Выражение "так называемых" употреблено здесь не в уничижительном смысле, а в предположении, что у каждой песни, конечно же, были авторы и слов, и музыки, напева, но в силу различных обстоятельств (и невероятной популярности) песенные жемчужины оказывались безымянными. Оттого испытываешь радостное потрясение, когда вдруг выясняется, что такой русский шлягер на все времена, как "Ой, мороз, мороз...", почти пятьдесят лет назад вырвался из сердца простой деревенской девушки, ставшей впоследствии солисткой Воронежского хора, Марии Морозовой, здравствующей и поныне.
Маша всерьез запела уже лет в четырнадцать. Для того чтобы попасть в колхозный хор, разучила песню, прославляющую хлеборобский труд: "Нива моя, нива..." Так началась ее творческая жизнь. Маша выступала на районных и областных конкурсах, занимая первые места. На одном из концертов в Воронеже к ней подошел светловолосый, синеглазый человек. Представился: Константин Массалитинов. Он был работником областного Дома народного творчества и начинающим композитором. Всех своеобразных исполнителей заносил в свой "каталог", дабы было кого приглашать в профессиональный хор, о создании которого он пламенно мечтал. В 1943 году, когда еще гремели жестокие бои, Маша получила от него телеграмму: "Срочно выезжай. Будешь петь".
...И где только хор не выступал! И в Сибири, и в Поволжье, и на Дальнем Востоке, и в Москве, на юбилее Сталина, где Мария Морозова свободно запевала довольно сложную в вокальном отношении песню: "Трудовая колхозная". Когда она допела до конца, Сталин, не вынимая изо рта трубки, зааплодировал первым... После чего и на хор, и на солистку обрушился настоящий шквал аплодисментов.
И снова - вагон и дальняя дорога, и задушевные разговоры с лучшей подругой - Машей Мордасовой. Обращались друг к дружке чаще всего по фамилии: "Ой, Мордасова, ты знаешь, от кого я письмо получила?" А письмо пришло из Киева от знакомого голосистого паренька, мастерски игравшего почти на всех музыкальных народных инструментах, Саши Уварова. Он не мыслит своего существования без нее... Мария Павловна прекрасно помнит ту холодную зимнюю ночь 1954 года, когда она, желая преподнести "другу милому Саше" сюрприз, до рассвета сочиняла "песню для двоих". И все время перед мысленным взором стояла одна и та же картина: по зимнему лесу мчится конь с седоком, спешащим к своей милой через дебри, через жгучий мороз.
Она и сама не ожидала, что исполненная ею и Александром песня сразу же станет, говоря современным языком, хитом. "Ой, мороз, мороз..." включили в гастрольный репертуар хора. В 1956 году по пути в Удмуртию сделали остановку в Москве, где записали песню на пластинку, выпущенную Апрелевским заводом массовым тиражом. О том, кто автор мелодии и стихов, у них даже и не спросили. Звукорежиссеры были уверены, что песня - народная. Буквально через две недели она прозвучала по Всесоюзному радио, с первого захода обрела крылья, стала популярной "от Москвы до самых до окраин". Через несколько лет, будучи в столице, две подруги - Морозова и Мордасова - посетили Министерство культуры, где всеми узнаваемая "лучшая частушечница страны" напрямки спросила у одного, отвечающего за грамзаписи, чиновника: почему песню, сочиненную Машей Морозовой, издают с пометкой "народная"? Нельзя сказать, что ответ их обидел, он просто отбил всякое желание бороться за Машино авторство: "Тебе-то что, Мордасова? Не хватало нам еще и суда..."
Забегая вперед, скажем: где-то в середине семидесятых стали появляться интервью известных музыкантов, артистов, уверявших, что именно они то ли на Алтае, то ли на Урале записали и аранжировали "Ой, мороз, мороз..." Невдомек было тем уважаемым деятелям от искусства, что песня в исполнении Уваровых пошла гулять по свету в 1956 году, о чем свидетельствует бережно хранимая Марией Павловной старая, но не потерявшая своего глянца пластинка Апрелевского завода...
После 20 лет работы в Воронежском государственном народном хоре дуэт Уваровых - на то были веские причины - переехал в Липецк, где опытных, даровитых артистов встретили буквально с распростертыми объятиями: им предоставили возможность создать танцевально-песенный ансамбль. Коллектив назвали "Россиянкой". Нынче "россияночки" пользуются большим успехом в России. Кстати, выступают самодеятельные артисты чаще всего в сопровождении оркестра, состоящего из дудок, жалеек, гуслей, больших, средних и очень маленьких гармошек, изготовленных талантливыми руками Александра Михайловича Уварова.
А годы летят. Совсем недавно Уварова разменяла девятый десяток: идут открытки, телеграммы от старых друзей, от воспитанников. Сейчас Мария Павловна закончила работу над книгой: "Как это было. История создания песни "Ой мороз, мороз...". Написала она ее не ради восстановления своих авторских прав, а только затем, чтобы задать всей России вопрос: за что так обижают русскую песню в последние годы, чем и перед кем провинилась она, коль ее упорно пытаются задвинуть на задворки отечественной культуры?
P.S.
Когда верстался этот номер, из Липецка пришло скорбное сообщение: трагически погиб Александр Уваров. Погиб он "на боевом посту": изготавливал на кухне новые инструменты для ансамбля. Неожиданно воспламенился лак, которым артист собирался покрывать дудки и жалейки. Он отравился ядовитым дымом. В марте благодарные липчане наметили официально отпраздновать все юбилеи разом: 80-летие Марии Павловны, 80-летие Александра Михайловича, 50-летие их супружеской и совместной творческой жизни и 35-летие ансамбля "Россиянка"... Жизнь, увы, внесла свои жестокие коррективы.
12:44
Энергия жизни
