«Но есть и Божий суд...» На него, видимо, только и остается надеяться тем, кто с интересом ждал развития «дела подмосковных прокуроров».
Два года назад российские СМИ были полны криминальными подробностями, поступавшими из Следственного комитета по поводу «крышевания» сотрудниками прокуратуры подпольных казино в Подмосковье. Теперь, выступая в Госдуме, генеральный прокурор Юрий Чайка разъяснил депутатам: никакого «крышевания» со стороны его бывших подчиненных не было, в этом деле можно усмотреть лишь признаки незаконного предпринимательства.
А это, получается, невеликий грех. Генпрокурор посетовал в разговоре с депутатами по поводу пустобрехов-журналистов, которые «раздули» ежемесячные доходы казино до 5-10 млн долларов, 85% из которых якобы шли на взятки прокурорам. Но этого не может быть, потому что не может быть никогда...
Что ж, цифры и вправду великоваты (хотя появились они, напомним, с подачи следственных органов). Но дальнейшая логика тоже не является безукоризненной. Генпрокурор заявил, что огромных денег у арестованных прокуроров так и не нашли, как и предметов роскоши. А раз ценностей нет (в смысле — их не нашли), то на нет и суда нет. При этом возникает резонный вопрос: а кому тогда платили за «крышу» те самые организаторы подпольных игорных заведений? На днях в газете Financial Times было опубликовано интервью с бывшим владельцем сети нелегальных казино Иваном Назаровым, который признал, что за три года раздал взяток сотрудникам правоохранительных органов на 770 млн рублей. Он даже заявил, что готов отсидеть свое, если закон накажет и тех, кому он платил за «крышу».
Однако подобные признания, похоже, мало интересуют служителей Фемиды. И как быть с теми документами, которые неоднократно фигурировали в СМИ (опять же, после утечек из кабинетов следователей)? Из них явствует, что Назаров почему-то оплачивал дорогостоящие поездки за границу прокурорских семей. А чем объяснить фото, на которых владелец подпольных казино запечатлен в компании веселых высокопоставленных сотрудников прокуратуры Московской области?
Если все это ложь и клевета, в результате которой оказались оболганы добрые имена людей в погонах, то где их обращения в суд и наказание клеветников? А если это всего лишь «признаки незаконного предпринимательства», то где принципиальная оценка такого «предпринимательства» — и юридическая, и моральная — со стороны Генеральной прокуратуры? Все-таки должности и полномочия подмосковным прокурорам вручались для иных целей. И напомнить об этом сегодня с самых высоких трибун было бы не лишним.
