В новом сезоне телеканал «Россия» покажет многосерийный исторический детектив «Нюрнберг. Контригра». Исполнитель одной из главных ролей Артем Михалков приоткрыл «Труду» некоторые тайны снимающейся сейчас шпионской эпопеи.
— Что за роль вам досталась в «Нюрнберге»?
— Играю вроде бы журналиста, но в итоге окажусь разведчиком. Больше ничего не скажу, чтобы зрителям было интересно смотреть картину. Моего героя зовут Алекс Крафт. Персонаж своеобразный и запутанный, но в этой запутанности для меня важно найти правильное направление в роли. Сценарий очень четко, по-шпионски прописан. Такое безумное количество линий, что до последнего момента не понимаешь, кто есть кто и чего в следующую минуту ожидать. Многие уже сравнивают эту картину с легендарной картиной «Семнадцать мгновений весны».
— А любовная линия в этом детективе присутствует?
— Еще какая! Что это за шпионский сценарий, если в нем не будет любви? У нас образуется очень драматичная история — любовный треугольник, связавший меня с Михаилом Пореченковым и Юлией Снигирь. А вот как раз идет Юля Снигирь! Скажи, пожалуйста, с кем у тебя будут откровенные сцены в фильме? («С тобой!» — проходящая мимо Юлия Снигирь целует Михалкова и убегает). Не верьте, она обманывает, со мной откровенных сцен, к сожалению, нет — все они достались Михаилу Пореченкову. А я могу рассчитывать только на подобный трогательный невинный поцелуй, что вы сейчас и увидели. (Смеется.)
— А вы как-то будете выяснять отношения с Пореченковым, борясь за любимую женщину?
— Носы друг другу ломать не будем. И слава богу, потому что у нас разные весовые категории. Хотя у Миши желание набить мне физиономию будет присутствовать постоянно. (Смеется.) Он повыбивает все двери в моем жилище, но меня там, к счастью, не найдет, чем и будет очень разозлен. И даже напьется, терзаемый чувством ревности.
— Обратила внимание: у вас изменилась прическа...
— Да уж, и не говорите! (Смущается.) Для этой роли мне сделали наращивание волос, и ощущения, мягко говоря, не из приятных. Когда в первую ночь лег спать с этой прической, было чувство, что мне кто-то впивается в голову, какие-то микробы, которые пытаются оторвать волосы от головы. Сейчас уже стал привыкать, но существует одна серьезная проблема. Как помоешь волосы, расчесать их просто невозможно, и я их просто пальцами раздираю, вот так. (Демонстрирует.) Придется ходить с наращенными волосами до июня. Потом, надеюсь, благополучно отрастут новые.
— Успеваете готовиться к выступлениям в «Танцах со звездами»?
— С трудом, честно говоря. Ведь я никогда в жизни не танцевал. На первой же репетиции понял, что нужно заниматься каждый день, чтобы хоть что-то получалось и не стыдно было выйти на паркет. Научиться танцевать за месяц, а потом каждую неделю выдавать новый танец — дикость несусветная. Папа теперь в шутку называет меня «наш Барышников». Приглашаю его прийти на выступление меня поддержать, но он пока отнекивается.
