Вот и Артем Никитович Михалков снял свой первый полнометражный фильм — комедию «Ставка на любовь», которая 11 февраля вышла на экраны. Чем не повод поговорить с представителем звездного киносемейства?
— Как вам дался этот режиссерский дебют? Все оказалось сложнее или проще, чем вы ожидали?
— Сказать, что было просто, точно не могу. Было очень интересно — пройти весь путь от начала до конца: подготовительный, сценарный, съемочный, монтажно-тонировочный этапы. Кому-то кажется, будто комедия — жанр попроще остальных. Ничего подобного. Эту картину мы в общей сложности вынашивали около двух лет. Если у режиссера получается то, что он задумал, хотя бы наполовину, это уже хорошо.
— Где проходили съемки?
— Снимали и в Москве, и в Америке. По сюжету главный герой в финале истории попадает в американское казино. Для меня было важно работать с оператором Маратом Адельшиным, а у того в этот момент родился ребенок и Марат вместе с семьей безотлучно находился в Америке. В силу этих обстоятельств мы с актерами Катей Шпицей, Ованесом Азояном и Сашей Ревой начали снимать с конца — в Лас-Вегасе и Лос-Анджелесе. Зато мы успели съездить в Америку до кризиса и скачка цен — сейчас бы точно не смогли себе этого позволить. Съемки шли на улицах, а еще в шикарном старом театре, где спектакли не идут с прошлого века, — мы его преобразовали в подпольное казино.
— Где легче работалось — в Москве или за океаном?
— Там свои сложности. В Лос-Анджелесе чуть-чуть не уложились в график. А в Америке с этим строго, ты не можешь задержаться на объекте даже на несколько минут сверх обозначенного времени. Сразу вызываются полицейские, пожарные, скорая помощь... Договориться по-свойски, как у нас в России, в такой ситуации просто невозможно. В итоге нам даже машину не дали забрать с территории, пришлось ехать за ней на следующий день.
И почти в каждую съемочную смену случались курьезы. Я шел по утрам на площадку и думал: «Интересно, что стрясется сегодня?» В Лас-Вегасе выбрали казино, начали уже снимать, но вдруг нам отказали без объяснения причин. Пришлось спешно в интернете искать новую площадку. Только нашли, переехали, как перед самым началом съемок пошел вдруг проливной дождь. Хотя летом он в этих краях бывает крайне редко. Но нам, как по заказу, — пожалуйста.
— А для дочки Наташи не нашлось роли? Это было бы очень по-михалковски, тем более она загорелась актерской профессией после съемок в «Солнечном ударе».
— Наташа по-прежнему думает об этой профессии и занимается на актерских курсах. Но в этом фильме у нас не было сколько-нибудь значимых детских ролей. Да и вообще, я не сторонник того, чтобы отнимать у детей время, снимая их в кино. Пусть лучше пока ходит в школу и занимается своими девчоночьими делами. А станет постарше, можно будет попробовать, если, конечно, она сама по-прежнему будет к актерству стремиться.
— А как снимать комедию в наше не очень-то смешное время?
— Так именно комедии и надо снимать! Смех, улыбка — вот что скрашивает жизнь и дает надежду. Очень надеюсь, что лирическая комедия с элементами мелодрамы поможет зрителям отвлечься от проблем и улыбнуться.
— Нет ли у вас ощущения, что наступили новые 90-е? Вновь в моде черные комедии, философская фантастика, вроде «Орлеана» Андрея Прошкина или «Тряпичного союза» Михаила Местецкого...
— И это даже хорошо. У меня как раз наготове подобный сценарий, который я хотел снимать еще в 2000-м. Но тогда все продюсеры сказали: поздно, время таких сюжетов прошло. А сейчас, кажется, это снова будет очень актуальная картина.
— Приоткройте, о чем?
— Многонациональная история, драма: пять героев попадают в сложную передрягу и пытаются в ней выжить. Очень интересно и, увы, опять злободневно. Вообще-то, как известно, вся жизнь есть чередование черной и белой полос. Как раз такой случай.
— Кстати, Артем, вы готовы к критике? Ведь Михалковых критикуют с особым удовольствием.
— Критика была, есть и будет. Тут важно, насколько мнение друзей и близких, которое для тебя важно, будет совпадать с оценкой пишущих о фильме критиков. И тон важен: можно ведь оставаться принципиальным, но интеллигентным. Я, признаюсь, болезненно воспринимаю хамство. Не понимаю тех, кто наслаждается атмосферой скандала вокруг себя. Хотя есть люди, которые так повышают собственную популярность.
— Не могу не спросить: как отец Никита Сергеевич Михалков вам помогал?
— Как и все дети в нашей семье, я вырос на съемочной площадке у отца. Это большая часть моей жизни. Творческая группа, с которой отец работает много лет, — это окружение и моего детства, и отрочества. У отца всегда было чему поучиться. Не так много режиссеров, которые создают атмосферу не только в кадре, но и за его рамками. Отец это умеет и любит делать. Сейчас, когда все так заняты в сериалах, что нет возможности перевести дыхание и подумать, у него всегда хватает времени и на репетиции, и на обсуждение.
Но, приступая к новой работе, никогда не обращаюсь к отцу за помощью. Он всегда видит уже готовый результат — и без обиняков о нем высказывается. К своим он особенно строг. Зато, когда тебе нужен совет, всегда можешь позвонить и услышать мнение, которое имеет особую цену. И не только отцовское, но и мамы, и сестер. У нас в семье все демократично. Вот это и есть помощь Михалковых.
— А какие из работ Анны, Нади, Егора вам по душе?
— Очень нравится Анина работа в фильме Дуни Смирновой «Кококо». Точное актерское попадание, да и фильм сделан с атмосферой, с настроением. Из Надиных работ мне дорога ее роль в «Утомленных солнцем». Егор меня вообще удивляет, он ведь снимает в основном жесткие боевики — «Антикиллера», «Консервы», «Побег», «Возвращение в «А». Казалось бы, человек, который учился в Лондоне, изучал историю искусств, географию на английском, должен снимать классику: Но возможно, чтобы прийти к этому, ему требуется преодолеть определенный путь.
— Можно себе представить фильм, на котором бы вы, Михалковы, все объединились?
— А мы уже объединялись в «Утомленных солнцем» — я, Аня, Надя. А еще можно было бы семейное шоу придумать, оно стало бы суперпопулярным. Или снять про нашу семью комедию. При таком-то количестве детей и внуков: Недавно отмечали 50-летие Егора Кончаловского, а такое ощущение, что все это не с нами. Мне уже 40, Наде 30... Какие-то нереальные цифры. Андрон так поздравил Егора: «Поздравляю тебя, что я дожил до твоего 50-летия!»
— Кстати, про 40 лет. Говорят, эту дату не принято шумно отмечать...
— А я и не отмечал, обошлось без застолий и подарков. Спросил отца: «Ты себя ощущаешь на 70 лет?» Он ответил, что груз возраста на него не давит, все мысли о том, что еще нужно сделать. Вот и я хочу больше снимать и сниматься, быть в движении.
— Возвращаясь к фильму «Ставка на любовь»... Вы пока не разуверились в этом чувстве?
— Нет, конечно! Я абсолютно счастливый человек — любил и люблю, у меня есть чудесная дочка, и я очень благодарен судьбе и Богу за то, что могу испытывать это чувство. Хотелось бы, чтобы в жизни люди делали ставку именно на любовь.
