Эксперты полагают, что закон поможет вернуть отечественным ученым былую славу, а громкие протесты РАН связаны не с наукой, а с личными интересами академиков.
Реформа Российской академии наук близится к завершению. В скором времени законопроект должен поступить на подпись президенту.
Эксперты уже подводят итоги обсуждения реформы. Одним из главных стало осознание печального состояния науки в России и необходимости кардинальных перемен.
Президент исследовательского центра «Политическая аналитика» Михаил Тульский на страницах «Комсомольской правды» пишет, что отечественная наука пребывает в стагнации уже последние двадцать лет. Обычно принято считать, что причина этого — в недостаточном финансировании.
По мнению Тульского, это не так: «Можно было бы, например, понять представителей естественных наук, которые ничего толкового за последние 20 лет не открыли — им просто не хватило средств на химикаты и реактивы для работы. Но вот безнадежную ситуацию с науками гуманитарными снижение финансирования никак не объясняет. Гуманитариям никаких безумных миллиардов не требуется, у них нет дорогостоящих установок и серий экспериментов, как в той же медицине или химии».
Напротив, гуманитариям стало гораздо проще получать информацию. Статистики могут найти самые последние сведения в интернете. Историки — получить засекреченные раньше материалы. Однако вместо обилия исследований и научных публикаций мы видим застой: «Любые историки могут попасть в любые архивы, а смотришь публикации последнего времени и видишь откровенные глупости. Понятно, почему заведомо не соответствующие истине данные штамповались при Сталине — это был госзаказ. Но сейчас-то кто мешает качественно работать?»
Главной причиной эксперт считает смещение ориентиров в академии наук, которая предпочитает руководить не исследованиями, а заниматься своими материальными активами, про которые недавно подробно рассказали журналисты «РЕН ТВ».
О какой науке может идти речь, если на исследовательских ледоколах катаются туристы, в общежитиях академии живут гастарбайтеры, а «квартирные» скандалы РАН не обсуждает только ленивый. По сути, руководство академии управляет чем угодно, только не наукой. В итоге «нижнее и среднее звено занято бездельем и имитацией деятельности, надуванием щек, угодничеством перед начальством, а то увлеченно пилит бюджет».
По мнению эксперта, именно с финансами и имуществом связаны требования, которые РАН адресует руководству страны.
Об этом пишет и заместитель директора Национального института развития современной идеологии (НИРСИ) Глеб Кузнецов, прямо называя претензии академиков феодальными. Ведь все, против чего выступает руководство РАН, сводится к трем вопросам: оклад, имущество, привилегии: «Как это связано с наукой, спросите? А никак».
Кузнецов отмечает, что нынешняя борьба академии удивительно похожа на войны, которые в Средние века вели бароны с центральной властью и обществом. Требования академиков написаны словно несколько веков назад: «Господь послал имущество и бюджет в неотчуждаемое владение господ академиков. Управление им есть их неотъемлемое божественное право. Президент академии Господом помазан руководить агентством по управлению академическим имуществом, а коли будет не так, то и открытий Господь не пошлет».
Эксперты согласны, что реформа необходима и поможет вернуть былую славу отечественной науке. И чем жестче и последовательнее государство будет ее продвигать, тем больше у науки шансов на возрождение.
Сейчас, по мнению Кузнецова, РАН представляет собой атавизм СССР, заточенный на оперирование собственностью и «хранение ученых традиций». По сути, академия стала музеем истории науки. Но наука должна двигаться вперед, а ее совмещение с «охранительством» — оксюморон. Нельзя шагать вперед, не оставляя позади прошлое.
Эксперт напоминает, что бароны говорили в свое время: «Король, ты отнимаешь наши земли, наши суды, наши привилегии, но кто будет сражаться на твоей стороне, когда придет враг?» Власть справилась с этим вопросом, нанимая солдат и созывая ополчения.
С необходимостью перемен согласен и Тульский. Он предлагает поменять все руководство академии, а затем пригласить авторитетных ученых мирового уровня и с их помощью выбрать новое руководство. «Возможно, разумным было бы вообще сформировать с нуля новую Академию наук», — пишет он.
Ведь старая академия слишком далеко отошла от науки.
