Труд: "ФСБ СЛУШАЕТ!"

Главная Жизнь 01:01 21 Сентября 2005 152

"ФСБ СЛУШАЕТ!"

Мы в "Труде" решили попытаться разобраться в том, как работают с обращениями и жалобами граждан в федеральных министерствах и ведомствах, ознакомили читателей с письмами, поступающими в правительство России, побывали на приеме у министра образования и нау

Ивойлова Ирина

Напечатать

- Виталий Александрович, кто и зачем обращается нынче в вашу приемную?
- Приходят и звонят по телефону самые разные люди по разным поводам. Одни действительно обладают интересными сведениями, другим кажется, что они увидели или знают что-то важное, связанное с обеспечением безопасности страны. Третьи хотят получить консультацию или, допустим, сдать оружие. К нам обращаются граждане, недовольные решениями судов, действиями милиции. В деятельность судов мы не имеем права вмешиваться, а вот что касается милиции - разбираемся с достойными внимания конкретными случаями.
Допустим, звонит человек: "У меня милиция вымогает деньги!" Если вымогательство связано с бандитскими проявлениями, занимаемся этим делом (на ФСБ возложено контрразведывательное обеспечение органов МВД), если выясняется, что у гражданина гаишник вымогает сто рублей, то это, извините, не к нам. Встречаются и банальные жалобщики, склочники, скандалисты. Помню, был один такой, специально вывел из себя офицера - сотрудника приемной. Когда тот потерял терпение и перешел на повышенный тон, посетитель заявил: "Я жалобу на вас напишу, с вами будут разбираться, заодно и мое дело решат!.." В течение месяца мы выслушиваем до 1000 человек, даем необходимые советы, разъяснения. У меня очень квалифицированные подчиненные, в звании не ниже старшего офицера, проработавшие в органах госбезопасности не менее 10 лет.
- А вы как давно здесь?
- В приемной - с 1991 года, до этого три года занимался делами о реабилитации, еще раньше был на оперативной работе. Мой стаж в органах безопасности - 28 лет.
- Как часто граждане сообщают ценную информацию?
- Примерно по 7-10 сигналам в месяц начинается оперативная работа. Бывает, первичная информация о преступлении не подтверждается, но выясняются детали, которые указывают на другое правонарушение, представляющее интерес для ФСБ. Вот, к примеру, поступает сигнал: в такой-то пункт идет поставка оружия. Проверяем - это не так. Но заинтересовало другое: человек, ситуация, регион. Есть повод разобраться... В целом 15-20 процентов информации, которая к нам поступает, можно считать полезной для органов безопасности.
- Допустим, человек обладает какими-то сведениями, но не желает называть свое имя, адрес. Как быть?
- Мы ничего не требуем, следить, естественно, не станем. Хотите побеседовать лично с кем-то из наших сотрудников - пожалуйста. А можете принести анонимное письмо и опустить в ящик для почты, который стоит в приемной. Три раза в день он вскрывается, работа идет со всей корреспонденцией. То же касается телефонных звонков. Кстати, благодаря анонимным сообщениям удалось предотвратить взрывы у нескольких крупных московских магазинов, обнаружить склады с наркотиками. Нам паспортные данные посетителя не нужны, а вот профессия, к примеру, может кое о чем рассказать. Однажды пришел человек: "Я видел, как разгружали оружие!" Интересная информация. Спрашиваем: "Как вы узнали, что это оружие?" Он отвечает: "Когда люди отошли, я подошел к ящикам, открыл и заглянул". Как понимаете, это маловероятно. А вот другой пример. Поступил сигнал: "Похоже, в таком-то месте спрятана взрывчатка! Я имею отношение к взрывотехнике и разбираюсь в этом". Тут иное дело...
- Как вы поступаете в случаях, когда посетитель настаивает: "Буду говорить только с начальством!" и часто ли такие требования оправдываются?
- Настаивают - веду прием сам. Если сигнал действительно серьезный, сразу приглашаю оперативника. Как-то раз обратились две дамы с жалобой на соседа, что тот, мол, хранит на балконе наркотики. Я поинтересовался: "Откуда знаете?" У нас, говорят, балкон общий, мы перелезли через перила и отсыпали немножко - вот принесли. Проверили - действительно сильнодействующий наркотик. Бывает по-другому: пришли муж с женой. Говорят: "Хотим сообщить факты о взрыве на железной дороге". Женщина уточняет: "Я знаю, что там был замешан милиционер!" Спрашиваю: "Откуда у вас информация?" "Мне приснилось!" Муж головой кивает: "Да, да, она у меня ясновидящая, у нее вещие сны". Приходится объяснять, что сон к материалам уголовного дела не приложишь, проверять его никто не станет.
- Ясновидящие, экстрасенсы, графоманы, люди, не вполне здоровые психически, - завсегдатаи приемных и отделов писем многих организаций и учреждений. Много у вас таких?
- Маги и экстрасенсы одолевали нас в начале 90-х годов. Обивали пороги каждый день. Я даже литературу специальную стал читать, чтобы с ними общаться. Потом мне какой-то "колдун" сказал, что у меня, по их оценке, уровень мага четвертой степени. Так что надо будет - и с потусторонней силой общий язык найду. Психически больные, конечно, попадаются. Если буянят - вызываем милицию. Если тихие - беседуем и убеждаем пойти домой. Обычно такие жалуются на слежку.
- Были случаи, когда люди просили за информацию деньги?
- Не припоминаю, да у нас таких расходов и не предусмотрено. Если, конечно, о вознаграждении не объявлено заранее.
- Кстати, кто наблюдательнее - мужчины или женщины?
- Женщина замечает детали, теряя нередко общую обстановку, мужчина видит общее, упуская детали.
- Какой совет вы дали бы читателям "Труда", учитывая возросшую угрозу терроризма?
- Не поддаваться панике и стараться анализировать то, что вы видите. Одно время на нас обрушился шквал звонков: "Во дворе бесхозная машина, там может быть взрывчатка". Да, может быть, но в 99 случаях из 100 ее там нет. Так что надо выяснять: просто кажется это человеку или за информацией какой-то конкретный факт. Часто идут сообщения: "По нашему району ходят кавказцы и носят большие сумки". А что, они не имеют права передвигаться по Москве? У нас полгорода ходит с сумками. К слову, о национальностях. На приеме бывают представители разных народов. В том числе и чеченцы. Вот еще пример. Вспомните взрывы жилых домов на Каширке. Москвичи кинулись организовывать круглосуточное дежурство в подъездах. В моем доме тоже провели собрание. Я был против дежурства, объяснял, что эта мера - только для собственного успокоения. Более эффективны проверки подъездов, подвалов, чердаков, складов. А если вы просто видите, что незнакомец входит в ваш подъезд - что ж такого? Мало ли кто к кому идет. Сейчас родители и школа спорят - нужна ли начальная военная подготовка? Я считаю, нужна. Надо давать больше знаний о терроризме, показывать, как выглядят оружие, взрывчатка, объяснять, как действовать в случае ЧП, учить оказывать первую медицинскую помощь.
- Последний вопрос, Виталий Александрович. Удивило, что входная дверь в приемную ФСБ закрыта на замок. Чтобы войти, надо сначала с улицы позвонить. Не кажется ли вам, что особо нерешительных посетителей это может отпугнуть?
- Того, кто пришел с серьезным сообщением, - нет. И потом, перед визитом люди часто вначале звонят по телефону, так что мы их предупреждаем. А дверь мы закрыли после взрывов, которые несколько лет назад были возле приемной. Да и "шутники" надоели. Время от времени бросали в дверь разные свертки, а нам по каждому случаю приходилось помещение оцеплять, кинолога с собакой вызывать, технику задействовать. Все это отнимало время и силы.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 9191

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....