Что сразу бросалось в глаза при сравнении нашего театра с западным, так это бесконечная суета российских деятелей, желающих всем понравиться и, что называется, "бежать впереди прогресса", забыв обо всем на свете, вплоть до своей истории. Не знаю, может быть, столь нервное состояние возникло в связи с переходом театров на коммерческие рельсы, когда приходится развлекать публику всеми правдами и неправдами? Только уж очень хотелось напомнить некоторым режиссерам о полузабытом творческом достоинстве и пока еще живущих традициях.
Ведь почему-то итальянский театр Пиколо Театро ди Милано, показавший два спектакля: "Арлекин, или Слуга двух господ" и "Венецианские близнецы" в стиле комедии дель арте - не побоялся выглядеть старомодным, в то время как у нас психологический театр объявлен устаревшим, непродуктивным.
Слава Богу, что Петр Фоменко, Лев Додин и Кама Гинкас представили на форуме "Самую счастливую деревню", "Чайку" и "Черного монаха", а то бы мы точно попали в список "иванов, не помнящих своего родства", - в смысле родства с системой Станиславского.
Уж, казалось бы, зачем японцам с их театром Но и Кабуки заниматься искусством перевоплощения? Тем не менее всемирно известный режиссер Тадаши Сузуки уверяет, что Чехова можно сыграть, только последовательно изучая творческий опыт МХАТа. Об этом он неустанно говорит и на занятиях в своем театральном центре в местечке Того, и в Калифорнийском университете, где читает лекции. Поразительно, но в его ритуально-трагическом спектакле "Царь Эдип" Софокла, где человек бросает вызов богам и в наказание за кровосмесительную связь с матерью лишает себя зрения, - явно прослеживаются элементы мхатовского психологизма. По всей видимости, деятелям русского реалистического театра было интересно познакомиться с художественными открытиями, сделанными американским режиссером Робертом Уилсоном в шведском спектакле "Игра снов" по Стриндбергу. Там каждая сцена из 13 эпизодов напоминает медленно оживающие художественные полотна с "нарисованными" персонажами, которые двигаются словно во сне. Но для того, чтобы создать подобное творение, надо быть одновременно и режиссером, и сценографом, как Уилсон. Или по крайней мере для этого режиссеру надо найти "своего" художника - такого, как у Марка Захарова в "Мистификации" Олег Шейнцис, а у Генриетты Яновской в "Иванове" Сергей Бархин, где декорации "играют" наравне с исполнителями.
Понятно. что другие режиссеры тоже пытаются заполучить к себе известных художников, прекрасно осознавая, как много значит сегодня насыщенный символами видеоряд спектаклей. Так, долго добивающийся признания Борис Юхананов решил, что дело будет "в шляпе", если "Фауста" оформит модный Юрий Хариков. Действительно, внешне получилось все очень красиво, только от философского произведения осталось всего ничего, а сами артисты превратились в функциональные единицы выставочного перформанса. Спрашивается, ну почему мы так любим в искусстве шарахаться из одной крайности в другую? Наверное, национальному театру из Колумбии, показавшему в Москве "Хронику объявленной смерти", можно было простить упрощенный подход к сложнейшему произведению Габриэля Гарсиа Маркеса. Ведь он только делает свои первые шаги в драматическом искусстве. Но как мог опытнейший мастер Борис Любимов открывать одними и теми же "ключами" "Театральный роман" Булгакова и "Евгения Онегина" Пушкина? Или это сегодня называется современным творческим почерком?
Интересная штука получилась во время олимпиады: те коллективы, которые обычно у нас ругают за консерватизм, вдруг на фоне идущего первым номером итальянского театра и свято сохраняющего свои живые традиции, тоже заиграли своими "старыми" красками. Например, спектакль "Горе от ума" в Малом театре выиграл благодаря нерастраченной энергии артистов, их уникальному умению проникать в мир драматурга. Недаром говорят: "Новое - это хорошо забытое старое".
Я даже не могу представить себе, что бы делал Джорджо Стрелер или Лука Ронкони, не будь у них таких артистов, как Ферруччио Солери или Массимо Пополицио, играющий в "Венецианских близнецах" попеременно то глупого брата, то умного, извлекая из этого массу комических эффектов, смешных приспособлений.
Еще лет 10 назад, пока не кинулись в рынок, у нас считали, что будущих знаменитостей надо готовить со студенческой скамьи. Теперь же, когда система обучения молодых артистов сведена до минимума и за их будущее никто не отвечает, страшно подумать, с какими трудностями придется столкнуться нашему театру через 10-15 лет, когда раскрученные звезды уже не смогут из-за возраста играть молодых героев и героинь. И еще. Благодаря приезду в столицу театра "Аттис" из Афин под руководством Теодороса Терзопулоса со спектаклем "Геракл во гневе" мы поняли, что греческая трагедия стала недоступной для большинства наших коллективов, поскольку ими утрачена культура исполнения монологов, а того же Еврипида нельзя поставить без драматического хора, который является главным комментатором всех событий, происходящих за сценой. Ну а поскольку мы медленно, но верно избавляемся от актерского ансамбля в спектаклях, без которого немыслим и греческий хор, то драматурги древней Эллады не скоро будут востребованы нашим театром.
В заключение хочу вспомнить слова нашего гостя из Японии Тадаши Сузуки, который сказал, что силы у художника появляются в результате преодоления им какого-то барьера: внешнего или внутреннего - это неважно. Наверное, многим нашим артистам и режиссерам стоит прислушаться к его словам, потому что если они и дальше будут плыть все время по течению, то могут потерять все. И тогда никто не захочет приезжать к нам на олимпиады.
21:29
Энергия жизни на старте
