«Кадровики – люди важные, нужные, но очень консервативные по своей ментальности. Надо чтобы они всё-таки понимали, как выглядит компьютер, как сегодня применяются электронные технологии», - заявил премьер-министр Дмитрий Медведев на совещании с вице-премьерами правительства, посвященном повышению открытости государственной службы.
Поводом к совещанию послужил запуск Федерального портала государственной службы – своего рода электронного отдела кадров структур исполнительной власти страны.
– На этом портале любой гражданин может не только ознакомиться с условиями прохождения госслужбы, но и узнать о вакантных должностях во всех органах власти, – поясняет вице-премьер, руководитель аппарата правительства Сергей Приходько. Получается, больше нет нужды просматривать сайты всех без исключения ведомств в поиске вакансий (а таких сайтов несколько сотен). Через центральный портал любой желающий может отправить заявку на любую должность, приложив электронную анкету. А потом получить ответ: подходит его кандидатура или нет…
Любопытно, что в период работы пилотной версии портала сюда уже обратилось 72 300 желающих поступить на госслужбу. Принятых на работу оказалось 3158 человек. То есть в среднем выбор был из 24 кандидатов на одну вакансию.
И это можно считать лишь началом. Ибо социологические опросы подрастающего поколения россиян последние пять-десять лет демонстрируют высочайший интерес молодежи к поступлению на госслужбу и чиновничьей карьере. В рейтинге популярности отечественных вузов академии и институты управления уже занимают первые-вторые места не только в столицах. В Нижнем Новгороде конкурс на самые престижные специальности в лучшие вузы технического и гуманитарного профиля достигал трех десятков на место, и это считалось очень круто. Зато в Нижегородский институт управления – тамошний филиал Российской академии госслужбы при президенте РФ – студентов набирали при конкурсе до 56 человек на место.
При этом в знаменитую когда-то столичную Бауманку уже несколько лет подряд конкурс как минимум на порядок меньше. В Физтех – 1,57 человек на место, в МИФИ на ядерную физику – 1,6. Зато в МГИМО – 75, в РГГУ на факультет государственного и муниципального управления – 89… Даже в театральные институты, школы и студии пробиться зачастую куда проще, чем в чиновничьи академии. К тому же в знаменитые «Щуку», ГИТИС, ВГИК и прочие художественные мастерские надо проходить через творческие конкурсы, а от будущих начальников никаких специальных талантов никто не требует. Разве что умение фокусника – вовремя и незаметно подложить кому надо «барашка в бумажке».
У нас и сегодня переизбыток чиновников: только по официальным данным, один государственный/муниципальный управленец приходится на 140 россиян, включая древних стариков и грудных младенцев. Для сравнения: в европейских странах уровня Франции и Германии – 160–190.
Колоссальный чиновничий аппарат еще недавно существовал в Греции: до кризиса 2009 года на каждые 11 греков приходился один госслужащий: 1 миллион бюрократов на 11-миллионную страну. Правда, к этой категории относились все бюджетники, включая почтовых работников, учителей государственных школ и т. д. Но хватало и столоначальников, которые очень неплохо кормились за счет постоянно растущего долга государственного бюджета. Крах экономики вынудил в первый же год уволить 400 тысяч человек, получавших деньги из казны. Потом сокращения приняли перманентный характер. На нынешний 2014 год парламент разрешил уволить еще 15 тысяч работников госструктур. «Закон пойдет на пользу госсектору, – говорят привыкающие к экономии греки. – Он позволит избавиться от недисциплинированных работников и освободит места для молодых специалистов…»
Теперь к массовым увольнениям госслужащих готовится и Великобритания: к 2018–2019 годам их станет меньше на 40%, уже подсчитал Institute for Fiscal Studies (IFS). Самое сильное сокращение госаппарата с послевоенного 1948 года. Это очередной этап программы снижения государственных расходов, стартовавшей в 2010 году. За первые три года успели уволить 400 тысяч человек: из 6,2 млн госслужащих осталось 5,7 млн – 20% всех занятых в стране. Власть намерена сократить их долю до 15%.
Учтем: англичане тоже считают госслужащими всех бюджетников, в том числе работников образования и здравоохранения, которые составляют 57% всех госслужащих. Но их увольнения не коснутся: сокращать будут вооруженные силы, службу безопасности, полицию, а также служащих центральных и местных органов власти – то есть чиновников.
Власти Великобритании считают, что это поможет оздоровлению экономики, которая начала выходить из кризиса: темпы роста поднялись до 1,9% с прогнозом в 2,6% в нынешнем году, снижаются безработица и дефицит государственного бюджета. В этих условиях чем меньше у экономики будет нахлебников и мелких начальников, тем лучше.
В России наоборот. Несмотря на неоднократные объявления о сокращении госаппарата, «количество чиновников за последние пять лет выросло на 100 тысяч человек», заявил глава Минфина Антон Силуанов в конце минувшего года на заседании Госсовета. Растут и зарплаты, причем опережающими темпами по сравнению с заработками в подведомственных структурах. Не так давно компания ФБК проанализировала феномен: как делятся зарплатные деньги между «начальством» и «подчиненными» в различных секторах и отраслях, включая чисто бюджетные. Выяснилось, что в сфере образования заработки чиновников аппарата министерства превышают учительские зарплаты по стране в 3,9 раза. В медицине это соотношение оказалось еще выше – 4,4 раза. В сельском хозяйстве – в 4 раза.
Данные были опубликованы, разразился скандал. После чего в здравоохранение и образование были срочно добавлены деньги – прежде всего на зарплату врачам и педагогам. Но одновременно появилось положение, позволяющее держать максимальную разницу в заработках начальства и подчиненных… до восьми раз. А статистика констатировала еще один факт: почти взрывной рост численности работников аппарата управления в медицине и образовании – и в центре, и на местах.
Тем временем из коридоров высшей власти пошли обещания значительно повысить эффективность деятельности российского аппарата управления. Год назад премьер Дмитрий Медведев даже утвердил «основные критерии эффективности работы чиновников с бизнесом». Основными показателями успешной работы должны были стать «результаты опросов бизнесменов, данные мониторингов, проводимых международными рейтинговыми агентствами, сведения, предоставляемые профильными ведомствами», говорилось в сообщении пресс-службы правительства от 9 января 2013 года. Там же отмечалось, что «должностные лица будут обязаны каждый год отчитываться о достигнутых успехах в создании благоприятных условий для бизнеса в соответствии с заявленными критериями».
Год прошел. Ну и где эти отчеты? Где показатели? Где успехи?
Голоса
Андрей Бунич, президент Союза предпринимателей и арендаторов
– На государственной службе выгодно находиться, особенно в контролирующих ведомствах вроде налоговой службы или правоохранительных органов. Молодежь это видит и, соответственно, подстраивает свои жизненные планы. Зачем мудрить, напрягаться и рисковать, если можно получить должность и работать от звонка до звонка? К сожалению, госслужба воспитывает определенные качества, в том числе работу для галочки, заглядывание в рот начальнику. Где взять инициативных, предприимчивых специалистов, если молодежь идет на госслужбу? На мой взгляд, это огромная проблема для нашей экономики – обратно приучить людей к самостоятельности.
Алексей Конов, начальник отдела Института государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ
– Сейчас достаточно велика роль государства в экономике и вообще во всех сферах жизни. На грамотные кадры госслужащих стабильный спрос, и, естественно, государство заинтересовано гарантировать им достойный уровень оплаты. Скажу больше: государственная служба является вполне конкурентоспособным работодателем, зарплата нередко сравнима даже с зарплатами в частном секторе. Кроме прочего, это работа с постепенным карьерным ростом. Для многих она является вполне подходящей, чтобы проявить свои способности. Причем это не только на федеральном уровне, но прежде всего в регионах.
