Вчера на заседании правительства предполагалось рассмотрение вопроса об одобрении крупнейшей сделки — приобретения государственной компанией «Роснефть»
Противники этой линии уже выступили с программными возражениями: в газете «Ведомости» накануне появилась статья бывшего замминистра энергетики Владимира Милова «Новая волна национализации», где говорится, что правительственный кабинет Дмитрия Медведева находится на распутье. С одной стороны, «пытается позиционировать себя как более современный и либеральный по сравнению с предшественниками» (намек более чем прозрачен). С другой — кабинет потеряет этот имидж при согласовании сделки, «резко усиливающей роль государства в экономике и способствующей дальнейшей монополизации одной из ключевых ее сфер».
Повод для тревоги: уже сегодня «номинальная доля государственных компаний в российской нефтедобыче составляет примерно 36%, а в случае установления фактического контроля над
Напомним, что компания «Роснефть», добывающая ныне около 120 млн тонн нефти в год (более 25% общероссийской нефтедобычи) и владеющая 1800 автозаправками (из примерно 70 тысяч по всей стране), заявила о намерении купить половину компании
«Согласовывать эту сделку правительству не следует», — призывает Владимир Милов. А что же предлагается?
Известно, что совместная
У второго акционера, консорциума AAR — Alfa Михаила Фридмана и Германа Хана (50%), Acsess Леонарда Блаватника (25%) и Renova Виктора Вексельберга (25%), — появилось право первой ночи — возможность купить британский пакет, стать единоличными владельцем компании. Было заявлено, что деньги у ААR найдутся (да и многие банки немедленно выстроились в очередь с предложениями о кредитах).
Но вскоре выяснилось: ААR намерен увеличить свой пакет лишь до 75% — для абсолютной власти над всей компанией
Разумеется, в этом варианте на солидные суммы выросли бы и ежегодные доходы оставшихся основных акционеров
Но вот вопрос: что выиграла бы при этом Россия? В деньгах — ничего: налоги в российскую казну
Кстати, в последние годы именно «Роснефть» стала одним из крупнейших налогоплательщиков в России: только в прошлом году компания перечислила в федеральную казну около 1,5 трлн рублей. Для сравнения: частная «Лукойл» — на 21 млрд меньше,
Не подтверждаются и прогнозы Владимира Милова о неизбежном снижении отраслевой эффективности в случае перехода
Есть и еще один показатель успешности — рост деловых связей с крупнейшими мировыми корпорациями. В самое последнее время «Роснефть» заключила взаимовыгодные соглашения с ведущими нефтедобытчиками Европы и Америки — ExxonMobil, Statoil, ENI. Уже было подписано, но сорвалось
И дело здесь не только в верной стратегии руководства «Роснефти», которое охотно идет на контакты с зарубежными партнерами, но умеет при этом отстаивать свои и общероссийские интересы. Меняется сама ситуация в мировой экономике — государственное присутствие во многих сферах уже не считается негативным фактором, о чем твердят отечественные либералы, в том числе в высоких кабинетах. А для иностранных инвесторов это присутствие все чаще становится желанным, особенно в
Впрочем, есть на сей счет убедительнейший пример — Норвегия, всего за 40 последних лет создавшая один из самых успешных в мире бизнесов в нефтегазовой сфере. Возможно, не все знают, что контрольный пакет крупнейшей норвежской нефтегазовой компании Statoil — 70,9% — принадлежит государству.
Не грех напомнить сей факт Владимиру Милову и всем, кто причитает об опасности усиления государства в энергетической сфере. Хотя, похоже, тех, кто устраивает закулисную возню вокруг планов российского нефтяного гиганта, аргументы как раз не интересуют. Они привыкли обходиться мантрами о невидимой руке рынка, которая все устроит лучшим образом: одним вершки, а своим ребятам — корешки.
