Труд: ЗАГАДКА ИВАНОВА

Главная Жизнь 01:01 27 Октября 2001 204

ЗАГАДКА ИВАНОВА

Нет в России актера, который бы не мечтал сыграть главного героя чеховской драмы "Иванов", как и нет режиссера, который бы не захотел провести расследование, отчего застрелился умный Иванов накануне собственного венчания.

Лебедина Любовь

Напечатать

Бывают нечастые случаи, впрочем, как в Малом театре, когда один человек решается ставить спектакль и играть заглавную роль. Такой смелости можно завидовать, и Виталию Соломину ее не занимать, но издержки при этом почти неизбежны.
В императорском театре, впрочем, давно сложилась традиция, когда ведущие артисты воплощают на сцене полюбившуюся им пьесу без приглашенных режиссеров, считая, что "посредники" только мешают их прямому общению с автором. Ну что ж, как говорится, "вольному воля"...
Виталия Соломина, как мне показалось, прежде всего заинтересовала в "Иванове" тема бессмысленного существования человека, лишенного веры, ибо именно безверие рождает страшную апатию - и в современном обществе тоже. Без этой внутренней убежденности Соломин не смог бы успешно поставить столь непростую пьесу, о которую ломали копья многие видные режиссеры.
Одного желания тут мало и великой любви к Антону Павловичу тоже недостаточно, поскольку Чехов не выдавал рецептов, как надо ставить его произведения. Его всегда интересовал сомневающийся герой, болезненно реагирующий на любые проявления несправедливости и пошлости. Но кто знает, где проходит черта, отделяющая добро от зла, и в какой момент человек становится носителем этого зла? Ведь тот же Иванов в трактовке Соломина не злой и не добренький, а просто несчастный человек, который с женой замучился, с долгами замучился, с собой замучился, потому что совесть лишает его покоя и сна, делает невыносимым для окружающих.
Зрители знакомятся с Ивановым в тот момент, когда он уже ставит крест на своем будущем, ибо не видит в нем ничего такого, что могло бы согреть его, заинтересовать, в конце концов, возбудить. Даже любовь 20-летней Сашеньки (Татьяны Скибы), прелестной и умненькой девушки, не вдохновляет Николая Алексеевича. Каждый вечер, приезжая к ее родителям, где приглашенные гости пьют чай с надоевшим крыжовенным вареньем, играют в карты и "перемывают косточки" своим соседям, он чувствует вину перед оставленной дома больной женой, испытывая стыд за себя и за ту бездарную жизнь, которую ведут эти люди, и он с ними. Просит ли он Бога о спасении своей души? Неизвестно, но по усталому виду артиста, его согбенной спине и даже беспорядку в одежде можно догадаться, каких усилий стоит Иванову переживать наступающий день. Ни в одной из своих прежних ролей этот обаятельный артист не был столь суров и замкнут, как в этой. Кажется, артист нарочно пренебрегает советами Чехова, писавшего: "Нельзя играть героя этой пьесы однотонно и вяло, минуты уныния и душевного спада должны чередоваться с большими подъемами, с проблесками страсти и бешенства". Возникает простой и естественный вопрос: может ли такой герой, спрятавшийся в раковину, как улитка, заинтриговать публику, возбудить у нее любопытство, притяжение? Наверное, но только на короткое время. Потом зрители начинают скучать и гадать, почему дядя Иванова - граф Шабельский в исполнении Юрия Каюрова - так привязан к племяннику и прощает ему все обиды? Почему Лебедев (Александр Потапов), отец Сашеньки, готов отдать ему свои последние деньги, хотя и не одобряет его романа с дочерью? На все эти вопросы следовало ответить режиссеру Виталию Соломину, досконально объяснить мотивы поведения персонажей. С одними у него это получилось, а с другими, как видится, нет. Думаю, оттого, что он слишком доверял своим коллегам, боялся обидеть их излишним режиссерским "террором". Но если Соломину удавалось выстроить точные взаимоотношения его героя с другим персонажем, например с Саррой, женой Иванова, то все прояснялось.
В пьесе не дается никаких указаний, почему после пяти лет совместной жизни супруги стали чужими людьми, но есть полулегенда и в творческой биографии Чехова, когда в результате долгой работы над текстом после бесконечных сокращений и вычеркиваний сохранилась одна-единственная фраза: "Он и она полюбили друг друга, женились и были несчастливы". Наверное, то же самое произошло у Иванова и Сарры (Людмилы Титовой). Он знает, что она умирает и ее дни сочтены, но все равно не может заставить себя сидеть подле нее. Не может он лгать и юной Сашеньке, влюбившейся в него по уши и поставившей перед собой цель спасти его. Вот почему накануне венчания Иванов умоляет ее прекратить этот "бред", ибо она никогда не будет счастлива с ним. Когда же он понимает, что она не слышит его и ему опять придется лгать и изворачиваться, ненавидеть себя, зажимая сердце в кулак, то решает свести счеты с жизнью, засосавшей его в воронку безверия. Эта мысль выражена и в художественном оформлении спектакля. Могучий дуб с огромной ветвистой кроной, как исполин, охраняет дом Иванова, под ним по вечерам собираются обитатели усадьбы, слушая незатейливый мотивчик на расстроенном пианино. Ветвей со временем становится все меньше и меньше, и вот уже остается один ствол. Когда Иванов стреляется, засохшее дерево проваливается, и все исчезает: люди, мебель, предметы, а за сценой по-прежнему, слышится старая знакомая мелодия - "чижик, пыжик, где ты был...".
В общем, грустная получилась история: жил, жил человек, а ушел - и ничего не осталось, кроме невнятной памяти о нем... Прелестная Сашенька в течение спектакля дважды произносит любимую фразу Иванова: "Цветы повторяются каждую весну, а радости нет". И хотя сейчас на улице осень, все-таки у зрителей возникает радость от соприкосновения с миром удивительного, не поддающегося никакому "пересказу" Чехова.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 11042

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....