Месторождение по всем параметрам имеет признаки стратегического. Запасы олова здесь оцениваются в 230 тысяч тонн, оно занимает четвертое место в мире. Будущий покупатель планирует начать его разработку в 2017 году, и уже через год с Чукотки начнет поступать около 6 млн тонн руды ежегодно, из которой будут производить 11,1 тысячи тонн олова и 814 тонн вольфрама. Срок жизни месторождения оценивается в 25–30 лет.
Если учесть, что тонна олова на международных рынках сейчас продается за 18–19 тысяч долларов, а тонна вольфрама на российском рынке стоит 2 млн рублей, можно прикинуть, какой доход даст чукотский Пыркакай в следующем десятилетии.
А компания Millhouse владеет на Чукотке кроме оловянных руд другими горнорудными активами, в том числе месторождениями золота, включая Баимскую площадь, которую эксперты называют потенциально крупнейшим российским месторождением золота и меди. Пару месяцев назад СМИ сообщали, что структуры Абрамовича могут продать и это месторождение (или долю в нем) англо-австралийской компании BHP Billiton.
Комментируя эти сделки экс-губернатора региона, в его окружении подчеркивают, что Роман Абрамович приложил немало усилий для разведки природных богатств Чукотки. И вообще в корне изменил здешнюю жизнь: оцивилизовал ее и окультурил. И это правда. Но разве пост губернатора был для экс-владельца «Сибнефти» бизнес-проектом, за который здешняя земля теперь обязана расплачиваться многие годы?
В других странах сам факт завладения природными богатствами территории ее высокопоставленным чиновником (а тем более первым лицом) был бы признан должностным преступлением, и губернатора надолго бы упрятали за решетку. Но в России, где столько разговоров о борьбе с коррупцией, предпочитают ловить мелкую рыбешку, да и то по большим праздникам. Под следствие и суд попадают лишь неугодные бизнесмены или не поделившиеся с кем надо чиновники. А стойким оловянным солдатикам, умеющим с властью (причем невзирая на конкретные лица) находить общий язык, бояться нечего.
Но разве в России только губернаторы пользуются своим положением, чтобы заполучить богатства своего региона, а потом продавать их в розницу? Разве мало у нас министров, получающих вполне неплохую министерскую зарплату, но живущих «на содержании» своих жен- мультимиллионерш и детей – бесконечно удачливых бизнесменов?
Или вот еще характерный пример. Совсем недавно из Подмосковья в Москву для нового строительства был передан огромный клин земли, в 2,5 раза превышающий прежнюю территорию самой столицы. Десять групп ведущих архитекторов России и зарубежья принялись за составление предварительных планов размещения правительственного городка и научных центров, жилых и рекреационных зон. Начались и подсчеты стоимости новых великих строек. И тут вдруг выяснилось, что новые земли, переданные Москве, уже принадлежат очень уважаемым людям – крупным бизнесменам, членам парламента, близким родственникам высокопоставленных чиновников и так далее. Площадь их владений поражает воображение: 100 тысяч гектаров, 65 тысяч, 64 тысячи, 40 тысяч все тех же теперь золотых гектаров. Причем некоторые стали подмосковными латифундистами совсем недавно, когда решался вопрос о расширении столицы. Представляете, какое совпадение!
Теперь с этими людьми придется расплачиваться. Хотя по всем земным законам подобные опережающие сделки должны считаться коррупционными – со всеми вытекающими последствиями. Но из коридоров власти пока приходит лишь информация о возможных компромиссах. Например, сенатор от Белгородской области Вадим Мошкович якобы уже выразил желание «подарить» из принадлежащих ему земель 400 гектаров для строительства правительственного квартала. Зато вокруг этого квартала он будет волен и свободен в своих имущественных правах. Иностранцы – американцы, немцы, французы и так далее – просто немеют, узнавая о подобных примерах. А ведь масштаб расхищения земельных угодий принял массовый характер. Например, по данным природоохранных общественных структур, в настоящее время в Москве и Подмосковье 80% водохранилищ не имеют доступных берегов – все скуплено, занято и отгорожено, несмотря на законодательные запреты.
Борцы с коррупцией полагают, что подобное беззаконие проистекает в России из-за того, что ущербны сами российские законы, по которым российские граждане, общественность не имеют реальных прав для возбуждения уголовного дела в отношении крупномасштабных жуликов и коррупционеров.
Сейчас в Госдуме готовится закон, по которому чиновникам запретят иметь недвижимость и счета в зарубежных банках, и даже запретят их детям учиться за границей. Но знающие люди говорят, что закордонное имущество можно без труда оформить на родственников и спрятать концы в офшорную воду. Куда проще разобраться с государевыми людьми, ставшими вдруг владельцами барских поместий, земельных угодий и природных богатств в своей стране. Просто прийти и спросить, откуда что взялось. Вот интересно, что они ответят? Да и спросит ли кто?
В деловой прессе появилась информация о намерении компании Millhouse (управляющая активами бизнесмена Романа Абрамовича) продать крупнейшее в России месторождение олова – Пыркакай на Чукотке. Предварительная цена сделки – 300 млн долларов. В качестве покупателя называется китайская государственная компания Shenhua Group.
