Закупка препаратов медицинскими учреждениями должна проводиться не по принципу дешевизны, как это предписывается сегодня, а по главному критерию — эффективности лечения пациентов. Казалось бы, какие тут могут быть споры? Но «лекарственный вопрос» вопреки оптимистичным заявлениям должностных лиц вызывает у россиян все большую тревогу.
Недавняя громкая история в Питере с просроченными препаратами лишний раз подтверждает, что тревоги эти не беспочвенны. Большая часть медикаментов стоимостью свыше 300 млн рублей была закуплена на бюджетные деньги и передана Минздравом РФ в Санкт-Петербург для пациентов, имеющих право на бесплатные лекарства. Однако в аптеки таблетки так и не поступили. Три недели назад петербургская прокуратура обнаружила на складе Центральной фармацевтической базы завалы просроченных препаратов — 165 тысяч упаковок. Почему же ни одна из них не попала к больным людям?
В комитете по здравоохранению Санкт-Петербурга мне объяснили: многие из этих препаратов оказались невостребованными. Вот, скажем, интерфероны в больших дозах выписываются при рассеянном склерозе. Запас на складе немалый, но спрос на это лекарство резко уменьшился. Препарат вызывает у части пациентов серьезные побочные явления, в том числе гриппоподобный синдром с повышением температуры до 39 градусов. От больших доз люди стали отказываться. А тут еще появились новые методы лечения. Не востребовано также известное противоопухолевое лекарство, причем опять-таки в высокой дозировке. Здесь побочные реакции еще жестче: сильнейшая тошнота, выворачивающая рвота, понос...
Питер не исключение. В интернете немало острых сигналов по поводу качества и эффективности российских лекарств, особенно дженериков, которые являются копиями оригинальных препаратов, содержат аналогичную активную субстанцию, но отличаются вспомогательными веществами, степенью очистки примесей.
Казалось бы, так ли уж важны для лечения вспомогательные вещества? На самом деле дженерик может отличаться от оригинала разительно, как бриллиант от угля.
Вот что рассказала на сайте Wonderzine о своем лечении Татьяна, перенесшая вначале сложную онкологическую операцию, затем «химию» и лучевую терапию. «Самым страшным был момент, когда мы не смогли найти нужные (импортные. — «Труд») препараты — они просто закончились по всей Москве. Три ампулы привезли одноклассники из Израиля и Германии. От безысходности мы взяли по ОМС русские дженерики — и это обернулось четырехдневным кошмаром. Я не думала, что человек может испытывать такую боль. Я не могла спать, начались галлюцинации и бред. Не спасали обезболивающие, скорая только разводила руками...»
Татьяне было с чем сравнивать. Но у многих российских пациентов, не имеющих возможности покупать импортные лекарства, такой возможности нет, они вынуждены принимать такие же, как были у Татьяны, российские дженерики длительное время... Важная цифра: в прошлом году 86% всех проданных в российских аптеках лекарств были именно копиями, аналогами. Спрос понятен: они, как правило, намного дешевле оригинальных препаратов.
«Дженерики могут быть как вполне качественными, с хорошим лечебным результатом, так и малоэффективными, даже опасными для организма, с серьезным побочным действием, — пояснил «Труду» завкафедрой факультетской терапии № 2 Первого Московского государственного медицинского университета имени И.М. Сеченова, доктор медицинских наук, профессор Валерий ПОДЗОЛКОВ. — Конечно, если копия соответствует по основным параметрам оригиналу и контроль при производстве был жесткий, то никаких проблем не возникает. Но так бывает, к сожалению, не всегда.
Вот свежий пример, приведенный профессором Подзолковым. Во всем мире, в том числе и в России, широко известен препарат валсартан. Он используется для лечения пациентов с повышенным артериальным давлением, хронической сердечной недостаточностью, перенесших инфаркт миокарда. Но недавно мир облетела неприятная новость: в одной из партий лекарств, изготовленных на основе валсартана в китайской компании Zhejiang Huahai Pharmaceuticals, была обнаружена опасная канцерогенная примесь, которая может вызывать рак. В России, как и в других странах, сейчас проводится срочный отзыв из аптек этих препаратов. Между тем по состоянию на ноябрь у нас могло быть около 8 млн таких упаковок...
Это серьезное ЧП показывает, что к дженерикам должно быть особое, самое пристальное внимание. Нельзя использовать копии оригинальных лекарств, если не доказаны их безопасность, терапевтическая взаимозаменяемость. И здесь у нас еще много работы. Да и в целом закупка лекарств медицинскими учреждениями должна проводиться не по принципу дешевизны, как это предписывается сегодня, а по главному критерию — эффективности препаратов для лечения пациентов.
Приведенный профессором пример шокирует. Представить страшно: лекарство должно лечить гипертоников и сердечников, а вызывает рак. Между тем эти таблетки продавались во многих аптеках в течение последних пяти лет. Только несколько месяцев назад канцерогенные примеси удалось обнаружить датским ученым...
Беда в том, что сегодня в России лекарства в медицинских учреждениях, которые используют бюджетные средства, отбираются по принципу купить то, что подешевле. Такой подход позволяет экономить деньги, но вызывает серьезные вопросы у многих практикующих врачей. Жестко комментирует ситуацию известный в отрасли специалист, бывший замминистра здравоохранения РФ, доктор медицинских наук, профессор Валерий ВОЛОДИН.
«Ставка на дешевые лекарства, когда на первом месте цена, а уж потом смотрят на эффективность препарата, побочные эффекты, — это порочная практика! — говорит профессор. — Потому что не все дженерики соответствуют необходимым требованиям. А это мина замедленного действия. Сегодня по действующему законодательству закупка препаратов для бесплатного лекарственного обеспечения производится на аукционах. В конкурсе участвуют разные лекарства, имеющие одинаковое международное непатентованное наименование (МНН). Здесь конкурируют и дорогие оригинальные препараты, и дженерики. Но на аукционе главный критерий известен — цена. Побеждает тот поставщик, у которого дешевле лекарство. Понятно, именно копии чаще всего оказываются победителями».
И в этом драматизм ситуации, продолжает профессор. Потому что немалая часть дженериков сильно уступает по эффективности оригиналу, зачастую они токсичны. Порой врачам неизвестно, насколько глубокими, всесторонними были испытания препаратов-копий. А они ведь заметно отличаются ингредиентами, технологией изготовления.
Хотя неэффективность ряда дженериков проявляется быстро, особенно в онкологии. В свое время главный онколог столицы и он же главный врач лучшей в стране онкобольницы с возмущением критиковал аукционные новации: «Многим больным от замены оригинального препарата на аналог стало плохо: Эта безумная система не позволяет обеспечивать пациентов эффективными лекарствами». Чиновникам не понравилась критика опытного врача, вскоре его вынудили уволиться.
«Не открою секрета: в России многие раковые больные, у которых есть финансовые возможности, отказываются от бесплатных неэффективных, обрекающих пациентов на мучения дженериков, говорит профессор Володин. — Они покупают нормальные лекарства за свои деньги. Состоятельные же россияне нередко уезжают лечиться за границу. Но бедным-то деваться некуда! Аналитики говорят, что сотни тысяч россиян не получают сегодня лечения на уровне современных мировых технологий. Что же касается дженериков, то многие из них являются копиями препаратов 20-летней давности. За рубежом уже пошли дальше, а мы как бы застряли в прошлом веке...»
Разумеется, и в России есть передовые разработки, в лучших клиниках используются современные технологии. Но на аукционах низкоэффективные, дешевые препараты, конечно же, побеждают. А потом оказываются, как это было в Санкт-Петербурге, невостребованными. Не пора ли наконец отказаться от безумной системы аукционных закупок, где на первый план выдвигается дешевизна? Ведь речь идет не об овощах на базаре, а о лекарствах! По сути, о жизни и смерти наших граждан.
