой. Денег на это ушло немало, однако результаты работы с лихвой окупили все расходы. За несколько лет, что длились подводные поиски, со дна было поднято более 3 тыс. крупных изумрудов, 150 тыс. золотых и серебряных монет, почти 1 тыс. 40-килограммовых слитков из драгоценных металлов.
Другой американец, Барри Клиффорд, сумел разбогатеть, работая в тех же «золотоносных» краях — неподалеку от одного из флоридских пляжей. Барри упорно разыскивал на дне пиратскую шхуну «Уайда», погибшую во время урагана в 1717 году. По архивным документам он вычислил, что в трюмах и каютах судна хранились весьма ценные трофеи: золотой песок, мешки с серебряными монетами, рубины и алмазы из Индии... Цена всего этого великолепия — около полумиллиарда нынешних долларов. Охота Клиффорда за пиратским кораблем длилась почти три года. Наконец, водолазы обнаружили останки «Уайды». Дальнейшее было, как говорится, делом техники. Буквально в течение пары недель со дна удалось поднять драгоценности, которые были впоследствии оценены в 15 млн долларов.
Схрон Стеньки Разина
По сравнению с такими «импортными» богатствами, находки кладоискателей-аквалангистов в наших российских водах выглядят куда скромнее. Однако в конце 1980-х, например, группа поисковиков наткнулась на мелководье Азовского моря на остов галеры (вероятно, еще петровских времен), которая перевозила какую-то казну. Ныряльщики подняли из-под воды серебряные с позолотой кубки и блюда, несколько сотен серебряных монет...
А на Волге, у подмытого водой обрыва, нашли однажды стволы старинных пушек, набитые золотыми украшениями. Историки полагают, что столь необычный схрон был сделан по приказанию Степана Разина...
И так бывало
Согласно поверьям наших предков, как только клад спрятан, над местом, где он находится, возникают некие охранные силы, которым следует дать определенное задание. Клад норовили положить «под зарок», сопровождая процесс особым ритуалом. Требовалось произнести или написать на бумаге (и потом ее сжечь) определенные магические фразы, которые якобы и предопределяли будущую судьбу клада: кто, когда и при каких обстоятельствах сможет заполучить эти сокровища. Наиболее распространенными вариантами подобных завещаний были «на первого встречного» и «на счастливого». Впрочем, иные кладоустроители норовили оформить свои ценности под более суровые условия и делали заговор «на человеческую голову» (а то и на несколько). Это означало, что данный клад можно заполучить только ценой убийства. Согласно легендам, многие средневековые пираты прятали награбленные сокровища, заговаривая их «на шесть голов», и такие клады считались почти недосягаемыми.
***
Несколько лет назад повезло одному из московских любителей охоты с металлоискателем. В Измайловском парке его прибор вдруг подал голос около старого дуба. Тщательное обследование подсказало охотнику, что металлический предмет находится внутри древесного ствола. Под слоем омертвевшей коры оказалось старое дупло, а в нем — завернутый в тряпку наган. Видимо, тайник был устроен еще в годы революции.
***
Уникальная историческая ценность попала в руки строителей, занимавшихся в 1997 году реконструкцией дома № 5 по Дмитровскому переулку в Москве. Разбирая крышу здания, они наткнулись на пачку бумаг. Среди них была и купчая на Сандуновские бани, которые купчиха Вера Фирсанова незадолго до революции продала харьковскому купцу Якову Шполянскому.
***
История, случившаяся однажды в городе Лодейное Поле Ленинградской области, будто скопирована с сюжета романа «Двенадцать стульев». В местную мастерскую по ремонту мебели принесли для реставрации старинный стул. Выполнявший работу столяр обнаружил в его сидении «начинку» — внушительную пачку долларов образца начала ХХ века, завернутую в обрывок газеты «Правда» за ноябрь 1918 года.
