Решила в интернет-магазине заказать беговые кроссовки. Установила фильтры, чтобы лишнее под ногами не путалось, — и нашла одни. Вроде бы те, что надо. И к ним 168 отзывов. Читаю и поражаюсь их бестолковости. Мне-то нужно знать всего две вещи: как ведет себя подошва, насколько сминается/не сминается, и промокает ли в дождь и снег сетчатый верх. А тут сообщают: «На самом деле они выглядят хуже, чем на фото».
А на это куча возражений типа «Нет, не согласна! В жизни кроссовки — просто бомба!». Далее: «Цвет полосок не такой яркий, хотелось бы поярче». А самое частое — не поверите! — замечание такое: «Коробка пришла мятой». Начинаешь сомневаться, что люди покупают: кроссы для бега или коробку для обуви...
А параллельно с этим важным делом пытаюсь по телефону разговаривать с менеджером насчет чая. Заказала 10 коробок, поскольку вся наша семья — ужасные чаеманы. Мы не пьем постоявший чай, не пьем из пакетиков, вообще не пьем любой. Менеджер позвонил уточнить: 10 упаковок или все же 10 коробок. «Коробок!» — подтверждаю я. «Ого! Понял!» — восклицает он счастливо. Но уже через минуту перезванивает: «Того чая, оказывается, не осталось. Есть другой по той же цене. Он ничуть не хуже. Даже лучше! И коробка такая же, фигурная!» При чем, говорю, тут коробка. Мы не продавать его хотим, а пить. Ох уж эти коробки...
Вспомнилась «Школа для дураков» Саши Соколова. Когда ученик, обращаясь в мыслях к своему школьному учителю, размышляет: «Говорят, будто кто-то из нас, когда закончит школу, пойдет в институт и станет инженерами. А мы не верим, ничего подобного не случится, ибо, Савл Петрович, вы же сами догадываетесь, вы и другие учителя, мы никогда не станем никакими инженерами: потому что мы все ужасные дураки...»
Отставим в сторону соколовскую метафоричность. Когда ужасные дураки не поступают в институты, это еще полбеды. А вот что беда настоящая — это когда они туда поступают! И даже становятся «эффективными менеджерами» — от науки ли, здравоохранения и всего нашего остального, чем они изволят рулить. Про здравоохранение не буду, сами все знаете. Хотя нет, скажу пару слов.
Беседуем мы уже полчаса с неврологом в одной частной клинике, куда люди за немалые деньги идут к врачу, когда действительно надо, и где очередей не бывает. Разговор течет рекой, а меня не покидает какое-то двойственное чувство. Уже на улице я понимаю, что в начале нашей беседы доктор говорила про бруксизм, который почему-то под занавес превратился в бурсит. Я силюсь вспомнить, в какой момент произошла эта столь радикальная подмена понятий, и не могу. Я не врач, но представление о проблеме, хоть и самое общее, имею. Бурсит у меня был, когда я травмировала колено, оно стало мягкое как подушка, потому что там скопилась жидкость. А бруксизм-то у нас совсем из другой оперы, это же типа мышечный спазм...
Или нет? Звоню подруге-терапевту. Она говорит: «Уточни у невролога. Позвони в регистратуру, они соединят». Звоню, врача нет на месте. Но, о чудо, дают ее личный телефон! Все еще не веря своей удаче, я, расшаркиваясь, пишу СМС: простите, мол, мой кретинизм, но речь-то все же о чем? А то говорили и о том, и о другом... Через час получаю ответ: одно слово. Понятно, что никаких извинений, что, вот, мол, забегалась и... Ну мало ли, бывает. Но в итоге-то я так и не знаю: все, что она мне поназначала, в силе или нет? Может, когда она назначала, то думала вовсе не о том? Звоню подруге. «Позвони еще раз», — говорит она уже с металлом в голосе. Неудобно, лепечу я. Вдруг она меня пошлет. «Позвони. Таких дур надо учить».
Но почему я ценой собственных нервов и унижений должна учить врача быть внимательной, ответственной, наконец, умной? Особенно если человек не только школу для дураков окончил, но и вуз для дураков?
