В ходе исследования, проведенного Национальной ассоциацией участников электронной торговли и движения "Против коррупции" при поддержке комиссии Госдумы по противодействию коррупции, Федеральной антимонопольной службы и Счетной палаты, была проанализирована деятельность 50 регионов, 50 муниципальных закупщиков и 60 компаний в ключевых секторах экономики, включая естественные монополии. Выяснилось, что в стране имеются лишь три региона с "гарантированной прозрачностью закупок" - Москва, Санкт-Петербург и Татарстан. Среди корпоративных закупщиков высокой степенью конкурентности при размещении заказов смогли похвастаться лишь две крупные компании. Все остальные закупщики, как государственные и муниципальные, так и корпоративные, получили низкую оценку "прозрачности". Надо ли удивляться, что, например, в служебном кабинете и в квартире мэра Томска, задержанного на днях при получении взятки в 3 миллиона рублей, следователи попутно нашли при обыске более 40 миллионов в валюте и российских рублях. Срочно пришлось искать счетную машинку, чтобы не ошибиться.
Кстати, согласно данным исследования госзакупок Томск не числится самым "непрозрачным" городом страны. Хуже по этому показателю среди муниципальных чиновников Счетная палата и ФАС признали госслужащих Астрахани, Барнаула, Владивостока, Волгограда, Воронежа, Екатеринбурга, Ижевска, Иркутска, Кургана, Магнитогорска, Нижнего Новгорода, Нижнего Тагила, Новокузнецка, Новосибирска, Оренбурга, Перми, Ростова-на-Дону, Рязани, Сочи, Ставрополя, Твери, Томска, Тулы, Тюмени, Улан-Удэ, Ульяновска, Уфы, Чебоксар и Ярославля.
Впрочем, возможно, в их кабинетах все чисто. Ведь сказал же первый заместитель министра внутренних дел Александр Чекалин, что "взятка в конверте стала анахронизмом, а оплата услуг крупному чиновнику осуществляется все чаще в безналичной форме, на иностранные счета".
Кстати, по словам Юрия Чайки, сегодня прокуратура успела проверить на предмет коррупции 11 министерств и ведомств. Результаты ошеломляют: за руку уже поймали 35 тысяч чиновников. Так что, похоже, нынешние аресты руководителей некоторых структур, подотчетных министру Михаилу Зурабову, - лишь начало большой чистки. По словам Генпрокурора, за получение взятки и злоупотребление служебным положением уже осуждены зам. руководителя департамента финансового контроля Минпромэнерго России А. Миськов, глава Росфиннадзора по Курганской области А. Бердинский, ряд служащих Федеральной налоговой службы по Калуге, высокопоставленные госчиновники Росимущества и других ведомств в Краснодарском крае, Свердловской, Тамбовской областях...
Но этот многоглавый дракон пока лишь отфыркивается, на месте каждой срубленной головы нередко вырастают две новых. Коррупция, как заявляет Юрий Чайка, "проникла во все структуры и звенья госаппарата, приобрела системный характер, и борьба с ней возможна только при содействии всего общества".
Но есть ли в нашей стране гражданское общество и готово ли оно к этой борьбе?
Александр ПРОЦЕНКО
КАК ЭТО ДЕЛАЕТСЯ В РОССИИ
Напомним, что в 2006 году вступил в силу закон о порядке госзакупок, который должен подорвать питательную почву для коррупции при размещении госзаказа. Он предписывает проводить закупки только на основе открытых, прозрачных конкурсов и запрещает лоббирование при отборе поставщиков.
Тем не менее, как признают в ФАС, на которую отныне возложен контроль за госзакупками, количество жалоб на непрозрачность размещения госзаказа постоянно возрастает. Фактически ведомства не заинтересованы в экономии бюджетных средств. Как показывает практика, коррупционеры под видом конкурсов и аукционов пытаются сохранить прежнюю систему административного распределения и откатов. Впервые составленный рейтинг прозрачности госзакупок свидетельствует о том, что ни одно федеральное ведомство не может претендовать на высший рейтинг, не говоря о подавляющем большинстве региональных и муниципальных структур исполнительной власти.
О том, как проворачиваются аферы, рассказал корреспонденту "Труда" один из инициаторов проекта "Национальный рейтинг прозрачности закупок", глава антикоррупционной комиссии Госдумы Михаил ГРИШАНКОВ:
- Объемы хищения в сфере госзакупок поражают. Государство - крупнейший заказчик. Зная о предстоящих конкурсах, чиновники, естественно, располагают информацией, куда и какие ресурсы будут направлены. Механизмов откатов множество.
Первый: В каком-нибудь мелком издании помещается объявление о конкурсе, и весь тираж прямо в типографии скупается. Понятно, что о конкурсе будет знать и, следовательно, победит приближенная к чиновнику фирма, которая и оплатит затем его услуги.
Второй: Только приближенной фирме, претендующей на выполнение госзаказа, известны условия конкурса, а остальные почему-то оказываются не в курсе. В итоге они не в состоянии выполнить все требования, поэтому выбывают из игры.
Третий: На участие в конкурсе подают заявки аффилированные между собой компании. Затем снимаются все - кроме той, ради которой затевался весь спектакль.
Четвертый: Участники конкурса заявляют свои цены на закупаемые для государственных нужд товары не открыто, а в конвертах. У "карманной" фирмы условия оказываются самыми выгодными. Но по ходу исполнения заказа она выставляет дополнительные требования и накручивает цену до небес.
Нам остается добавить, что часто чиновники даже не утруждают себя маскировкой в виде конкурсов и аукционов. По данным экспертов ФАС, доля закупок у единственного агента среди федеральных, региональных и муниципальных органов власти составила соответственно 21,5, 10 и 20 процентов. В итоге в среднем цены госзакупок растут и каждый пятый-шестой бюджетный рубль перекочевывает в карманы чиновников и подконтрольных им компаний. А мы с вами потом расплачиваемся из своего кармана за подорожавшие товары и услуги.
К концу года общие потери рынка от закупок по завышенным ценам составят величину порядка 650 млрд. рублей. При этом потери государственных закупщиков составят около 300 млрд. рублей.
(из "Рейтинга прозрачности-2006")
ВОПРОС РЕБРОМ
КАК ПОКОНЧИТЬ С КОРРУПЦИЕЙ?
Вот как оценивает злоупотребления при госзакупках наш постоянный эксперт, директор Института проблем глобализации Михаил ДЕЛЯГИН, который в свое время работал в аппарате федеральных органов власти.
- Как считаете, Михаил Геннадьевич, отражает ли цифра 300 миллиардов реальные масштабы откатов?
- Я думаю, потери бюджета значительно больше. Коррупционные сделки имеют высокую латентность, то есть скрытность. Из бюджета оплачиваются не только закупки товаров, но и, например, разного рода исследования. Очень часто невозможно даже их необходимость оценить, не говоря уже об эффективности. По этой графе оплачиваются разные услуги, которые якобы оказывают "свои" компании.
- Наверное, у чиновников есть и другие способы залезть в государственный карман.
- Сладких кусков много. Взять капитальное строительство - в советские времена при проектировании закладывали расход стройматериалов на 30 процентов больше потребности, а сейчас потери куда выше. Или вот, скажем, Минфин принимает решение выделить деньги, а потом выдает, только вдумайтесь, разрешение на их использование. А еще очень распространенная схема: отремонтировать здание за государственный счет, а потом помочь с его приватизацией нужным людям...
- Есть ли шанс с казнокрадством покончить?
- Коррупцию победить нельзя, но значительно ослабить вполне реально. Надо так сделать, чтобы решения чиновников не оставляли возможности для коррупционных схем. Плюс гласность, жесткое судебное преследование, контроль за расходами чиновников и их родственников. В США как раз отслеживают расходы, и уличенный в жизни не по средствам моментально вылетает из кресла. Если у нас пройтись по ближнему Подмосковью, то многое станет ясно даже без экспертных оценок.
15:58
ВИНК знает цену бензина
09:26
Друг северного человека
