700 деятелей актуального искусства вместе с «бомондом» собрались вчера в «Гараже», чтобы узнать решение международного жюри. Из девяти финалистов выбирали троих. Самых достойных, талантливых, перспективных и эпатажных. Таков уж имидж этой премии — самой весомой в денежном выражении, частной, независимой, а потому всякий раз выдающей совершенно непредсказуемый вердикт. На фоне других премий в сфере современного искусства «Кандинский» — самый «крутой» и «отвязный», как новорусский бизнесмен, несмотря на интеллигентную фамилию и известных гостей.

Так, по спецприглашению «Кандинского» в Москву приехал британский режиссер Питер Гринуэй — чтобы вручить приз победителю в главной номинации. «Кино умерло. Окончательно и бесповоротно. Зато живопись жива», — заявил он, а в качестве доказательства показал фрагмент из своей новой инсталляции «Тайная вечеря: видение Питера Гринуэя».

Но живопись — вечная царица искусства — в работах всех финалистов явила величественное отсутствие. Есть фото, чтобы запечатлеть перформанс, есть интернет и видео. Важность мультимедиа подчеркнули, наградив в номинации «Медиа-арт» с призом 7 тысяч евро москвичку Анастасию Рябову, которая собрала и выложила в Сеть информацию о массе художников.

Полина Канис получила 10 тысяч евро как «Молодой художник года». В своем видео «Яйца» юная уроженка Питера носится по крыше дома, ловя своей юбкой летящие в нее со всех сторон… куриные яйца. И только попробуйте засмеяться! Вам объяснят со всей строгостью, что речь идет о гендерных проблемах, о женской виктимности и, разумеется, мужской агрессии. Да, наукообразный дискурс — бонтон в актуальном искусстве.

Главный призер, Юрий Альберт, получая из рук Гринуэя гранитную статуэтку с ветвистыми красными рожками, пообещал часть денег отдать больным. А о своей работе «Moscow Poll» сказал, что она внезапно стала метафорической. Своим зрителям он задал несколько вопросов об искусстве (типа: «Зачислите ли вы эту работу в категорию высокого?») и предложил голосовать, для этого были бумажки и прозрачные урны. Речь Альберта звучала пессимистично — не столько о демократии, без которой не выживет и искусство, сколько о самом арт-процессе, зашедшем у нас в тупик. Вряд ли жюри голосовало единогласно, но свою лепту внесла реальная жизнь. Или история. Этот художник в нее попадет точно, как бы ни голосовал электорат.