От редакции. Сейчас, когда обостряется борьба за власть, лексический накал крепчает, никто уже слов особо не выбирает. Прослушку Немцова вот опубликовали. Оставим в стороне вопрос законности, но информативность ее для аналитиков зашкаливает. Они же, оказывается, все так общаются! А мы видим, какие они друг другу друзья-товарищи, каков там уровень аргументации, амплитуда гормональных выбросов, масштабы амбиций. Не Путин с его давним «мочить в сортирах» в адрес террористов и с совсем свежими «оборзели совсем» — про госкорпоративных офшорных воров — и «контрацептивами» это начал, и даже не Хрущев с его кузькиной матерью. Мы попросили прокомментировать лексику власти нашего эксперта, писателя и критика Льва Аннинского. Поразмышлять, зависит ли она от масштаба политика, хотя сам по себе вопрос, конечно, риторический. Каковы личности, таков и калибр оппозиции, и лексика всех их с потрохами выдает. Может, потому и не договорятся никак меж собой? И народ это чует, потому и прокатывает. Ясно же: если б хотя бы половина избирателей голосовала за них, у нас не Болотная площадь была бы, а Восточно-Европейская равнина.
Почему я не хочу в этом стоять
Я происхожу с московской окраины — слободы Потырихи, учился до шестого класса во вполне бандитской школе и вынес оттуда полный лингвистический набор не просто ругани, а ругани артистичной, полной эмоциональных оттенков, среди которых главной была, есть и остается агрессия. Именно
Главное же, почему я не хочу комментировать все эти их речи, — это отвращение к политике. Политика, как хорошо сформулировал Ленин, — концентрированная экономика. А экономика (добавлю) — это концентрированный
Эта словесная грязь вовсе не сверху обрушивается на наши бедные души, она живет во всей толще нашего бытия, и от каждого из нас зависит, какие словеса употреблять, какие игнорировать. Иногда приходится мне как литературному критику в цитатах натыкаться на обсценные самовыражения. Или я в таких цитатах оставляю паузы, которые окружаю старательным недоумением, либо, если процитировать
В данном случае перлы, вылетевшие в наш эфир в порядке демократического экстаза, — не по моей части. Потому что это политика.
Я как нормальный гражданин благодарен нашим вождям за то, что они соглашаются месить эту грязь. На этом мое участие в их дебатах кончается.
