Героев в телешоу набирают фактически с улицы. Что, может, и неплохо: народу показывают таких же простых людей, которые за небольшой гонорар изображают злых свекровей, обиженных жен и обманутых мужей в судебных шоу. Или жалуются на болячки в медицинских программах. Или хлопают в ладоши и смеются над шутками стендап-комиков.
Вот и я решила попробовать стать «мамой, которую и тут и там показывают» — стала заявляться на кастинги в телешоу. Вы же помните, как герой фильма «Москва слезам не верит» Рудольф-Родион обольщал Катерину? «Хотите попасть на телевидение? Я могу устроить». Будучи рядовым оператором, он провел ее в массовку на «Голубой огонек», да еще преподнес это как особое приглашение. Вот же коварный обманщик! Сейчас на записи шоу вовсю ходят пенсионеры, мамы в декрете и обычные москвичи в поисках денег на хлеб насущный — зрителям в зале на ТВ платят 1-2 тысячи рублей. Не голливудский гонорар, но на хлеб и вправду хватит.
Однако мне такой вариант показался скучным. Прочитав заявку кастинг-директора, я подумала, что массовку уже переросла и вполне смогу сыграть жену, в суде обвиняющую мужа в измене. Кастинг-директор пошла мне навстречу: прислала текст роли и попросила записать видео на смартфон. Текст был с нарочито «народными» оборотами. Если честно, я не слышала, чтобы люди так выражались в жизни. Но когда попыталась чуть подредактировать речь, меня тут же одернули: строго придерживайтесь текста! Я перезаписала видео, и меня, представьте, утвердили на роль. Только потребовали поддать жару, играть еще карикатурнее.
Перед съемками я все же решила посоветоваться с коллегами, уже имеющими опыт перевоплощения в телегероев. «Больше никогда!» — твердо сказали они. Почему?! Одна актриса-героиня призналась, что ее начали узнавать после выхода шоу на экраны. И подошли к ней в метро отнюдь не за автографом. «Как же ты могла такого сынка вырастить? Мать называется!» — накинулась на нее с упреками бойкая старушка. Женщина вздрогнула от неожиданности, поскольку никаких сыновей у нее нет, но потом пришлось вспомнить, что сыграла в студии мать негодяя...
Что делать, телезрители старшего поколения еще воспринимают все, что им показывают и рассказывают в «ящике», за чистую монету. Въелось в плоть и кровь. А актерам потом звонят родственники и знакомые, выражают сочувствие или гнев.
Поразмыслив, я написала режиссеру, что отказываюсь от участия по этическим мотивам. И тут вдруг выясняется, что мною заинтересовались кастинг-директоры таких шоу, где можно быть героиней под своим именем и со своей судьбой. За неделю мне назначили аж три собеседования с продюсерами. Одно шоу строится на том, что герой рассказывает о своей душевной боли мэтру психотерапии, а тот дает исцеляющие советы. Я честно рассказала про то, как пережила тяжелый развод, но в ответ услышала: вы точно не похожи на женщину, которой нужен психолог. Хоть смейся, хоть плачь...
Без особой надежды на успех встретилась с шеф-редактором программы, где героине полностью меняют образ: дарят новые наряды и красят волосы. А поначалу нужно изобразить серую мышку. Я попробовала, но тут же получила замечание: «Вы говорите как по писаному, а нам нужны сомнения. Ведь уверенная в себе женщина сама в состоянии подобрать юбку к блузке и покрасить волосы в нужный оттенок». «Не верю!» — вскричал за кулисами незримый Станиславский.
Потом я бодро рассказала продюсерам шоу, где героям вместо юриста дает советы искусственный интеллект, про свои судебные иски, но и тут мне дали от ворот поворот: ну не похожа я на даму, которой приспичило советоваться с ИИ! Не взяли меня и в медицинское шоу. «Интересный типаж, — раздумчиво произнес режиссер, — вот только на больную вы никак не смахиваете».
Спасибо, конечно, за высокую оценку моей скромной личности, жаль только, подзаработать не получилось. Для нашего ТВ я слишком здоровая, слишком умная, слишком красивая, да еще и психологически устойчивая.
