Труд: Им не жить на одну зарплату

Главная Жизнь 09:01 30 Октября 2013 6641

Им не жить на одну зарплату

Наши люди любят брать кредиты, но не отдавать

Александр Проценко экономический обозреватель «Труда»

Напечатать

Жизнь в долг стала для россиян делом вполне привычным. По данным Национального бюро кредитных историй, кредиты сегодня взяли более 45 млн граждан, или 63% экономически активного населения (по другим данным – 60 млн человек, или 80% соответственно). Не менее 6 млн из них уже не смогут расплатиться с банками никогда.

Вообще для банкиров потребительское кредитование населения – обычная платная услуга. Для населения любое кредитование – перекладывание денег из полупустых карманов (заемщика) в переполненные (банкира). И вот это малопродуктивное занятие затягивает как азартная игра.

Совокупная сумма личных долгов сограждан приблизилась к 8–9 трлн рублей – примерно по 130–150 тысяч на каждого заемщика. Это еще не рекорд: в США средний банковский долг американца, включая стариков и грудных младенцев, колеблется в пределах 8–10 тысяч долларов (240–300 тысяч рублей). Но там личные доходы втрое-вчетверо превышают наши, а кредитные ставки в американских банках как минимум вдвое ниже. К тому же за океаном «жизнь в кредит» стала привычной еще в позапрошлом веке, а россияне ее лишь начали осваивать. Результат: за последние два года объем взятых населением кредитов удвоился, а доходы выросли лишь на 22%. И в прошлом, 2012 году треть россиян (35%) потратили больше, чем заработали.

Самое печальное: основные долги россиянам приносит потребительское кредитование – на так называемые неотложные нужды. Это самые дорогие банковские продукты, и они ныне составляют 51,5% банковских долгов населения (ипотека – 27,1%, кредитные карты – 9,5%, автокредиты – 9,3%). Специалисты называют потребительские кредиты «кредитами для бедных», поскольку они позволяют людям с низкими доходами обеспечивать внешнюю респектабельность и даже отваживаться иногда на дорогие покупки за счет жестокой экономии на самом необходимом, в том числе на питании.

Это самые опасные кредиты: их сравнительно легко получить у банков, выплачиваемые по таким займам регулярные взносы не кажутся обременительными, особенно в первые месяцы. Но статистика неумолима: именно потребительские кредиты чаще всего превращаются сначала в просроченные, а потом проблемные и безнадежные. А легкость их получения чаще приводит заемщиков к запредельно высокой долговой нагрузке, когда ежемесячные платежи по кредитам начинают превышать половину получаемых доходов – вместо рекомендуемых 25–30%.

Результат: за последний год (с августа 2012-го по август 2013‑го) число безнадежных кредитов в розничном портфеле российских банков выросло вдвое – с 800 тысяч до 1,6 млн.

В последнее время к потребительскому кредитованию добавилась выдача микрокредитов «до получки» под 150–200% годовых и более. Для финансистов очень выгодное занятие: одалживая на короткие сроки небольшие суммы малоимущим клиентам, они получают от каждого в среднем по 28% чистого дохода. Уже сегодня число микрофинансовых организаций превысило 4100, а совокупный кредитный портфель составляет более 50 млрд рублей. К 2017 году рынок микрозаймов обещает вырасти до 200–250 млрд рублей.

Для любителей мелких займов это самый удобный, но наиболее опасный вид кредитования: им пользуются, как правило, самые незащищенные граждане, пенсионеры. И в случае просрочки их долги перепродают коллекторским агентствам уже через 2–3 недели после наступления срока возврата долга. А коллекторы с таким контингентом обычно не церемонятся.

Пока неизвестно, насколько серьезно эта «микродеятельность» отразилась на общей «безнадежной закредитованности» россиян – нет статистики. Но банковские аналитики оценивают численность безнадежных должников в стране в 6–8 млн человек. Они уже никогда не смогут расплатиться, хотя порой идут для этого на беспрецедентные поступки: могут продать собственную почку, стать суррогатной матерью и т. д.

Финансовые власти эту опасность видят и принимают меры. Недавно ЦБ ужесточил условия потребительского кредитования населения коммерческими банками, и кривая роста задолженности россиян притормаживается: за нынешние 9 месяцев портфель потребительских кредитов вырос на 37,3% – вместо 60% годом раньше. А два государственных банка – Сбербанк и ВТБ-24 – начали в опытном порядке рефинансировать потребительские кредиты других коммерческих банков: Сбербанк – под 17–20,5%, ставки ВТБ-24 начинаются с 14%. Но денег для этого выделяется крайне мало, и на общероссийском рынке кредитования населения такие эксперименты погоды не делают. Хотя в США именно межбанковская конкуренция, переманивание клиентов более низкими процентными ставками позволяет держать этот рынок в более безопасном состоянии – как для людей, так и для финансовой системы страны.

Тем временем Государственная дума в очередной раз отложила принятие важнейшего в этой сфере закона о банкротстве физических лиц. Официальная причина выглядит смехотворной: «Придется дожидаться окончания процедуры объединения высших судов, – объясняет председатель комитета Госдумы по собственности Сергей Гаврилов. – Вопрос подведомственности дел о банкротстве граждан и предпринимателей – один из ключевых в этой ситуации, но пока не очень ясно, как будет выглядеть новая судебная структура».

Но предстоящее объединение Верховного и Высшего арбитражного судов страны вовсе не означает полного изменения судебной системы и в принципе не должно вообще отразиться на работе нынешних низовых судов – как общей юрисдикции, так и арбитражных. Следовательно, ничто не должно и не может мешать гражданам, попавшим в трудную финансовую ситуацию, обращаться в суды с заявлениями о личном банкротстве и получать судебную защиту от непомерных или излишних претензий и требований кредиторов, а также от террора коллекторских агентств.

Заметим, что закон о банкротстве физических лиц должен был заработать в России еще в начале 2010 года.

Документ получился социально направленным: граждане могли подать заявление о собственном банкротстве даже при очень скромном долге в 50 тысяч рублей. Последующая процедура предусматривала неприкосновенность от претензий кредиторов единственного жилья должника (кроме залога по ипотеке), личных вещей, бытовой техники стоимостью до 30 тысяч рублей, наличных денег (до 25 тысяч рублей) и предметов первой необходимости.

Но законопроект прошел лишь первое чтение и застрял: депутаты заявили, что в документе имеется перекос в пользу должника. Служба судебных приставов подсчитала, что объявить себя банкротами по новому закону смогут около 2 млн человек. Банкиры посчитали это неприемлемым. Документ отложили. Сколько же безнадежных должников должно у нас еще появиться, чтобы в стране установилась наконец цивилизованная система кредитования, расплаты по долгам и ответственности всех участников этого процесса?..

Жизнь 00:01 / 14 Августа 2026 32012

Рожайте, если приспичило

В ходе очередной «реформы» петербургская медицина погрузилась в хаос

Ирина Смирнова

Труд

Примерно так ответили медики жительнице Санкт-Петербурга, которую не смогли довезти до роддома. Скорая с роженицей застряла в пробке в центре города на Неве, и тогда без пяти минут маме предложили дойти до роддома...