Кропотливые труды по восстановлению произведений из Таганрогского художественного музея, пострадавших после ракетного удара ВСУ в июле прошлого года, завершились в Русском музее. Продолжалась реставрация чуть более полугода. Учитывая количество повреждений трех графических работ, 18 живописных полотен и одной скульптуры, а также характер и тяжесть полученных ими ран, это своего рода рукотворное чудо.

Напомним: этот музей в Таганроге был открыт в конце ХIХ века. Активное участие в его создании принимал Антон Павлович Чехов. Во многом благодаря писателю его друзья — знаменитые русские художники, среди которых такие творцы, как Серов, Борисов-Мусатов, Коровин, Серебрякова, Рерих, — передавали сюда свои работы, ставшие основой коллекции. Как раз им и была посвящена открытая незадолго до рокового обстрела выставка «Золотые имена Серебряного века» («Труд» подробно рассказывал об этом в августе 2023-го).

От ракетного удара пострадало множество людей, десятерых потребовалось госпитализировать. Нанесен был урон и зданию музея: взрывной волной снесло стену одного из корпусов, где незадолго до того открылась выставка.

Центральным помещением музея является исторический особняк Хандрина постройки последней трети XIX века. Камерные залы, внутренний дворик с итальянской мраморной скульптурой сохранились практически в первоначальном виде. Однако места тут немного, и основная часть постоянной экспозиции расположилась в филиале. Под него в свое время было передано бывшее здание Государственного банка. Именно туда и упали обломки украинской ракеты, разрушив стену, кровлю и хозяйственные постройки на прилегающей территории...

Тогда значительные повреждения получили девять произведений, в том числе картина «Изумрудный шарф» Виктора Борисова-Мусатова, эскиз декорации к опере «Юдифь» Валентина Серова. Серьезный урон был нанесен скульптуре Христофора Геворкяна «Портрет мальчика»: мрамор раскололся на две части. Немногим лучше было состояние работ Зинаиды Серебряковой, Николая Рериха, Филиппа Малявина, Леонида Туржанского. Всего же пострадали 22 произведения из фондов музея.

Оперативно откликнулись на эту беду в Русском музее, командировав в помощь таганрогцам своих реставраторов. На месте оценив ситуацию, петербургские специалисты приняли решение транспортировать поврежденные произведения искусства в специальном фургоне в Северную столицу для их восстановления. Работали с ними все минувшие месяцы два десятка специалистов из профильных отделов — и вот он, результат!

Подробно о ходе и методах работы корреспонденту «Труда» рассказал Марат ДАШКИН, заведующий отделом реставрации станковой масляной живописи Русского музея.

— Повреждения у пострадавших предметов были преимущественно механические: разрывы, царапины, оборванные края, сколы. Самые тяжелые, если говорить о картинах, у «Благословения Ревекки» Анри Шопена и у «Террасы» Коровина. При размере 82×66 см у «Ревекки» горизонтальный разрыв составил 39×9,1 см. Плюс много мелких прорывов, а также утраты красочного слоя. Ко всему это еще и очень ветхий холст. После восстановления было принято решение дублировать полотно на новый холст.

— Прорыв на «Террасе» осложнил полученный этой картиной «вращательный» удар падающих от взрывной волны кусков штукатурки, закрутивших нити холста, — продолжает рассказ Дашкин. — По счастью, тот оказался плотным, крепким. Все нити наши мастера, работавшие под микроскопом, сплели. Для этого им потребовались ткацкие навыки. Добавлю, что перед началом реставрации каждый предмет из Таганрога прошел комплексные исследования. Это необходимое условие для определения тактики и методов восстановления. Ну а помимо прорывов мы устранили вытянутости холстов, восстановили прозрачность потускневшего лака, удалили старые записи, а на заключительном этапе тонировали утраты живописи.

На музейщиков родного города Чехова большое впечатление произвела мобильная реставрационная мастерская, которую питерцы привозили с собой.

— Насколько я знаю, она такая вообще единственная в России, — подчеркивает Марат Дашкин. — Тут есть набор инструментов, требующихся для оперативного решения комплексных задач как по исследованию, так и по противоаварийной реставрации. В Таганроге у нас была задача именно заделки прорывов. В минувшем январе мы, к слову, брали мобильную мастерскую в Абхазию, где случился страшный пожар...

Рассказал Марат Равильевич и о работе по восстановлению мраморной скульптуры «Портрет мальчика» Христофора Геворкяна. Она разбилась на две части: отдельно голова, отдельно нижняя часть. Пострадали уши «Мальчика». Были сколы на волосах. Как говорили «Труду» летом сотрудники Таганрога, они старались собрать отлетевшие мраморные кусочки, но попробуй их найти, когда после взрыва в залах столько было осколков и мусора:

Зато после «больничного лечения» в Петербурге в умелых руках реставраторов одна из жемчужин таганрогского музея — скульптура Геворкяна — выглядит как прежде, до варварского налета.

Поинтересовалась я у Марата Дашкина, какие научные методы использовались в работе. Оказывается, в Русском музее отработана и усовершенствована технология «лечения» разрывов мельчайших нитей. Она полностью оправдала себя в нынешней истории. Сейчас идет обучение начинающих реставраторов — участников специально организованных мастер-классов. Своевременное решение, ведь в наши времена никто не гарантирует, что все беды обойдут стороной и людей, и картины.

Вместо послесловия

В апреле отреставрированные произведения будут представлены на выставке «Спасенные шедевры. Русский музей — Таганрогу». Ее приурочат к IX Международной научно-практической конференции «Нерадовские чтения», которая пройдет в Петербурге. После этого экспонаты вернутся домой, в Таганрог.