«Задержание министра Улюкаева — это тяжелое событие и для власти, и для правительства. Это за гранью моего понимания...» — эмоционально отреагировал на задержание своего подчиненного премьер Дмитрий Медведев. И добавил, что на президента это «произвело такое же впечатление». Хотя в Следственном комитете утверждают: разработка министра-коррупционера длилась более года, и добро на ее начало было получено именно от главы государства.
Конец известен: Улюкаева взяли на взятке — при двух свидетелях, с миллионом долларов в кейсе, ручку которого предварительно обработали специальным составом, оставляющим специфические следы на пальцах любого, кто дотронется. Кстати, кейсов было два, в каждом лежало по миллиону, то есть по 20 кг американских денег (одна стодолларовая банкнота весит ровно 1 грамм). Второй кейс Улюкаеву обещали положить непосредственно в автомобиль — чтобы лично не надрывался. В материалах дела это назвали «следственным экспериментом».
Теперь уволенный именным указом президента (в связи с утратой доверия) взяточник сидит с электронным браслетом на ноге под домашним арестом в ожидании суда. А поймавшие его сотрудники Следственного комитета и ФСБ могут крутить дырки на мундирах под государственные награды: до сих пор в новой России не было ни одного ареста коррумпированного чиновника в ранге федерального министра.
Хотя, как говорится, давно пора. Ибо, по данным самого свежего глобального исследования «Барометр мировой коррупции», только что опубликованного Transparency International, Россия снова вошла в число самых коррумпированных стран Европы и Центральной Азии — вместе с Боснией и Герцеговиной, Литвой, Молдавией, Сербией и Украиной.
Но почему-то нет ощущения победы, а в блиц-опросах, проведенных СМИ по горячим следам, большинство россиян не очень склонны верить, что российские силовики действительно добились серьезной удачи в борьбе с коррупцией. Как-то не слишком сходятся у них концы с концами, куда ни кинь — везде клин: не тот человек, не те обстоятельства, не те суммы...
Первая реакция высоких лиц, безусловно разбирающихся в быте и нравах сегодняшнего российского истеблишмента, — изумление. «Если бы Улюкаева обвинили в том, что он сбил старушку, когда мчался на «Гелендвагене» по ночной Москве, и то выглядело бы правдоподобнее» (глава РСПП Александр Шохин). «Из тех обрывков информации, которые мы знаем, все это выглядит, мягко говоря, странно» (глава Сбербанка Герман Греф). «В данном случае сумма удивляет. Обычно такие суммы фигурируют по поводу коррупции в регионах. Что-то здесь странно» (лидер «Справедливой России» Сергей Миронов).
И в самом деле, в налоговой декларации Алексея Улюкаева за 2015 год зафиксирован доход в 60 млн рублей, в собственности — 10 земельных участков для личного подсобного хозяйства общей площадью в 151000 кв. метров плюс два участка для дачного строительства, жилой дом и квартира. Доходам жены тоже можно позавидовать: 15 млн за год, а в собственности пять участков для индивидуального жилищного строительства, две квартиры и два жилых дома. Куда еще?
Трудно представить, что столь обеспеченный человек польстится на взятку в 2 (два) млн долларов, рискуя потерять как минимум вдесятеро больше. К тому же возьмет ее наличными деньгами, не опасаясь подставы.
Напомним, что четыре месяца назад в Москве за получение взятки задержали губернатора Кировской области Никиту Белых, и тут же по телевидению показали оперативную видеосъемку с разложенными на столе денежными купюрами. Так неужели министр Улюкаев не видел эти кадры и не вздрагивал по ночам?
Странно выглядят и предложенные в качестве взятки два кейса с миллионами — тот самый «следственный эксперимент». Полтора года назад Следственный комитет арестовал двух генералов МВД — начальника главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) Дениса Сугробова и его заместителя Бориса Колесникова. Их обвинили в том числе в организации провокации взятки (ч. 3 ст. 33 и ст. 304 УК РФ). Ибо сотрудники полицейского главка примерно так же ловили на живца потенциальных коррупционеров-взяточников. Потом за это поймали их самих. А теперь, получается, провокация взятки вновь в ходу?
«Следственный комитет должен быть открыт в деле Алексея Улюкаева, — заявляет руководитель Центра стратегических разработок Алексей Кудрин, которого уже прочат в новые министры экономики. — Мы ждем дальнейших шагов и разъяснений от Следственного комитета, хотелось бы, чтобы СК был открыт и информировал нас».
Официальный представитель СК Светлана Петренко крайне скупа на подробности. «В распоряжении следствия уже имеется ряд весомых доказательств, в том числе материалы оперативно-разыскной деятельности, аудио- и видеозаписи, показания свидетелей, которые зафиксированы в соответствии с требованиями закона, но пока не разглашаются в интересах следствия...» — практически это все, что следственные органы сообщили возбужденной новостью стране. Хотя речь идет не о военной или государственной тайне. Правоохранительные органы как бы предлагают верить им на слово. Но с какой стати?
Верить трудно. Особенно после найденных у скромного полковника Дмитрия Захарченко (из антикоррупционного главка МВД) 9 млрд рублей наличными (в валюте) и еще 300 млн евро на банковских счетах в Швейцарии (зарегистрированные на отца). После ареста генерала Следственного комитета Дениса Никандрова с высокопоставленными подельниками из службы собственной безопасности, которых за 5 млн долларов купил оптом вор в законе Шакро Молодой. После сообщения о «кузбасской банде» из двух вице-губернаторов и руководителе местного управления Следственного комитета России (СКР), ставших фигурантами уголовного дела о вымогательстве в особо крупном размере — 1 млрд рублей. Ну, никак не вырисовывается образ кристально чистых борцов с коррупцией, офицеров, людей чести.
Хотя сами факты разоблачения и арестов этих «оборотней в погонах» обнадеживают: власти не только на словах ведут борьбу с коррупцией. Разработкой крупных экономических и коррупционных дел занимается ФСБ, и в последние два года Служба стала куда активнее. Об этом свидетельствует статистика возбужденных по ее инициативе экономических дел: только за первую половину 2016-го их количество практически сравнялось с числом дел за 12 месяцев 2013 и 2014 годов.
Но вопросов к борцам пока больше, чем ответов. Почему, например, сахалинский губернатор Александр Хорошавин до сих пор обвиняется лишь в 5-миллионной взятке, хотя при обысках у него было найдено денег и драгоценностей на миллиард? В чем обвиняется кировский губернатор Никита Белых, задержанный при получении 400 тысяч евро, — в примитивном взяточничестве «с целью наживы» или, как он утверждает, в создании губернаторской «черной кассы» (что также противозаконно) для финансирования нужд региона?
Мы регулярно узнаем об аппаратных чистках в Китае, где за последние полтора десятка лет было расстреляно около 15 тысяч коррумпированных чиновников, а в тюрьму с начала экономических реформ посадили более миллиона взяточников. Но в Китае коррупционеров не только сажают — подробная информация о прегрешениях и преступлениях транслируется в СМИ и через интернет. В результате борьба с коррупцией становится понятной населению и постепенно приобретает всенародный характер.
В России наоборот. Исследование «Барометр мировой коррупции», о котором уже упоминалось, показывает неверие россиян как в способность власти снизить уровень коррупции в стране, так и в личную честность сотрудников правоохранительных структур, призванных бороться с этим злом.
Кстати, после ареста министра экономики Алексея Улюкаева глава правительства заявил на заседании правительства: «Произошедшее еще раз подтверждает один непреложный вывод, что абсолютно все, включая любого представителя власти, какую бы должность он ни занимал, равны перед законом». И присутствующим журналистам сразу стало понятно, почему в этот день все члены кабинета, как сговорившись, оказались одетыми в черное. Даже вице-премьер Ольга Голодец, обычно предпочитающая яркие пиджаки, на этот раз оделась в нечто неприметно темное...
Но еще раньше в СМИ промелькнула информация, что в оперативной разработке силовиков, кроме Улюкаева, якобы находились вице-премьер Аркадий Дворкович, помощница первого вице-премьера Игоря Шувалова Марина Романова и помощник президента РФ Андрей Белоусов. По другим данным, под «следственный каток» могут попасть несколько ведущих работников Минэкономразвития.
