Вот цифры. Более половины россиян выступают за отставку правительства Дмитрия Медведева, следует из опроса Левада-Центра: в декабре 2018-го об этом заявили 53% респондентов против 33% в ноябре 2016-го. Основные претензии к Кабинету — неспособность справиться с ростом цен и падением доходов населения (57%). И эти цифры убедительно подкреплены фактами.
В наступившем году ассоциация производителей и поставщиков продтоваров «Руспродсоюз» предупредила об ожидаемом росте цен на хлеб — в среднем на 6-7%. Причина — подорожание пшеницы и муки. Минсельхоз зафиксировал резкий рост цен на курицу: в январе средневзвешенная оптовая цена на мясо птицы составила 117,2 тысячи рублей за тонну, что на 21,8% превышает показатели прошлого года. Причины: рост курса доллара, птичий грипп. Эксперты Аналитического центра при правительстве РФ прогнозируют: в первой половине года цены на натуральное молоко поднимутся на 15%. Причина — переход на новую маркировку на упаковке молочной продукции с обязательным указанием содержания растительных жиров. Росстат сообщил о подорожании фруктов и овощей: помидоров — на 11%, белокочанной капусты — почти на 10%, репчатого лука — почти на 5%, моркови — на 5,7%, картофеля — на 4,6%.
Почему? Премьер Дмитрий Медведев в декабрьском телеинтервью заверял, что 2018 год был вполне успешным, российская экономика пошла на повышение — в отличие от среднемировой, темпы роста которой из-за торговых войн снижаются. Но тогда почему продовольственная инфляция в Германии и Франции колеблется в пределах 1%, по всему Евросоюзу за 2018 год не превысила 1,66%, а в России переходит в галоп?
Начнем с хлеба, точнее, с муки, которая, по данным «Руспродсоюза», подорожала в сравнении с январем 2018-го: высшего сорта — на 30%, хлебопекарных сортов — на 40%, из фуражного зерна — на 50%. Власть винит падение урожая зерновых, хотя в 2018-м в России намолотили 114,7 млн тонн, а ежегодное внутреннее потребление зерна в России составляет 78-79 млн тонн, включая потери. Плюс общероссийские запасы зерна в конце прошлого сельскохозяйственного года составляли более 13 млн тонн.
«Зерна более чем достаточно, просто зерно с юга уже разошлось, — уверяет глава Российского зернового союза Аркадий Злочевский. — В Центральной России, Поволжье, в Сибири, на Урале — там всего достаточно. Поменялась география, теперь уже необходимо на юг завозить зерно из этих регионов...»
То есть у страны всего вдоволь: и зерна, и мощностей мукомольных заводов (используются на 46%), есть развитая транспортная сеть, включая государственные железные дороги. Для управления этим богатством кормим 1,5 млн чиновников (в Евросоюзе их в 1,5-2 раза меньше, хотя населения — в 3,5 раза больше). А получаем периодический дефицит и рост цен на самое необходимое.
Курятина была вторым по важности продуктом питания бедняков — прошлым летом даже в Москве она продавалась дешевле сотни рублей за 1 кг. Сегодня дешевле 120 не купишь, средняя цена — 150 рублей.
«Цена растет, потому что производители жадные!» — утверждает бывший главный санитарный врач РФ, а ныне первый зампредседателя комитета Госдумы по образованию и науке Геннадий Онищенко. И напоминает: за последнее десятилетие производство курятины в России выросло с 700 тысяч тонн до 5 млн. Это весомый результат перехода к индустриальному методу выращивания цыплят-бройлеров на огромных куриных фермах.
Но такая технология требует высокой культуры производства — иначе, по словам Онищенко, «фермы могут заполыхать в любой момент, и не только от птичьего гриппа». А культура требует денег. Как считает Сергей Михайлов, гендиректор группы «Черкизово», одного из крупнейших российских производителей мясных продуктов, стоимость в прошлом году была «неадекватна рынку» (читай: «чересчур низкая»). Но вот вопрос: для кого низкая?
Не забудем: 2018-й был уже пятым годом подряд снижения реальных денежных доходов россиян. В том самом телеинтервью Дмитрия Медведева прозвучала фраза, что тренд на падение доходов — «самое страшное, социально опасное, социально раскачивающее обстоятельство». И в нынешнем году социальный вице-премьер Татьяна Голикова прогнозирует рост уровня зарплат не выше 1,4% — на практике это равно статистической погрешности. А цены на основные продукты питания уже сегодня выросли, и очень значительно.
Есть и выигравшие от такой гонки. Причем не только отечественные миллиардеры (74, по подсчетам швейцарского банка Credit Suisse), и даже не 201 тысяча мультимиллионеров, попавших в 1% самых богатых людей мира (чье личное богатство превышает 50 млн долларов). Вот более интересная цифра: в минувшем году в Москве было продано 280 квартир и апартаментов в элитном сегменте столичного жилья и 810 — в премиум-классе. По сравнению с 2017-м продажи увеличились более чем на треть. Покупатели потратили на дорогую недвижимость около 77 млрд рублей. И это не только чиновничьи взятки и нефтегазовые дивиденды. Немало денег в этих миллиардах сложились из, казалось бы, весьма скромных прибавок к розничным ценам на самые доступные продукты питания: картошку и помидоры, куриные крылышки и недозрелую хурму, псевдомолочные продукты на основе пальмового масла...
Власть считает такие подорожания нормальными — мол, «в среднем не выше годовой инфляции». Но, во-первых, выше! Во-вторых, почему этот ползучий рост неотвратим лишь в России, но практически отсутствует в Европе, США и других, более цивилизованных странах, чем наша? Не думайте, что где-то там, у них, другие торговцы — беспричинно совестливые и щедрые. Главная разница в порядках, при которых они живут и трудятся: либо это дикий базар — либо цивилизованный рынок. А при цивилизованном рынке власть не грабит, а уважает бизнес и умеет с ним договариваться: бизнес годами держит цены стабильными, а власть всячески помогает ему и компенсирует убытки в случае непредвиденных потерь.
«Задача государства — обеспечить диалог бизнеса и работников, — говорится в документах ЕС, посвященных социальной политике. — Это способствует добровольному регулированию роста цен, установлению реальных границ этого роста и зарплатных ожиданий. Работает такая политика и на уровне отдельных предприятий, и на государственном или отраслевом...»
Это не пустые слова. К примеру, в Германии в прошлом году урожайность зерновых упала из-за засухи на 22% — и федеральное правительство возместило фермерам убытки. В США Конгресс регулярно определяет справедливый уровень контрольных цен на зерновые, молоко, масло, сыр. Если рыночные цены отпускаются ниже этого уровня, фермер может сдать урожай государству по контрольным ценам. Критично подешевевшие молочные продукты тоже скупает государство и использует их на бесплатные завтраки для школьников, помощь беднякам и слаборазвитым странам. Зато в России власть бестрепетно сваливает все свои управленческие огрехи и провалы на «невидимую руку рынка». Сегодня, в частности, она прогнозирует, что чисто бумажная процедура — перемены в этикетках на молочной продукции — приведет к подорожанию натурального продукта на 10-15%! И это вместо удешевления фальсифицированного молока, на чем могут настоять контрольные органы. А ведь, по данным Россельхознадзора, доля фальсификата среди «молочки» на российском рынке — не менее 20%. Но ФАС отнекивается: мол, мы контролируем ценообразование только у компаний с доминирующим положением на рынке...
P.S. Два года назад премьер-министр Дмитрий Медведев назвал замедление инфляции в России «главным достижением последних десятилетий». Вскоре выяснилось, что основной причиной этого «достижения» была стагнация доходов большинства населения. Теперь правительство и Центробанк советуют россиянам «поменьше думать о росте цен», ибо «чем больше россияне верят в то, что цены должны расти, тем больше у производителей возможностей их поднимать». Но если это действительно так, если цены поддаются гипнозу и внутренним голосам, то зачем в России существует власть?
