С 8 сентября в кинотеатрах по всей стране стартует показ фильма «Покровские ворота», покадрово восстановленного в лабораториях киноконцерна «Мосфильм». Благодаря качественной реставрации, зрители увидят шедевр в тех красках и звуках, которые закладывались режиссером и выдающимся кинооператором Николаем Немоляевым. «Покровские ворота» в свое время были сняты Козаковым для телеэкрана, но изначально режиссер мечтал о кинопрокате. Спустя 40 лет его мечта стала реальностью.
Путь «Покровских ворот» к зрителю оказался тернистым. Михаил Козаков был уже знаменитым актером, прогремевшим яркими ролями в фильмах «Убийство на улице Данте», «Девять дней одного года», «Человек-амфибия», когда обнаружил в себе режиссерский дар. Работая в театре на Малой Бронной, он в 1974 году поставил спектакль «Покровские ворота» по только что вышедшей пьесе Леонида Зорина. Она с элегической нежностью и мягким юмором рассказывала о событиях, которые происходили во второй половине 1950-х годов в коммунальной квартире у Покровских ворот.
Большим театральным событием спектакль не стал, старшие товарищи поругивали Козакова с высоких трибун за анекдотичный сюжет и бытовое мелкотемье, но публика спектакль приняла на ура. И Козаков решил перенести пьесу на экран. Отнес сценарий на «Мосфильм». Георгий Данелия, худрук объединения комедийных и музыкальных фильмов, сценарий в работу не принял, заметив, что в односерийном варианте фильм потеряет «воздух», из него уйдут многие колоритные детали и диалоги, и предложил Казакову сделать двухсерийную версию для телеэкрана.
Отправляясь в творческое объединение «Экран» уже с двухсерийным вариантом сценария, Козаков был уверен, что его желание снять картину о старой Москве ничего, кроме одобрения, у телевизионного начальства вызвать не может. Однако чиновники брежневской поры от идеи фильма, в котором чувствовалась ностальгия по хрущевской оттепели, в восторг не пришли. Более того, один из них поставил Казакову жесткое условие: «Хотите, чтобы вас запустили с вашей сомнительной комедией, сыграйте в кино Дзержинского». В итоге Козакову пришлось изображать «железного Феликса» аж в трех фильмах кряду, прежде чем ему позволили приступить к работе над «Покровскими воротами».
Павильонные съемки планировались на киностудии «Мосфильм», натурные — на улицах и бульварах столицы. Но прежде нужно было провести точный кастинг. Это трудно сегодня представить, но мы могли увидеть на экране совсем других артистов. Так, на роль мягкотелого интеллигента Льва Хоботова претендовал любимец публики Андрей Миронов. Властную Маргариту Павловну, «женщину весомых достоинств», помыкающую бывшим и будущим мужем, могла воплотить Наталья Гундарева. Сыграть Савву Игнатьевича — ветерана войны, гравера по металлу, человека с золотыми руками — Михаил Козаков предложил Никите Михалкову, но тому сценарий «резко не понравился», и он от роли отказался.
В итоге Козаков постепенно пришел к мысли, что в ролях обитателей коммунальной квартиры должны быть малоизвестные актеры, ибо «коммуналка — это неизвестные лица. И среди них — одно известное, Велюров. Он — артист». Так, компанию знаменитому Леониду Броневому, после Мюллера в «Семнадцати мгновениях весны» виртуозно перевоплотившегося в куплетиста Мосэстрады Аркадия Велюрова, составили Инна Ульянова, Виктор Борцов и Анатолий Равикович, для которых фильм стал звездным часом. Инна Ульянова после съемок подарила Козакову медаль «За спасение утопающих» — она считала, что режиссер спас ее творческую биографию, до того безнадежно «утопающую» в эпизодическом мелководье.
Елена Коренева, которой предложили роль возлюбленной Хоботова — томной медсестры Людочки, поначалу отказалась от съемок. После масштабных, патетичных фильмов «Романс о влюбленных» и «Сибириада» ее совсем не вдохновил камерный сценарий с натужным, как ей казалось, юмором, отдающий легкомысленной опереттой. Однако мать актрисы Наталья Коренева, работавшая на фильме ассистентом по актерам, оценила комедийный потенциал сценария и сумела уговорить дочь. Заслуга Натальи Кореневой была еще и в том, что она по описанию жены Козакова, которая мельком увидела на телеэкране неизвестного ей молодого актера, нашла студента «Щепки» Олега Меньшикова и привела его на съемочную площадку.
До Олега режиссер уже попробовал два десятка молодых исполнителей, в том числе своего собственного сына Кирилла, — все было мимо. После первой же кинопробы, которую Меньшиков провел в паре с Татьяной Догилевой (она сыграла пловчиху «Трудовых резервов» Светлану), стало ясно, что актер, наконец, найден. «Минуты хватило, чтобы понять: это именно тот, о ком мечталось! Он был еще студентом и словно излучал праздничный юмор весеннего возраста», — впоследствии говорил о Меньшикове Леонид Зорин, который ревностно относился к поиску главного героя. По сути, в остроумном, озорном, любвеобильном Костике Зорин вывел самого себя, приехавшего в столицу из южного города, снимавшего комнату в московской коммуналке и написавшего потом об этом свою исповедальную пьесу...
На Гостелерадио «Покровские ворота» приняли поначалу без проволочек. Но выход фильма в эфир затягивался. Одной из причин стал отъезд Елены Кореневой вместе с американским мужем в США. Позже выяснилось, что «Покровские ворота» вызвали раздражение председателя Гостелерадио Сергея Лапина, который увидел в ленте «искажение образа советского воина» (речь шла о Савве Игнатьевиче, сыгранном Виктором Борцовым с огромной нежностью). По воспоминаниям Козакова, свои претензии к создателям «пасквиля» Лапин выразил гневной тирадой: «Такие фильмы делают люди, сбегающие в Израиль или в Америку! Это же какой-то Зощенко!». Михаил Козаков, действительно, после распада СССР на несколько лет уедет в Израиль, но чем перед Лапиным провинился классик советской литературы Михаил Зощенко, так и осталось загадкой.
После многочисленных исправлений, внесенных в ленту по настоянию начальства, «Покровские ворота» все же были показаны по ЦТ в феврале 1983 года. Однако и в последующие годы из фильма вырезались отдельные фразы и целые эпизоды. Так, на разных этапах из картины были изъяты употребляемые Саввой Игнатьевичем немецкие словечки, вырезана песня «Розамунда». А во второй половине 1980-х годов в рамках горбачевской антиалкогольной капании сокращению подверглись сцены, связанные с пьянством Велюрова («А кто не пьет? Назови. Нет, я жду!»).
Отдельные вопросы советских идеологов вызывал финал, в котором мотоцикл «неутомимого Савранского» отрывается от земли и совершает полет над Воробьевыми горами, над Москвой. Когда у режиссера спросили: «Куда и зачем улетает мотоцикл Савранского?», Козаков лаконично ответил: «Это улетает время».
Время, изображенное в фильме, действительно улетело, истаяло в туманной дымке прошлого. Улетели на небеса и многие создатели фильма — за истекшие десятилетия не стало Софьи Пилявской, Инны Ульяновой, Виктора Борцова, Анатолия Равиковича, Леонида Броневого, Евгения Моргунова, Михаила Козакова, Леонида Зорина... Но остался в истории кино, в нашей душе и памяти этот удивительный, не стареющий с годами, остроумный и грустный, поэтичный и нежный фильм, который Козаков наполнил визуальной магией, стихами Пушкина, проникновенными песнями Булата Окуджавы («Ах, Арбат, мой Арбат, ты мое Отечество»), волшебной музыкой Георгия Гараняна...
Я видел этот фильм, наверное, раз десять. Для меня он стал гимном старой и неизменно прекрасной Москве. Гимном победительной юности и торжествующей любви. Наконец, гимном несломленному человеческому достоинству. Пересмотрите и вы «Покровские ворота» на большом экране и в авторской версии. Право, фильм того заслуживает.
