Ничто не предвещало сенсации. Комедия со странным для непосвященных названием «Непосредственно Каха» не могла прорваться в прокат больше года — от нее дружно отказывались все прокатные компании. Помогли коронавирусные времена с их скудной афишей. В итоге за раскрутку «Кахи» вдруг взялась солидная кинокомпания «Централ Партнершип». И в первый же уик-энд картина, снятая за 55 млн рублей, заработала в четыре раза больше. А за две недели проката срубила порядка 400 млн, обойдя высокобюджетных «Подольских курсантов», «Стрельцова» и став самым кассовым российским релизом за время пандемии. И наш кинообозреватель отправился в кассу покупать билет.
Впрочем, судить о «Кахе» по законам искусства кино — занятие пустое. Инициировали этот продукт и выступили в главных ролях комики с YouTube-канала KTV, возникшего еще восемь лет назад и до сих пор пользующегося определенным спросом в молодежной среде. Этим и объясняется неожиданная популярность фильма. Фанаты веб-сериала ломанули в кинотеатры, заинтригованные вопросом: получилось ли у их любимчиков сделать кино из небольших, чаще очень соленых, с обилием матерной лексики, комедийных скетчей?
По мне, получилось не очень. Сюжет у картины прощупывается слабо — подобно пульсу у вытащенного на берег утопленника. Но если продраться сквозь шелуху ненужных сюжетных ответвлений, многословных и глуповатых диалогов, сомнительных шуточек, то выкуклится история про двух «конкретных пацанов» кавказской наружности, проживающих на окраинах Сочи. Полезной деятельностью они себя не замарали, но и с особо строгими статьями Уголовного кодекса пока близко не познакомились. Этакие Остапы Бендеры районного разлива.
Один — «непосредственно Каха» (Артем Карокозян). Именно так представляется при знакомстве главный герой фильма — матерый понтярщик с бешено вывороченными глазами и взрывным темпераментом. Другого зовут Серго (Артем Калайджян). Он, наоборот, вялый малый, губошлеп и растяпа. Оба испытывают трудности с дензнаками, побираясь у родственников, которых неизвестно почему глубоко презирают. И обоих угораздило втюриться в местных красоток. Каха повелся на знойную Софу, за которой приударяет Руслан — главный мажор на районе. Серго влюбился в слепую Милену, перед которой зачем-то разыгрывает из себя миллионера.
Чтобы отбить красавицу Софу у обладателя BMW, Каха вызывает Руслана на поединок, обязуясь обогнать его «бэху» на своей ржавой «копейке». Верный друг Серго немедленно приходит на помощь братану, который «спас» его от школы, университета и окунул в мир улицы. Им обоим нужно по 200 тысяч рублей. Одному — чтобы начинить мотор «копейки» нужными поршнями, другому — чтобы оплатить Милене операцию. Но эти деньги надо еще раздобыть. И пацаны решаются ограбить местного олигарха...
Не буду пересказывать все перипетии этого вымученного, мутного сюжета. Скажу только, что кража закончится сценой в туалете, куда Серго, объевшегося дармовым инжиром, призовет забурливший живот. Беспрецедентная по омерзительности сцена со всеми вытекающими из этого процесса звуками и даже, кажется, запахами, длится на экране невыносимо долго, истязая глаза и уши даже самых лояльных зрителей. Дальше, увы, лучше не станет. Одно только слово «ср...ь» в разных вариациях прозвучит раз десять.
Конечно, при большом желании можно найти в «Кахе» элементы сатиры на великовозрастных дармоедов, хотя неумные и необаятельные пацаны-отморозки почему-то получают в финале все, чего добивались. Можно попытаться разглядеть в фильме высмеивание наших банальных представлений о кавказской ментальности, хотя лично я уловил, скорее, ксенофобские нотки. Можно увидеть не парадный, а изнаночный образ жизни курортного города, который разительно отличается от мира шикарных гостиниц и ресторанов. Наконец, можно вообще не искать в фильме большого смысла и отнестись к нему, как к необременительному зрелищу с видами Сочи, его вечнозеленых пальм и синего моря.
Но все эти подходы тонут в разливанном море пошлости, которой пропитан фильм. Сортирный юмор, обыгрывающий тему всевозможных физиологических отправлений, в том числе и сексуальных, — едва ли не главная особенность этого дурно пахнущего фильма. Который зачем-то вызвался поставить Виктор Шамиров, ранее известный по нескольким вполне приличным картинам, среди которых, в частности, «Упражнения в прекрасном». Нужда заела?
Умные словари толкуют пошлость как «непристойность, скабрезность, безвкусную и безнравственную грубость», «вульгарность, низкопробность в духовном, нравственном отношении», «банальность, плоскую шутку». Как ни печально, все оттенки этого понятия умудрился вобрать в себя фильм, который по странной аналогии заставил меня вспомнить творчество Ильфа и Петрова.
«Параллельно большому миру, в котором живут большие люди и большие вещи, — писали они в романе «Золотой теленок», — существует маленький мир с маленькими людьми и маленькими вещами. В большом мире изобретен дизель-мотор, написаны «Мертвые души», построена Волховская гидростанция, совершен перелет вокруг света. В маленьком мире изобретен кричащий пузырь «Уйди-уйди»... И дальше: «В большом мире людьми двигает стремление облагодетельствовать человечество. Маленький мир далек от таких высоких материй. У обитателей этого мира стремление одно — как-нибудь прожить, не испытывая чувства голода».
Боюсь, это самая исчерпывающая рецензия на фильм «Непосредственно Каха», который и представляет из себя надутый пиарщиками и прокатчиками пузырь. Остается, правда, вопрос: почему на него столь активно повелись зрители? Ну, так ведь зрители — они тоже разные. Тонкие художественные вкусы нашего пестрого народонаселения не надо преувеличивать — иначе у нас не пользовались бы таким успехом графоманские книги, скабрезные ток-шоу, пошлые миниатюры телехохмачей.
Да, у нас есть ценители высокого юмора, которые любят и понимают комедии Чаплина, Эльдара Рязанова, Леонида Гайдая, Георгия Данелия. И есть, увы, поклонники тупой, бессмысленной ржаки. У последних сегодня, похоже, праздник.
