Сегодня, 11 октября, представителю знаменитой цирковой фамилии Юрию Дурову исполняется 65 лет. А манежу он предан с шестилетнего возраста! Рассказывая о нем, не раз придется прибегать к словам «единственный» и «впервые». Так, Дуров стал первым в отечественном цирке дрессировщиком, подготовившим номер с жирафом. А его аттракционы с морскими львами или с гепардами без поводков и ограждения никто в мире до сих пор не повторил. Да ведь и сам театр «Уголок дедушки Дурова», который Юрий Юрьевич возглавил в 2008 году, не имеет на свете аналогов.
— Юрий Юрьевич, какой самый замечательный подарок вы получали на свой день рождения?
— На этот вопрос трудно ответить, чтобы никого не обидеть. Лучше расскажу вам такую историю. На один из моих дней рождения я взял с собой в банкетный зал собаку Тэза, цвергшнауцера. Тэз сидел спокойно у ног, но, видимо, заскучал, а тут кто-то из гостей вышел подышать свежим воздухом и не закрыл за собой дверь — и Тэзик в нее шмыгнул. Пропажу мы заметили быстро и, разбившись на группы, пошли искать пса. И тут везение: вижу двух человек, гуляющих в сквере, а при них пара собак, одна на поводке. Подхожу поближе — так и есть: на поводке — мой Тэзик! Оказалось, люди увидели одинокую, но явно домашнюю собаку. Надели на нее ошейник и стали ждать хозяина — мудрое решение! Ясно же, что хозяин где-то ищет такого замечательного пса... Даже думать не хочу, что бы было, если б мы его не нашли. Вот такой подарок я запомнил на всю жизнь.
— Больше 10 лет вы возглавляете Театр зверей. Объясните, чем театр отличается от цирка.
— В цирке каждый дрессировщик выступает с номером, где демонстрирует все, чему научил своего питомца. А мы ставим спектакли, где дрессировщики и звери исполняют определенные роли. Дети с увлечением следят за развитием сюжета, полного трюков. За плечами уже более 20 таких постановок, некоторые шли по семь-восемь лет, но не все сохранились в репертуаре. Ведь количество артистов-животных у нас ограниченно, мы относимся к ним бережно, стараемся не перегружать.
— Много шума наделала история с тремя слонятами, чудесным образом недавно попавшими к вам в театр.
— В слонятах мы давно нуждались. До их появления у нас была лишь слониха Сюзи, с которой я работаю более 45 лет. Это солидный возраст, и хотя Сюзи вполне справляется со всеми своими ролями, новых трюков с ней уже не сделаешь. Поиски пополнения длились много лет: страны, где обычно живут слоны, как правило, не продают их за границу, а многочисленные в прошлом европейские зообазы, специализировавшиеся на этих животных, постепенно исчезли. Мы писали в посольства различных стран, но безрезультатно. И вот в прошлом году меня позвали в Кремль, чтобы вручить орден. И там один важный человек поинтересовался, с какими проблемами сталкивается театр. Я рассказал про слонов. И, представьте, вскоре Минкультуры и МИД занялись нашим вопросом. Ответ пришел из Мьянмы (бывшей Бирмы). Как раз отмечалось 70-летие наших дипотношений, и коллеги из этой страны проявили неслыханную щедрость: мы просили разрешения купить у них пару слонят, а они подарили нам целых трех! Это было настоящее новогоднее чудо, поскольку случилось оно в конце декабря.
— Деликатная тема: и цирки, где работают животные, и ваш театр все чаще подвергаются нападкам защитников зверей, считающих дрессировку антигуманным делом...
— По большей части эти люди просто не знают, о чем говорят. Похоже, за кулисами они никогда не бывали. Конечно, не поручусь за всех до единого, кто называет себя дрессировщиком, — в семье не без урода... Но лично мне никогда не приходилось сталкиваться с профессионалами, которые дурно относятся к своим подопечным. Мы сами можем недоедать, но животных всегда накормим. Во-первых, они нам как родные, а во-вторых, мы заинтересованы в том, чтобы звери были работоспособны.
Поверьте, кампания по запрету сценических аттракционов с животными — истерия, не стоящая выеденного яйца. Судьба бездомных собак и кошек, издевательство над животными в частных питомниках — на это зоозащитники почему-то почти не обращают внимания. А цирк их, видите ли, раздражает. Тут уши торчат, это лоббирование частных интересов. Цирки, в которых животные не выступают (это ведь хлопотно и дорого), ведут борьбу за зрителя и применяют в ней нечестные приемы. Но в русском цирке, уверен, номера с животными будут всегда. Если провести опрос, думаю, подавляющая часть зрителей вам скажут, что идут в цирк посмотреть номера с животными и посмеяться с клоунами.
— Слышал, что где-то на Западе реальных цирковых зверей заменили голограммой. Это путь или имитация?
— А сами вы как думаете? Отличился германский цирк Ронкалли. Согласитесь, это просто смешно. Все равно что позвать людей в театр — и показать им кино.
— Но есть ведь и более успешные примеры цирков, обходящихся без зверей, например, Cirque du Soleil.
— Да, но обратите внимание: на одном месте они работают месяц-два — и все. А поставьте их в те же условия, в каких работают, скажем, Цирк на проспекте Вернадского или наш театр, — и через несколько месяцев у них уже упадут сборы. Потому что их программа — зрелище, как говорится, на любителя. Ничего не имею против, это бывает и красиво, и качественно, но для меня это все-таки не совсем цирк, а нечто другое.
— Известно, что на дрессировщиков нигде не учат — откуда же в профессию приходит смена?
— В цирке огромную роль играют династии, передача умений по наследству. Например, сейчас успешно выступает со своим аттракционом Анатолий Сокол. Я хорошо знал его дедушку и папу. У них тоже были отличные аттракционы, но Анатолий по сравнению с ними продвинулся далеко вперед, его программа интереснее. А недавно довелось посмотреть в записи некоторые выступления с фестиваля молодых артистов в Цирке Юрия Никулина. И там подростки легко делают трюки, какие во времена моей юности считались высшим достижением для взрослых, состоявшихся артистов. Что касается нашего театра, то мы у себя подготовили пять стажеров. Все они начинали с работы по уходу за животными, прошли выучку у наставников — театральных дрессировщиков. Вижу, что будущее нашей профессии в надежных руках.
— Расскажите о строительстве Новой сцены театра, которое возобновилось после долгого перерыва.
— Строительства добивалась еще моя старшая сестра Наталья Юрьевна Дурова, возглавлявшая театр до своей кончины. И только теперь — спасибо мэрии Москвы! — работа сдвинулась с мертвой точки, здание растет буквально на глазах. Боюсь загадывать, но очень надеюсь: в будущем году мы эту сцену откроем. А вместе с ней в нашу жизнь придут и новые постановки, и новые звери, и новый зритель. Ждем!
