Гран-при «Золотая ладья» фестиваля «Окно в Европу» жюри под руководством продюсера Игоря Толстунова присудило молодому режиссеру Арсению Гончукову за черно-белую драму «Сын» о жизни после смерти. Смерть тяжело больной матери переломила надвое жизнь ее взрослого сына. Пограничное состояние героя, его одиночество, напряжение городских улиц, крупные планы и аскетичные диалоги напоминают ранние фильмы Александра Сокурова. В конце августа международная премьера «Сына» состоится на МКФ в Монреале.
В конкурсе «Выборгский счет», где лучший фильм определяет зрительское голосование», победила «Мама дарагая» - искрометная комедия Ярослава Чиважевского с блистательной Ксенией Раппопорт в неожиданной для нее характерной роли мамаши-наседки, которая хочет найти взрослому сыну невесту на свой вкус.
Семейные отношения, принимающие порой странные формы, а иногда и вовсе разрушенные стали сквозной темой выборгского фестиваля.
«Две женщины» Веры Глаголевой, показанные в заключительный фестивальный день, отчасти тоже об этом.
Выборгу повезло. Фильм с участием Рэйфа Файнса мог по идее рассчитывать на самые престижные фестивали, но его мировая премьера закрыла «Окно в Европу».
В этом году Выборг впервые представлял в отдельной программе фильмы, сделанные в копродукции. «Две женщины» - экранизация знаменитой пьесы Ивана Сергеевича Тургенева «Месяц в деревне» сделана совместными продюсерскими усилиями России, Англии, Франции, Латвии.
«Месяц в деревне» - это старинное, тончайшее кружево непростых отношений между героями. Прекрасная дама Наталья Петровна – Анна Астраханцева влюблена в Беляева (Никита Волков), молодого учителя своего маленького сына. Им увлечена и молоденькая Верочка (Анна Леванова), воспитанница Натальи Петровны. Сердечную смуту героини с горечью и сердечной болью наблюдает давний друг ее мужа, почти член семьи Михаил Ракитин, бесконечно влюбленный в Наталью Петровну, его и сыграл Рэйф Файнс.
Чтобы поймать «окно» в плотном графике мировой кинозвезды Вере Глаголевой пришлось ждать два года. За несколько месяцев до съемок предельно ответственно относящийся к каждой своей роли Файнс приехал в Москву, чтобы учить русский язык. Во время съемок он произносил свой текст по-русски, но преодолеть сильный акцент не получилось, пришлось переозвучить.
В результате артист на экране произносит слова голосом очень напоминающим тембр и саму фактуру звучания выдающегося британского артиста, но в совершенно не свойственной ему манере. Рэйф Файнс, как правило, говорит просто, играет сложно. В «Двух женщинах» он чуть ли не впервые выглядит манерным и однообразным.
Как, впрочем, и сам фильм. Режиссерские приемы до крайности незамысловаты. Когда у героев обостряются переживания, начинается ветер, волнуется в поле рожь, хлещет ливень.
Обильная музыка навязчиво иллюстрирует и плюсует все эмоции, без конца напоминает, что ностальгический, неведомый нам и хорошо знакомый Тургеневу быт «дворянских гнезд» давно уже в прошлом. Поэтому сельская идиллия помещичьего быта, где дамы в пышных платьях и страдающие мужчины без конца пьют чай с вареньем под сенью ветвистых деревьев, гуляют по парку и заняты исключительно сердечными хлопотами, должна вызывать только умиление.
Неожиданный драматизм в сонном течении фильма вдруг возникает в сцене, когда юная Верочка понимает, что Наталья Петровна почувствовала в ней соперницу, теперь они – две женщины в борьбе за одного мужчину.
Но несколько удачных эпизодов не делают картину событием. Крохотные эпизоды достались блестящей французской трагикомической актрисе Сильвии Тестю, но даже в них она успела сыграть незадавшуюся судьбу гувернантки, вынужденной приживалки Елизаветы Богдановны, напоминающую чеховскую Шарлоту из «Вишневого сада».
Неожиданным комедийным даром блеснул Сергей Юшкевич в роли не лишенного обаяния помещика-пройдохи Шпигельского. Вообще, всю историю можно было повернуть даже и в комедийную сторону, пьеса неоднозначная, многослойная.
Но в результате на экране отразилась лишь поверхность хрестоматийной классики. Все очень красиво. Оператор Гинтц Берзиньш умеет снимать природу и удивительные портреты. Анна Астраханцева прекрасна редкой красотой Х1Х века. Хороши платья, бриллианты, старинная усадьба и цветущая оранжерея. Старинный быт очарователен.
Нет только новизны прочтения. В лучшем случае добротная иллюстрация, не более того.
