Один телеканал попросил меня прокомментировать очередную скандальную (и очень типичную) ситуацию в Северной столице: центр Петербурга реконструируется, дома ремонтируются, отчего возникает нужда многих переселить на окраины. Вопрос звучал не менее типично: так ли уж обязательно возвращать прежних жителей обратно в центр? Не посмотреть ли правде в глаза: среди красот должны жить люди успешные, кому по карману содержать наследие в приличном состоянии.
Я уж собрался сказать нечто примирительное. Что национальное достояние потому и называется национальным, что принадлежит всем, включая прошлые и будущие поколения. И что если кто-то в обмен на устраивающую его компенсацию готов отказаться от прежнего местоположения — ради бога, лишь бы этот обмен был добровольным. Но тут слово дали юристу солидной строительной фирмы, и тот высказался безо всяких интеллигентских ужимок: мол, центр должен принадлежать людям успешным, состоятельным, а рвань должна держаться от исторических красот подальше.
Ну уж нет! Предлагаю просто посмотреть на мемориальные доски, которыми гордится город, и задуматься, удалось бы тем, в чью честь они установлены, завтра остаться в своем прежнем жилище? Скажем, Гоголю, оставившему после себя два чемодана книг (а именно таким оказалось все его посмертное состояние), никак бы не удалось поселиться нынче на бывшей улице имени себя. А Грина, пожалуй, даже из Веселого поселка турнули бы под алыми парусами...
Неужели мы еще живем в городе Пушкина и Достоевского, гигантов, которые не только открыли миру трогательных и кротких станционных смотрителей и переписчиков казенных бумаг, но и очень ясно показали, что из униженных и оскорбленных обязательно рождаются Дубровские и Раскольниковы? И хорошо, если бы их ненависть оттачивалась исключительно против зажравшегося и зарвавшегося жлобья, но ведь она может распространиться и шире.
Короче, даже если бедные и беззащитные согласятся по доброй воле и за приличные бабки уступить исторический центр богатым и влиятельным, государство не должно этого допускать. Культура, красота должна быть подобна солнцу, проливающему свой свет на бедных и на богатых, на сильных и на бессильных. А если уж государство решит ранжировать людей еще и по доступу к красоте, так делать это следует исключительно за служение не мамоне, но вечности. Так что вот вам, господа пытливые, мой ответ: пусть в центре живут не те, кто делит что-то созданное чужим трудом, а сам источник разумного, доброго, вечного — учителя и рабочие, ученые и врачи.
Может, мы хоть этим отработаем свое звание культурной столицы, изрядно подмоченное в последнее время.
