Вручение ТЭФИ, состоявшееся на прошлой неделе, прошло в атмосфере, вообще свойственной этой премии в последние годы. То есть вроде все всерьез. Награжденные радуются. Проигравшие делают вид, что радуются за награжденных. Но даже кондиционеры не спасают от тяжелого привкуса фальши. Потому что и триумфаторы, и лузеры прекрасно понимают: российское ТВ находится в глубоком кризисе, и о нем надо бы громко и повсеместно говорить, но здесь — нельзя-с. Праздник!
Можно сколько угодно критиковать телевидение за обилие пошлых, безвкусных и откровенно безнравственных программ, можно по совершенно справедливым поводам наезжать на Малахова с Борисовым, что «Труд» регулярно и делает, но нельзя не признать, что с развлекательной функцией оно вполне справляется. Ну да, есть перекосы. К примеру, даже вполне невинный и поначалу тепло принятый аудиторией «Голос 60+» его авторы умудрились «опустить». Неужели никому из них не пришло в голову, что продвижение в конкурсе одним из наставников близкого родственника вызовет отнюдь не чувство умиления? Ах, наш любимый Ленечка Агутин ратует за своего папочку, как трогательно! Нет, народ у нас злой. Ему не понравилась эта публичная демонстрация семейственности за бюджетные, то есть его, народа, деньги... Но, повторим, это частность. В целом же ведущие каналы страны предоставляют своей аудитории великолепную возможность убить время.
Гораздо хуже обстоит дело с возможностью ориентироваться в информационном пространстве. Не будем вдаваться в подробные рассуждения на эту тему. Уже все сказано, в том числе и в комментариях по поводу итогов ТЭФИ прошлых лет. Подчеркнем лишь, что и установка «пропаганда вместо информации» уже в прошлом. Нынешние новостные и аналитические программы перестали стесняться откровенных фейков. Помните, как еще совсем недавно мы реагировали на эскапады госдеповского лица Дженнифер Псаки? Как издевались над ней в ток-шоу отечественные политологи и депутаты? Но со временем пришло осознание, что такое откровенное ерничанье и демонстрация некомпетентности позволяют без последствий уходить от ответов на неудобные вопросы. И теперь портрет Псаки может занять столь же достойное место в служебных кабинетах наших телевизионных идеологов и представителей серьезных ведомств, сколь Дзержинский у чекистов.
Вообразим себе будущих финалистов ТЭФИ-2019 в таких серьезных номинациях, как «Лучший интервьюер», «Аналитическая программа», «Дневное ток-шоу». Кто бы в них ни победил, у зрителя в голове все равно останется интервью Маргариты Симоньян со солсберецкими и последующее его обсуждение в многочасовых ток-шоу со сладострастной издевкой в адрес западных «партнеров»: ну что, дебилы, приняли простых русских туристов за зловещих гэрэушников?!
Но вернемся к ТЭФИ нынешней. Церемония принципиально отличалась от всех предыдущих. Впервые бронзового «Орфея» победителям вручали дети. Хорошие мальчики и девочки, умные, талантливые, победившие на разных престижных конкурсах. Столь нестандартное решение объяснялось просто: надо было показать, что телевидение не умирает, как о том каркают критики, что у него есть будущее в лице таких вот прекрасных ребятишек. Вот и председатель Совета Комитета индустриальных телевизионных премий Михаил Швыдкой, подводя итоги мероприятия, подчеркнул: «Не верьте никому — телевидение смотрят все, что бы нам ни говорили. В конце концов YouTube — это тоже телевидение. Любой канал, который передает телевизионный контент, — это телевидение. Но мы считаем, что борьба сегодня идет между каналами, конечно, за молодежную аудиторию. И мы хотели наглядно это продемонстрировать: Общее послание этого конкурса очень простое: мы хотим, чтобы телевидение в XXI веке доказало свою необходимость».
Но вот беда. Вместо того чтобы подчеркнуть искренность и естественность, участие юных дарований лишь акцентировало двойственность происходящего в зале Московского театра мюзикла (экс-«Пушкинском» и экс-кинотеатре «Россия», а эту эволюцию в данном контексте тоже можно считать знаковой). И дело даже не в том, что они забывали имена тех, кого поздравляли. Будем считать провалы в памяти следствием волнения, а не тем, что им все эти самодовольные дяди и тети неизвестны и глубоко безразличны. А в том, что слова сценария, написанные взрослыми, в устах детей звучали нелепо. Вот, скажем, Ургант спросил юную вручантку, знает ли она, чем занимается актер. А та ответила, что тот притворяется, что все делает по-настоящему, а сам лишь играет. И резюмировала: как Собчак на выборах президента. Шутка была бы смешной, даже с учетом того, что прозвучала не к месту. Но тут — лишь все то же чувство неловкости.
Ну и в заключение весьма символичные слова Николая Картозия, сказанные им в качестве новоиспеченного лучшего продюсера: «Вы сами знаете, сейчас говорят: «Вот на телике все неправда, в интернете все — правда. Ну, естественно, это «как бы». Но этот кризис существует.
И что нам теперь? Вот нам, людям, влюбленным в телевидение, а я уверен, что вы все обожаете свою профессию, людям, которые умеют делать блестящие ток-шоу, шоу, блестящие сериалы и так далее, что нам делать? Завести блог и брать матерные интервью? Ну вряд ли у нас это получится лучше, чем у Дудя. Но у нас получается что-то другое. Классное! Друзья, давайте все-таки не будем хоронить телевидение, оно отличное, оно замечательное».
Символично, что произнесено это руководителем развлекательного канала «Пятница», где совсем нет политики.
