Труд: Так делим или умножаем?

Главная Жизнь 19:21 02 Августа 2012 166

Так делим или умножаем?

Почему либералы не любят государственную собственность и Норвегию

Александр Проценко экономический обозреватель «Труда»

Напечатать

Вчера на заседании правительства предполагалось рассмотрение вопроса об одобрении крупнейшей сделки — приобретения государственной компанией «Роснефть» 50-процентного пакета акций российско-британской компании ТНК-ВР, всей доли ее британского совладельца «Бритиш Петролеум». Но вопрос отложили. В коридорах власти еще продолжаются споры о том, надо ли наращивать мощности и без того крупнейшей нефтяной компании страны, а точнее, увеличивать ли долю и влияние государства в топливно-энергетическом комплексе России.

Противники этой линии уже выступили с программными возражениями: в газете «Ведомости» накануне появилась статья бывшего замминистра энергетики Владимира Милова «Новая волна национализации», где говорится, что правительственный кабинет Дмитрия Медведева находится на распутье. С одной стороны, «пытается позиционировать себя как более современный и либеральный по сравнению с предшественниками» (намек более чем прозрачен). С другой — кабинет потеряет этот имидж при согласовании сделки, «резко усиливающей роль государства в экономике и способствующей дальнейшей монополизации одной из ключевых ее сфер».

Повод для тревоги: уже сегодня «номинальная доля государственных компаний в российской нефтедобыче составляет примерно 36%, а в случае установления фактического контроля над ТНК-ВР она превысит 50%». «Резко вырастет и уровень экономической концентрации в нефтяном секторе…» А все вместе «ухудшит инвестиционный климат» в России и «снизит отраслевую эффективность».

Напомним, что компания «Роснефть», добывающая ныне около 120 млн тонн нефти в год (более 25% общероссийской нефтедобычи) и владеющая 1800 автозаправками (из примерно 70 тысяч по всей стране), заявила о намерении купить половину компании ТНК-ВР, добывающей около 75 млн тонн нефти (около 16% общероссийской нефтедобычи) и владеющей 1500 автозаправками в России и на Украине.

«Согласовывать эту сделку правительству не следует», — призывает Владимир Милов. А что же предлагается?

Известно, что совместная российско-британская ТНК-ВР существует с 2003 года на паритетной основе, и почти все это время между двумя ее половинками идет непримиримая война. Результатом уже стало увольнение первого гендиректора — сэра Роберта Дадли (сейчас возглавляет ВР) и уход второго — Михаила Фридмана (ведущего российского акционера). В итоге ВР, которая очень не хотела терять треть своей общей нефтедобычи и приличные ежегодные дивиденды (около 2,5 млрд долларов), объявила о продаже своей доли (чтобы расплатиться с США за гигантский экологический ущерб, нанесенный Мексиканскому заливу, — 30 млрд долларов).

У второго акционера, консорциума AAR — Alfa Михаила Фридмана и Германа Хана (50%), Acsess Леонарда Блаватника (25%) и Renova Виктора Вексельберга (25%), — появилось право первой ночи — возможность купить британский пакет, стать единоличными владельцем компании. Было заявлено, что деньги у ААR найдутся (да и многие банки немедленно выстроились в очередь с предложениями о кредитах).

Но вскоре выяснилось: ААR намерен увеличить свой пакет лишь до 75% — для абсолютной власти над всей компанией ТНК-ВР этого хватало. Кому, за что и на каких условиях досталась бы последняя четвертушка, остается загадкой. Но, без сомнения, желающих получать ренту в размере 1,25 млрд долларов (ежегодные дивиденды) нашлось бы немало.

Разумеется, в этом варианте на солидные суммы выросли бы и ежегодные доходы оставшихся основных акционеров ТНК-ВР: Михаила Фридмана (состояние — 13,4 млрд долларов, по версии Forbes), Германа Хана (8,5 млрд долларов), Леонида Блаватника (3,4 млрд долларов), Виктора Вексельберга (12,4 млрд долларов).

Но вот вопрос: что выиграла бы при этом Россия? В деньгах — ничего: налоги в российскую казну ТНК-ВР и ее акционеры платят аккуратно, но ежегодные дивиденды как уплывали за рубеж, так и будут уплывать. Тем более что российские акционеры ТНК-ВР уже давно живут больше в Лондоне, чем в Москве, а один из них, Леонид Блаватник, официально является гражданином США. Зато в случае покупки британского пакета «Роснефтью» дивиденды по этим акциям будут перечисляться в российский бюджет. А это, напомним, немалые суммы — не менее 2,5 млрд долларов ежегодно.

Кстати, в последние годы именно «Роснефть» стала одним из крупнейших налогоплательщиков в России: только в прошлом году компания перечислила в федеральную казну около 1,5 трлн рублей. Для сравнения: частная «Лукойл» — на 21 млрд меньше, ТНК-ВР — на 22 млрд меньше. А еще немалая часть доходов «Роснефти» традиционно идет на реализацию различных социальных проектов по всей стране — успешная компания в состоянии себе это позволить.

Не подтверждаются и прогнозы Владимира Милова о неизбежном снижении отраслевой эффективности в случае перехода ТНК-ВР под контроль госкомпании. Ибо в последнее время сама «Роснефть» демонстрирует очень высокие показатели: с октября 2008 года, то есть с момента прохождения нашей страной дна экономического кризиса, котировки акций госкомпании выросли на 66% — фантастический результат!

Есть и еще один показатель успешности — рост деловых связей с крупнейшими мировыми корпорациями. В самое последнее время «Роснефть» заключила взаимовыгодные соглашения с ведущими нефтедобытчиками Европы и Америки — ExxonMobil, Statoil, ENI. Уже было подписано, но сорвалось из-за противодействия Фридмана, Хана, Блаватника и Вексельберга парнерское соглашение с «Бритиш Петролеум» (но теперь появляется возможность вернуться к нему).

И дело здесь не только в верной стратегии руководства «Роснефти», которое охотно идет на контакты с зарубежными партнерами, но умеет при этом отстаивать свои и общероссийские интересы. Меняется сама ситуация в мировой экономике — государственное присутствие во многих сферах уже не считается негативным фактором, о чем твердят отечественные либералы, в том числе в высоких кабинетах. А для иностранных инвесторов это присутствие все чаще становится желанным, особенно в топливно-энергетической сфере. Ведущая консалтинговая компания Morgan Stanley это подтверждает: «Компании, контролируемые государством, могут выиграть от таких факторов, как госгарантии по кредитам, доступ к ресурсам, специальные ассигнования из госбюджета, налоговые льготы и послабления в регулировании».

Впрочем, есть на сей счет убедительнейший пример — Норвегия, всего за 40 последних лет создавшая один из самых успешных в мире бизнесов в нефтегазовой сфере. Возможно, не все знают, что контрольный пакет крупнейшей норвежской нефтегазовой компании Statoil — 70,9% — принадлежит государству.

Не грех напомнить сей факт Владимиру Милову и всем, кто причитает об опасности усиления государства в энергетической сфере. Хотя, похоже, тех, кто устраивает закулисную возню вокруг планов российского нефтяного гиганта, аргументы как раз не интересуют. Они привыкли обходиться мантрами о невидимой руке рынка, которая все устроит лучшим образом: одним вершки, а своим ребятам — корешки.

Напечатать

Жизнь 14:34 / 08 Мая 2026 11055

Три группировки ВС РФ уничтожили за неделю почти 4000 боевиков ВСУ

Противник понёс эти потери в зонах ответственности группировок войск «Север», «Юг» и «Запад»

Кадр видео с сайта Министерства обороны России

В ходе специальной военной операции группировки войск «Север», «Юг» и «Запад» вооружённых сил России со 2 по 8 мая уничтожили без малого четыре тысячи украинских боевиков. Об этом сообщила пресс-служба Министерства...