Имя Валентины Талызиной в последние месяцы не покидает горячих строк информагентств, но, как правило, в связи с ее резкими высказываниями в адрес иных коллег-артистов. Тем интереснее было наконец увидеть актрису в ее прямом профессиональном деле – на сцене родного театра им. Моссовета в премьерном спектакле «Пиковая дама», где по идее графиня Анна Федотовна должна мерещиться Германну символом тайной недоброжелательности. Но, к сожалению, ожидаемого преображения героини в инфернальный карточный персонаж в постановке Игоря Яцко не случилось.
Надо сказать, это не первая его работа с Валентиной Талызиной на сцене Театра им. Моссовета. В прошлом году Яцко поставил ее бенефисный спектакль «Волки и овцы», в котором актриса с успехом сыграла Мурзавецкую.
Изначально Талызина планировала выйти в «Пиковой даме» с внучкой и дочерью. Но младшая представительница династии, Анастасия, сейчас очень востребована в кино и, вероятно, поэтому в постановке не появилась. А вот дочь, Ксения Хаирова, выступила в роли графини в молодости (так написано в программке, хотя на самом деле ее героиня находится во вполне зрелом возрасте). Диалоги для нее с мужем, а также с таинственным графом Сен-Жерменом написал автор инсценировки, ученик Николая Коляды Роман Козырчиков. Правда, Хаирова – актриса Театра Российской Армии, но кого сейчас удивишь приглашением исполнительницы с другой площадки?! Да и семейственность в наше время – хороший маркетинговый ход, даже при том, что актриса не отличается особым внешним сходством с матерью, а с ее ролью мог бы справиться и кто-то из Театра им. Моссовета.
Есть в «Пиковой даме» еще один «неместный» – «невезучего» офицера Сурина играет Андрей Анкудинов из Театра Сатиры. Его присутствие уже во втором подряд спектакле Игоря Яцко на сцене Театра им. Моссовета оправдано тем, что этот артист – также автор и исполнитель песен: он выходит на сцену с гитарой и «отвечает» за старинные романсы, которых в нынешней премьере довольно много.
38-летний премьер Театра им. Моссовета Станислав Бондаренко в роли Германна выглядит юнее своего возраста и романтически красив, но в нем нет мефистофелевского огня, заставлявшего пушкинского героя по пять часов кряду смотреть на карточную игру и стать невольным убийцей пожилой женщины. В исполнении Бондаренко это скромный, миловидный и скрупулезный молодой человек немецкого происхождения. У него одна беда – бедность, а как следствие – недостаток уважения в обществе. Это роднит его с Лизанькой (Ксения Комарова) – тоже очень положительной молодой девушкой, они кажутся вполне гармоничной парой. Германн вообще выглядит настолько порядочным, что пистолет в его руке в спальне Анны Федотовны смотрится до ужаса неестественно. В свою очередь, графиня выслушивает героя с таким состраданием, что, кажется, и умирает единственно от огорчения, что не смогла помочь столь замечательному молодому человеку.
Но главное разочарование от спектакля – в том, что Талызина не играет собственно Пиковую даму. Карточные персонажи здесь – две Дамы: Света и Черной масти (Маргарита Юдина и Анастасия Тагина). За инфернальность отвечают именно они, а также куклы: большая, которую сажают на место умершей старухи, и несколько средних, насаженных на трости и изображающих призраков, слетевшихся к Германну после рокового события. Сама же Талызина предстает исключительно в образе пожилой графини, женщины значимой в высшем свете и приятной во всех отношениях, если не считать мелких придирок к Лизе. После смерти Анну Федотовну под руки уводят две женщины в белом, надо полагать, прямо в рай, потому что из динамика при этом раздаются стихи Пушкина в исполнении Талызиной: «Мы рождены для вдохновенья, Для звуков сладких и молитв». И все это вроде бы так возвышенно и прекрасно, вот только не совсем вяжется с содержанием самой повести. Графиня еще появится перед Германном ночью, словно через силу объявляя три карты, а в финале встанет у постели помешанного вместе с Лизанькой, видимо, как некая тень прошлого, в облике печальном, но отнюдь не издевательском и не зловещем.
Художественное оформление спектакля минималистично, но удивляют и восхищают необычные световые композиции лауреата премии «Золотая маска» Сергея Скорнецкого. Треугольники, образуемые лучами света, формируют пространство сцены не хуже иных декораций.
