Труд: Рожают потому, что хотят стать матерью

Марина Богачева из тех людей, что накормят тебя, даже когда ты сыт. Нальют стакан горячего чаю, выслушают, дадут мудрый совет, помогут. Это, конечно, божий дар и талант. Особенно если учесть, что педагог начальных классов Марина Богачева — сама мать семерых детей и уже 10 лет руководит общественной организацией помощи и содействия многодетным семьям «Аист» района Царицыно.

У Марины куча медалей и правительственных наград, потому что ее энергии, гражданской позиции и горячего сердца хватает на многое.

Я помню ее в счастливом браке с мужем Валерием, с которым они прожили душа в душу почти 30 лет. Помню, когда четыре с лишним года назад Марина овдовела. Но выстояла.

Не закрыла двери трехкомнатной квартиры на Севанской улице — гнезда «Аиста», где бесконечные толкотня и коробки: детские каши, тетради, памперсы, кисточки, альбомы для рисования, реквизит для двух театров — обычного и кукольного. Да мало ли что нужно 150 многодетным семьям? А это ни много ни мало 500 детей и взрослых!

В наше время тотального дефицита тепла, когда дружат опосредованно, через социальные сети, «Аист» — это место, где тебе рады. Тебе не виртуальному, а живому. Здесь все знают друг о друге всё: о женах, мужьях, детях. И о детях, которые родились от этих детей. Потому что «Аист» давно стал одной большой семьей, которая помогает выжить отдельным малым семьям.

Об этом мы и говорили с Мариной Богачевой накануне их 10-летия.

Поколение выросло на «гуманитарке»

— Когда «Аист» образовался, это был 2002 год. И страшной опасностью была токсикомания, — вспоминает Марина. — Мои дети учились в фармацевтическом училище. Ребятишки, их сверстники, нюхали клей прямо на улицах. Валялись вповалку. Сейчас этого, к счастью, нет. А тогда мы понимали: самое главное — уберечь подрастающее поколение. Мы это и делали. Бесконечные кружки, вечера, конкурсы, праздники — чтобы в семьях были традиции, чтобы люди перезнакомились. Сюда все тянулись.

Первые четыре с лишним года у нас не было своего помещения. Зарегистрирована была организация на моей квартире. То есть юридический адрес — там. А фактически где только мы не находились! В школе, естественно, праздники проводили. А «гуманитарку» выдавали в моем подъезде, чем вызывали недовольство соседей.

Помню, Наташа Долгова из компании «Росмэн-пресс» — вот душа человек! — как-то говорит: «Марин, хочу тебе помочь». И они к дому моему подогнали фуру — целую фуру! — канцелярских товаров. Знаешь что было? В одной комнате нашей квартиры — 24-метровой — мы не жили. Мы ходили поверх всего: портфелей, дневников, книг... И раздавали все это потом несколько лет.

30 тонн одной «гуманитарки» за эти 10 лет роздано: продукты, одежда, сыр, творог, сметана — все, что добрые люди дают, которые понимают, что многодетная семья не может себе этого позволить. Все наши дети на этих кашах и памперсах выросли. И вот прошло 10 лет. Тогда кому-то было шесть, а сейчас 16. Тогда было 15, а сейчас он уже отец, понимаешь?

Но я своей семье тогда вообще не принадлежала. И многие мамки тоже. Везде — коллективом. Сейчас думаю: как вообще выжили тогда? Не знаю...

Отчет о проделанной работе

Все комиссии, что приходят к нам с проверками, не могут понять: как можно так работать без зарплаты? И постоянно задают вопрос: сколько вам платят? Я спрашиваю: кто? Я не могу объяснить людям, что у нас нет штатного расписания. Что у нас организация общественная. Бла-го-тво-ри-тель-ная!

Хотя благотворителей сейчас все меньше. Пусть, говорят, вам государство помогает. Такая позиция. У меня остались самые-самые преданные. А новых изыскивать уже не хватает сил. Но организация не умерла — она работает. Есть молодые активные мамки. Кулинарный кружок, семейный клуб «Добрый дом», где решаем, куда нам пойти: в кино, в театр, куда-то еще. Культурное оздоровление, укрепление авторитета многодетной семьи — генофонда нации — это осталось.

А досуг в том виде, в каком мы его проводили раньше — по два мероприятия в неделю, чтоб плясать здесь ламбаду и Масленицу во дворе проводить, — себя в принципе изжил. Выросло новое поколение, для которого большие форматные праздники — это да! А маленькие: Они в социальных сетях сидят — им это надо?

Поэтому сегодня на первый план все больше выходит психологическая поддержка. Народ потерялся. Семьи как на вулкане: подорожает — не подорожает? Поменяют деньги — не поменяют? Как детей учить?

Господи, да вы не об этом сейчас думайте! Им по 10 лет — выжить бы просто! Устоять на этом белом свете.

Вот приходит ко мне одна: муж, 40 лет, лег спать и не проснулся. Пока я подарки раздаю, она сидит — три дня по три часа. «Марина, как ты вышла из этой ситуации?» А как я вышла? Могу прийти сюда и несколько часов прорыдать, просто в истерике. А потом выхожу — и все. Так посидим-поговорим, она уйдет. А я, видимо, всем этим напитаюсь, прихожу домой — пока святой водой не вымоюсь, уснуть не могу. И как это можно прописать в отчетах?

Хроника 10 лет

В «Аисте» ведь не только из Царицыно семьи. Но я сейчас не принимаю больше никого. Потому что помещение очень маленькое. Эта квартира для приема населения, для мелких мероприятий идеальна. А так — идем проводить игры-конкурсы на улицу. Нормально это? А будь у нас 10 комнат, у меня в одной сейчас костюмы бы шили. В другой психолог сидел бы. В третьей я бы танцам восточным учила (я благодаря танцам и выжила). В четвертой — прием населения.

В пятой — большая столовая. В шестой — театр, в седьмой — кружки...

Вот сейчас 10-летие «Аиста» — круглая дата. Где проводить? Опять в школе № 501, в актовом зале. Опять своими силами. А так хочется праздника! Я уже вижу: начинается «Маленькая страна» — музыка. Ведущая. Детки танцуют.

Потом выхожу я и говорю, что маленькая страна — это наш «Аист», маленькое государство в государстве. И рассказываю сколько у нас за это время родилось детей, сколько вышло замуж. Потом фильм — хроника этих 10 лет. Награждение активных мамашек, у которых уже второе поколение деток подросло. И всех их я вывела бы на сцену — тех, кто тогда в наших конкурсах участвовал и сейчас. Финал такой...

Все рождаются, все живут

У нас в «Аисте» в основном те, кто троих, четверых, пятерых родил. Семеро — у меня и еще у одной, Иринки. Тяжело ей. В ее трешке на Севанской 64 метра. И прописаны там: она с детьми и два ее брата со своими семьями. В общем, 14 человек. А скромная такая! Не писала о себе нигде.

Стали хлопотать, на субсидии приобрела она трехкомнатную квартиру 130 метров в Солнцево и двушку в Лобне — за городом. А квартиры-то — каменные мешки, в них въехать нельзя. Она в шоке. Братья, которые ей обещали, что все для нее сделают, лишь бы она уехала, — в кусты. Своих денег нет. А там миллиона два нужно только, чтобы трешку привести в божеский вид. И она: «Марин, что делать?» Я написала от ее имени письмо Собянину. Мол, прошу вас помочь, знаю, что сейчас есть такая программа: Сделайте хоть грязную работу — залейте пол, выровняйте стены, а уж обои — своими силами. Потому что сама она не вытянет это никогда. Вот сейчас ждем ответа.

Почему много детей рожают? Этого не объяснить. Я только одно скажу: рожают потому, что хотят быть матерями. Вот и все. И ничто не препятствует — ни подорожавшие продукты, ни катаклизмы в обществе. У нас есть одна мамка — ей далеко еще до 40, мужу под 60. Она родит — и сразу на работу. А он с ними дома — и накормит, и уложит. Врачи уже ругаются на нее: нельзя. А все можно! Все рождаются! Все живут! Отношения в семье там очень хорошие. Она, я думаю, еще родит.

Поэтому я и говорю: рожают не благодаря программам, а вопреки. Потому что в любой женщине это сидит — заботиться, растить, превозмогая все трудности. Штопать носки, не спать ночами. Думать о том, как их поставить на ноги. На что-то сетовать, нервничать. Но тем не менее рожать. Потому что вот это маленькое существо — оно того стоит.