Труд: КАЗАНСКИЙ ПОВОРОТ

Главная Жизнь 01:01 03 Сентября 2005 128

КАЗАНСКИЙ ПОВОРОТ

Когда серьезные политические события происходят на фоне больших торжеств, как в дни празднования 1000-летия Казани, они часто оказываются незамеченными или недооцененными. На первом плане неизбежно оказываются новости яркие и потенциально поворотные, тогд

Никонов Вячеслав

Напечатать

На самом же деле, как мне показалось, саммит был проходным. Он зафиксировал статус-кво на постсоветском пространстве и статус СНГ как структуры разных скоростей, состоящей из нескольких клубов по интересам. Задолго до Казани стало очевидно, что наиболее продвинутый интеграционный проект - Единое экономическое пространство (ЕЭП) - придется реализовать в формате трех государств (Россия, Казахстан, Белоруссия) без Украины Виктора Ющенко, который выбрал для себя противоположный вектор. Задолго до Казани было ясно, что Туркмения отдрейфует от СНГ в самоизоляцию. И задолго до Казани определилось ядро Содружества, которое включает в себя, кроме тройки ЕЭП, Армению, Таджикистан, Узбекистан и Киргизию. СНГ на саммите не укрепилось, но и не ослабло. А если и было что-то новое, то оно заключалось в доброжелательном двустороннем диалоге впервые за многие годы между азербайджанским президентом Ильхамом Алиевым и армянским - Робертом Кочаряном.
Более важные, на мой взгляд, события происходили на заседании Государственного совета, который в дни торжеств тоже отмечал юбилей, хотя и более скромный, - пятилетие. Я уже писал в "Труде", что предыдущий Госсовет, проходивший в Калининграде, обозначил начало тихой федеративной революции, которая связана с передачей большего объема полномочий от центра регионам. Так вот, в Казани этот маневр Владимира Путина получил очевидное закрепление, превращая его в тенденцию. А новым оказалась линия на усиление роли самого Госсовета, который многие аналитики в момент его создания поспешили окрестить чем-то вроде пятого колеса в системе российской власти.
Во-первых, отдав должное Госсовету как важному государственно-политическому институту и своего рода "расширенному правительству" и опровергнув предыдущие оценки скептиков по поводу его значимости, президент заявил совершенно определенно: "Сейчас, когда у всех нас есть уверенность в силе и прочности нашего государства, появилась реальная возможность повысить роль и самостоятельность регионов". Законопроект о перераспределении полномочий по вертикали правительство уже готовит для внесения в Думу. Самому же правительству предложено усилить региональную составляющую, имея в виду, что ему предстоит теперь рассматривать индикативные программы социально-экономического развития всех без исключения субъектов Федерации, как об этом договорились на калининградском Госсовете.
Во-вторых, именно на этот орган, состоящий из руководителей регионов и руководимый президентом, Путин возложил функцию стратегического планирования. В последние годы только ленивый не говорил об отсутствии у власти долгосрочной стратегии развития страны, при этом не совсем было понятно, откуда она возьмется. Теперь понятно. Естественно, и президент это осознает, для выполнения такой функции требуется качественно иное информационно-аналитическое обеспечение деятельности Госсовета. Вообще-то сейчас почти при любом ведомстве - от Счетной палаты до Генпрокуратуры - созданы свои отраслевые научно-исследовательские институты. Почему бы действительно не иметь экспертные структуры при Госсовете, не замкнуть на него аналитические возможности Российской академии наук, региональных исследовательских центров, структур гражданского общества, формирующейся Общественной палаты? Глядишь, и стратегия появится.
Наконец, Путин предложил создать систему мониторинга и контроля за реализацией совместных решений президента и губернаторов. Это значит, что Госсовет, орган внеконституционный, становится, по сути, нормотворческим. Что в правовом плане оправдано, поскольку за решениями Госсовета стоит воля вполне конституционного главы государства.
От политики централизации власти, которую так активно критиковали многие либералы, но без которой трудно было восстановить управляемость страной после революционного десятилетия, Кремль разворачивает вектор развития федеративных отношений в сторону децентрализации. И это стоит приветствовать. Россия сейчас уже точно не развалится, а в современном мире куда более конкурентоспособны гибкие, сетевые государственные системы, в которых уровни власти, наиболее приближенные к людям, имеют возможность проявлять самостоятельность и располагают необходимыми для решения насущных проблем значимыми ресурсами. Все более модным и популярным в управленческом искусстве становится принцип субсидиарности: вопросы должны решаться на том уровне, на котором это можно сделать с наивысшей эффективностью.
А государственная мудрость сосредоточена в умах не только небольшой группы лиц из столиц, но и по всей стране.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 9177

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....