Русский музей в Санкт-Петербурге представил уникальное собрание дореволюционных российских денег. Корреспондент «Труда» решила сравнить старые деньги с портретами самодержцев с нынешними купюрами с видами российских городов. А заодно сопоставить заработки и цены 100-летней давности с сегодняшними.

Копейка, говорили в старину, обоз обгонит и рубль сбережет. Или вот: заработанная копейка как гвоздем прибита, а даровая утекает, как вода в песок... Порядком подзабытые мудрости невольно вспоминаешь на этой выставке, открытой в Строгановском дворце Петербурга и совпавшей с выпус-ком гособлигаций, объявленным Минфином после 20-летнего перерыва.

Да, были времена, когда именно копейка слыла главной финансовой единицей. Во многом благодаря денежной реформе 1530 года, затеянной Еленой Глинской, матерью Ивана Грозного. В обращение тогда ввели новые серебряные деньги ручной чеканки — «московки» и «новгородки», на которых, соответственно, красовались всадники с саблей или с копьем. Последние ценились вдвое дороже. Ну а на самих монетах слово «копейка» впервые появилось при Петре Великом, в 1704 году, когда чеканить их стали уже машинным способом.

И каких только не начеканили! Более 170 монет представлены в эти дни в Строгановском дворце. С портретами самодержцев и без оных, памятные и юбилейные, на восшествие, бракосочетание и в упокоение, медные, серебряные и золотые... Есть просто бесценные — например, рубль младенца-императора Иоанна Антоновича. Тот был возведен на престол осенью 1740-го в возрасте двух месяцев от роду, чтобы через год быть с трона свергнутым, но золотого рубля успел удостоиться. А вот крошечные, почти невесомые копейки времен Ивана Грозного. Петр I, любивший во всем масштаб, их презирал. Так же, впрочем, как и рубль, который в ХVII веке равнялся 64 копейкам.

А этот рубль — «сестрорецкий», чеканившийся из меди с 1770-го по 1778-й весом в один килограмм. До наших времен таких сохранилось два. Кстати, таким способом пытались спасать царскую казну от дефолта.

В конце XIX века реформа министра финансов Витте вернула рублю истинный вес и достоинство. Был введен «золотой стандарт» — бумажные деньги по номиналу государство обеспечивало эквивалентом в драгметалле. К примеру, в николаевском червонце содержалось 7,74 грамма золота. Русский рубль ценился дороже, чем французский франк и германская марка вместе взятые...

Любопытно вернуться на век назад, чтобы сравнить цены и зарплаты с нашим днем? Начнем с военных. Вот, скажем, подпоручик получал в месяц от 70 рублей, а полковник — больше 300. Если помнить, что николаевский рубль эксперты приравнивают к 1300 рублям сегодняшним, то сравнение явно не в нашу пользу. Средняя зарплата рабочего в эпоху Николая II — 37,5 рубля, высококвалифицированного — от 70 рублей. У чиновников среднего класса — 62 рубля. Дворникам платили по 20 рублей, учителям начальных школ — 25 рублей.

А цены? Бутылка обычной водки стоила 40-45 копеек. То есть месячный заработок работяги тянул на 70-80 поллитровок. Сейчас на среднюю зарплату водки можно купить почти вдвое больше. Зато с закуской сравнение не в нашу пользу. Мука пшеничная — 8 копеек за фунт, молоко — 8 копеек за литр, яблоки — 3 копейки за фунт... Дорогими считались импортные чай (от 1,6 рубля), шоколад (до 1 рубля) за тот же фунт.

Или взять аренду жилья. В Петербурге снять сегодня квартирку-студию даже в новостройках не получится дешевле 20 тысяч рублей в месяц. А век назад меблированная комнатка в питерском доходном доме обходились жильцу в 25 копеек. Транспорт? Трамвай (5 копеек без пересадки, 7 — с пересадкой), пролетка («куда угодно, барин?» — за 20-25 копеек)...

В общем, чем больше сравнений, тем неуютнее себя чувствуешь. И чего им тогда не жилось, на революции тянуло?