Труд: ПАН ИЛИ ПРОПАН

Главная Жизнь 01:01 25 Ноября 2006 0

ПАН ИЛИ ПРОПАН

Балтийский флот приступил к боевому тралению трассы будущего Северо-Европейского газопровода (СЕГ). С ходу на дне обнаружены четыре торпедных катера с боезапасом, затонувшие в годы Великой Отечественной войны. Об этом на днях сообщил главком ВМФ адмирал В

Ищенко Сергей

Напечатать

В кабинетах штаба Балтийского флота карты с границами полигонов и курсами боевых кораблей сегодня не главные. Главная та, что недавно морякам предоставил Газпром. На ней между Россией и Германией пунктир маршрута, по которому к 2010 году ляжет в морские глубины Северо-Европейский газопровод. Операцию по прокладке более чем тысячекилометровой трубы штаб флота теперь планирует как прорыв в океан авианосного соединения: первыми пойдут гидрографы, спасатели и тральщики.
Впервые о предстоящем участии военных в одном из самых амбициозных в мире энергетических проектов заявил министр обороны России Сергей Иванов во время недавнего визита в Стокгольм. Место он выбрал, скорее всего, не случайно. В августе именно премьер-министр Швеции Йоран Персон присоединил свой голос к хору тех, кто давно выступает против прокладки российской трубы по дну Балтики. До него об опасности строительства СЕГ предупреждали Варшава и все три столицы стран Балтии. Главный аргумент - а вдруг строители заденут скопища химических боеприпасов, которые после войны многие государства бездумно валили в пучину?
Те ржавые боеприпасы и нетронутыми давно вызывают законные опасения - коррозия и морские течения черное дело делают, а возможные утечки сильнейших ядов в воду способны отравить не только рыб. Что будет, если по этой дряни еще и врезать трубой?
Министр обороны заявил, что спастись от напасти поможет новейший батискаф "Пантера плюс", недавно закупленный нашим ВМФ за рубежом.
Можно, конечно, посчитать, что забота прибалтийцев об экологии главным образом прикрывает их политические и экономические интересы. В самом деле, нельзя не заметить, что громче всего протестуют именно те государства, по территориям которых при иных раскладах могла бы пройти в Германию российская труба. Но, очевидно, риск отравить Балтику все же есть, если на подмогу строителям и в Москве решили позвать военных. Насколько велик этот риск и каковы при этом возможности наших моряков? Эксперты "Труда" попытались найти ответы на эти вопросы.
Директор Атлантического отделения Института океанологии имени Ширшова РАН Вадим ПАКА:
- Я несколько лет возглавляю международную экспедицию, которая по заданию Еврокомиссии изучает состояние захороненного в Балтийском море химического оружия. Не думаю, что опасность велика. Варварская добыча рыбы донными тралами, которую ведут здесь рыбаки многих стран, наносит экологии вред куда больший. Трал перепахивает дно и превращает его в пустыню. Задеть им свалку боеприпасов куда реальней.
К тому же массовые захоронения химического оружия в основном находятся в Борнхольмской впадине возле Дании, а также в территориальных водах Латвии и в проливе Скагеррак (Швеция). Трасса газопровода пройдет в стороне от этого района. Правда, мы отслеживаем лишь известные места сброса. Но на Балтике во время войны затонуло около тысячи судов, на каждом из которых может быть ядовитое оружие. Известно, например, что гитлеровцы готовили химическую атаку Ленинграда. Поэтому не исключаю, что подобная дрянь находится даже на дне Ладожского озера.
Председатель Международного экологического фонда "Мировой океан", доктор технических наук, профессор, вице-адмирал запаса Тенгиз БОРИСОВ:
- Я бы не советовал недооценивать угрозу. Затопить трофейное химическое оружие гитлеровской Германии союзники решили совместно. Они исходили из знаний тех лет, которые не усматривали здесь особой опасности. Другое дело - кто и как воплотил план в жизнь.
Самым безопасным оказался вариант, к которому прибег Советский Союз. Наши моряки сбрасывали в море химические боеприпасы россыпью. Корабли шли на небольшой скорости, и матросы вручную скидывали снаряды в воду. Затянутые илом, они оказались менее предрасположенными к утечке ядовитых веществ. По данным экспертов, это "кладбище" весом 35 тысяч тонн находится на площади 1200 квадратных километров в 70 милях юго-западнее латвийского порта Лиепая.
А вот англичане и американцы химические боеприпасы топили вместе с судами. Это гораздо опаснее. Штабеля снарядов и мин со временем под воздействием коррозии проседают под собственной тяжестью, разрушая те, которые внизу. В любой момент не исключен залповый выброс отравляющих веществ.
Кстати, СССР рассекретил места захоронения химических боеприпасов еще в 1991-м. Спасибо генерал-майору авиации Борису Сурикову, который попал однажды в госпиталь вместе с адмиралом Владимиром Трибуцем, бывшим командующим Балтийским флотом. От адмирала услышал, что история с затоплением боеприпасов лежит у того камнем на душе. Несколько лет генерал посылал письма во все инстанции, пытаясь пробить завесу молчания. И пробил.
Иначе повели себя наши бывшие союзники. США и Великобритания до 1997 года категорически отказывались сообщать сведения о местах затопления химических боеприпасов - действовал закон о 50-летнем запрете на обнародование информации под грифом "Совершенно секретно". Когда срок истек, запрет продлили еще на 20 лет. В итоге о том, что в 1946 - 1947 годах англичане затопили шесть судов с химическими боеприпасами, мы узнали только в середине 90-х. По разным оценкам, этот груз составляет от 25 до 35 тысяч тонн. Я тогда возглавлял Комитет подводных работ особого назначения при правительстве РФ. Одной из его задач было разобраться с экологически опасными объектами, похороненными в морских акваториях. Так вот первое затопленное англичанами судно мы обнаружили только в 1999 году, второе - в 2001-м, третье в 2003 году, четвертое лишь в августе нынешнего года. Где еще два - неизвестно.
Эти обстоятельства убеждают: при прокладке газопровода есть большая вероятность нарваться на химические боеприпасы. И на обычные, кстати, тоже, количество которых на морском дне никто и не подсчитал. Из сброшенных во время второй мировой войны в воды Балтики десятков тысяч авиабомб многие не взорвались. Там же покоится примерно 4 тысячи торпед. За последнее столетие в этом море установлено около 130 тысяч мин. Обезврежено примерно 38 тысяч. Где остальные?
КСТАТИ
Специалисты практически единодушны: определенный риск при прокладке газопровода есть. Но самое прискорбное - несмотря на бравые заверения, Балтийский флот сегодня не располагает возможностями для надежного выполнения задач столь масштабной операции даже при самоотверженной работе экипажей. Ну куда уйти от того факта, что по крайней мере полтора десятилетия хоть сколько-нибудь заметного обновления корабельного состава на Балтике не происходило и не планируется? Вот и итог: с 2003 года и по сегодняшний день балтийцам удалось обезвредить в море лишь чуть больше 40 взрывоопасных предметов. Мелочь в сравнении с тем, что может поджидать строителей на маршруте прокладки газопровода.
Или взять заморскую "Пантеру плюс", на которую столько надежд возлагает министр обороны РФ С. Иванов. Наверняка это замечательный комплекс. Наверняка он способен пригодиться строителям СЕГ. Но его ввод в строй Балтфлот еще только планирует в конце ноября. А у нас и машины попроще в Вооруженных силах обычно осваивают годами. Сколько придется приручать ту "Пантеру"?
Впрочем, прокладывать трубу на Балтике все равно придется. Возможно, выход в привлечении сил и других российских флотов?
ИЗ ДОСЬЕ "ТРУДА"
Комплекс "Пантера плюс" ВМФ России приобрел в Великобритании. Купить его решили после того, как подобный английский батискаф "Скорпион" в районе Камчатки в августе прошлого года освободил запутавшийся в проложенных по дну кабелях российский батискаф "Приз" с семью членами экипажа на борту. "Пантера" может погружаться почти на километровую глубину. На Балтике это не особенно и необходимо - нитка газопровода пройдет на глубине не больше 200 метров. Оборудование, установленное на батискафе, позволяет не только обследовать дно, но и проводить манипуляторами ряд технических работ.

Жизнь 00:21 / 04 Сентября 2026 8248

Им просто хотелось посмотреть, что такое смерть

Преступность среди детей и подростков растет и молодеет

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Труд

В 2025-м в городе на Неве подростковая преступность выросла сразу на 45%: 607 преступлений против 413 годом ранее. Резко увеличилось количество тяжких и особо тяжких криминальных деяний — со 188 до 318....