Из Ярославского академического губернаторского симфонического оркестра уволен его лидер Мурад Аннамамедов. Что делать, дирижеры меняются, оркестры остаются, скажете вы? Ну а если это дирижер, который за 30 лет работы поднял коллектив из состояния провинциальных надежд до статуса одного из лучших симфонических ансамблей России, в репертуаре которого вся мировая классика, если именно с этим оркестром делали свои самые смелые проекты ведущие современные российские композиторы, в том числе легендарный Эдуард Артемьев? Если именно в совместных трудах оркестра и его главы коллектив получил высокие звания академического и (первым в России) губернаторского?
Правда, губернаторским он стал при «немножко другом» губернаторе — Анатолии Лисицыне. Анатолий Иванович тогда, в 1994 году, видимо, хорошо изучил дирижерскую конъюнктуру в стране, раз так удачно пригласил совсем молодого в ту пору Аннамамедова встать у руля оркестра филармонии. Мурад уже в те годы зарекомендовал себя как один из самых ярких представителей нового дирижерского поколения.
По крови он туркмен, по рождению москвич. Говорят, с его мамы, первой профессиональной туркменской пианистки Гозель Аннамамедовой, скульптор Зинаида Баженова лепила фигуру «Туркмения» для знаменитого фонтана «Дружба народов» на ВДНХ... Продолжением этой атмосферы музыки и красоты стала Московская консерватория, которую Мурад окончил по классу великого Геннадия Рождественского.
Мы познакомились еще в «доярославское» время, в 1993-м, на фестивале 120-летия Рахманинова в Рязани, куда Мурад приехал во главе великолепного Саратовского симфонического оркестра. Не всякий столичный город мог бы позволить себе праздник такой насыщенности: примерно за две недели саратовцы сыграли все симфонические произведения Сергея Васильевича, включая полный цикл фортепианных концертов с одним из лучших российских пианистов Владимиром Селивохиным. Но дело не в одной лишь полноте репертуара — все это было исполнено с молодым задором и огнем, в состоянии бури и натиска, которые искрили не только в глазах и жестах дирижера — во всей горячей, самозабвенной подаче этой изумительной музыки.
И вот такого оркестрового вожака удалось заполучить ярославцам буквально через год. Это было огромной удачей для него и для них. Концертные программы оркестра стали гордостью филармонии. В них — вся главная мировая классика: симфонии Бетховена, Чайковского, Дворжака, Сибелиуса, Шостаковича... Но не только: на протяжении двадцати лет премьеры своих оркестровых партитур в Ярославль отдавал один из ярчайших современных композиторов Эдуард Артемьев. Здесь открыли публике как симфониста и другого знаменитого мастера — Мурада Кажлаева: широко известны его джазовые композиции и киномузыка, однако именно ярославцы удивили слушателя великолепной симфонической сюитой «Имам Шамиль», причем не только в своем городе, но и на гастролях в Махачкале, на других площадках России, включая столичные.
Из недавних проектов оркестра — открытие творчества русского композитора и пианистки Леокадии Кашперовой, ученицы Антона Рубинштейна и, в свою очередь, учительницы Игоря Стравинского, своим строго классическим вкусом (боготворила Моцарта и Бетховена, недолюбливала Шопена и Вагнера), по признанию самого Игоря Федоровича, подтолкнувшей его в сторону неоклассицизма. Парадокс, но партитуры самой Леокадии Александровны, тихо скончавшейся в Москве в 1940 году, лежали мертвым грузом, пока их не отыскал британский музыковед Грэм Гриффитс и не предложил ярославцам, которые с гордостью и тщанием устроили премьеры своей землячки (Кашперова — уроженка города Любима Ярославской губернии).
Так из-за чего же уволили Мурада Аннамамедова? Народного артиста России, приведшего оркестр к званиям губернаторского и академического; почетного гражданина Ярославской области, обладателя наград ПатриархаI, Союза композиторов России, губернаторской медали «За труды во благо земли ярославской», неоднократного лауреата областной Собиновской премии. А еще — учредителя и мецената премии имени Геннадия Рождественского для молодых музыкантов.
За творческую пассивность? Помилуй бог, оркестр на подъеме, дирижеру 69 — это возраст расцвета в его профессии. Все, похоже, прозаичнее. В ноябре прошлого года его вызвали в департамент культуры: спасибо за работу, вот отступные, подпишите бумагу о добровольном сложении полномочий... Музыкант ответил «нет». Следующий вызов, в январе, был уже к губернатору Михаилу Евраеву. Михаил Яковлевич, по словам Аннамамедова, великодушно предложил должность... худрука Волковского драматического театра. «Мне, дирижеру?» — возмутился музыкант... После некоторого затишья, в июне, грянул приказ об увольнении с поста главного дирижера. А через два месяца «решили» и вопрос с позицией художественного руководителя — просто упразднив саму эту должность.
По неофициальной информации, все затеяно для того, чтобы «пристроить одного безработного дирижера с хорошими покровителями». Впрочем, имя столь перспективного лидера, ради которого выставили на улицу одного из лучших дирижеров России, до сих пор не обнародовано. Можно лишь строить догадки — например, о степени влиятельности этих самых покровителей: за Аннамамедова вступились старейший российский музыковед Всеволод Задерацкий, генеральный директор Российского музея музыки Михаил Брызгалов, ректор ГИТИСа Григорий Заславский. Письмо в Администрацию президента написали Валерий Гергиев, Андрей Кончаловский, Николай Бурляев... И — тишина.
Вряд ли история ярославского оркестра на этом закончится. Но удар по коллективу нанесен серьезный. Пока на сайте филармонии в разделе симфонической музыки — единственная программа киношлягеров под управлением второго дирижера Анатолия Оселкова. Мило, но не этим был силен оркестр при Аннамамедове... Главная беда, на мой взгляд — в том, насколько презирают нас, людей культуры (включая вышеупомянутых авторитетных деятелей), а стало быть ее саму иные весьма влиятельные представители власти. И насколько им безразлично, куда «запихнуть» талантливого человека. Хорошо еще — театр предложили, а не, допустим, свиноферму. Антрекот ведь тоже может быть произведением искусства. Пусть кулинарного...
